Очарован, огончарован. Самый веселый из великих поэтов

С семейством Натальи Николаевны Гончаровой, будущей своей супруги, он познакомился в 1828 году на балу, когда ей было лишь шестнадцать лет. Через два года молва о необыкновенной красоте девицы Гончаровой усилила в сердце Пушкина искру страсти, запавшую при первой встрече, превратив ее в неукротимый пламень.

– Я восхищен, я очарован, короче – я огончарован, – шутливо говорил он друзьям, рассказывая о предмете своей любви.

* * *

Александр во время своего пребывания в Царскосельском лицее задумал в Петербурге погулять. Отправился к гувернеру Трико, тот не пускает, заявив при этом, что будет следить за лицеистом. Пушкин махнул рукой на это заявление и, захватив Кюхельбекера, удрал в Питер. За ними последовал и Трико. К заставе первым подъезжает Пушкин.

– Фамилия? – спрашивает заставный.

– Александр Однако! – отвечает поэт. Заставный записывает его фамилию и пропускает. За Пушкиным подкатывает Кюхельбекер.

– Фамилия? – спрашивает опять заставный.

– Григорий Двако! – говорит товарищ Пушкина, придумавшего эту остроумную комбинацию.

Заставный записывает и с сомнением качает головой. Наконец подъезжает гувернер.

– Ваша фамилия? – окликает сторож.

– Трико.

– Ну, врешь, – теряет терпение заставный. – Здесь что-то недоб­рое! Одна-ко, Два-ко, Три-ко! Шалишь, брат, ступай в караулку!

Бедняга Трико просидел целые сутки под арестом при заставе, а Пушкин свободно покутил со своим товарищем.