Вольнонаемная. Лариса Дейкун не любила вспоминать военное прошлое

…Как может быть земля пропитана солдатской кровью? Нет, она не стремилась найти ответ на этот вопрос. Но его она прочувствовала каждой своей клеточкой. Вот она склонилась над корытом с окровавленным солдатским бельем, залила водой, поприжала к днищу. И между пальцами начала проступать свежая алая кровь. Она сразу поняла страшную в своей простоте истину.

Ларисе, девочке с тугими косичками из города Речицы, было всего 15 лет, когда началась война. И она, в отличие от своих сверстников-мальчишек, на фронт не рвалась. Поезд, в котором Лариса ехала в эвакуацию, по дороге разбомбили. Как и многие другие пассажиры, девчонка шла вслед за отступающими солдатами.

Назад, домой, дороги не было, ее родной город был уже захвачен немцами, родителей мобилизовали. Однажды, наткнувшись в пути на тыловой госпиталь, попросилась туда на работу.

«Возьмите хоть кем-нибудь, мне некуда идти», – умоляла она старшину. Сжалившись над дев­чонкой, он определил ее в прачки.

Для Ларисы Тихоновны Дейкун войной была прежде всего многотрудная работа. Горы, горы белья. Жутко ноет спина, слезы капают в корыто. На руки страшно смотреть: набрякшие от мыльной пены, сморщенные. Но раскисать нельзя. Ведь раненым намного труднее. Ларисе надо успеть сделать свою работу и постараться облегчить их страдания.

В солдатской гимнастерке, в сапогах на пять размеров больше, с детскими косичками, наверное, выглядела она нелепо. Но об этом некогда было думать. Выпала свободная минута – надо помогать бойцам: за кого-то родным написать, с кем-то просто поговорить. Часто она входила в палаты к раненым и тонким голосом начинала: «Здравствуйте, товарищи бойцы! Меня зовут Лариса. Если хотите, я почитаю вам стихи». Хотя и окончила до войны всего шесть классов, но была девочкой начитанной, много знала стихов наизусть. Особенно Пушкина, Лермонтова.

«Привезли как-то раненного в голову, – вспоминала Лариса Тихоновна. – Весь забинтованный, одни глаза еле видны. Наверное, я ему кого-то напомнила. И он меня тихонечко зовет: «Лариса, Ларочка!» Наверное, так девушку его звали. Знаю, что этого бойца я никогда ранее не встречала, а он зовет меня. Подошла поближе, присматриваюсь. Слышу: «Ты пришла, ты пришла». Я за руки его взяла, наклонилась.

Он что-то шепчет, пытаюсь разобрать. «Как уходил на фронт, не успел тебя поцеловать. Поцелуй меня!» Я наклоняюсь и целую его. Вижу, выкатилась из глаза слеза и поплыла в бинты. И всё. Он умер».

С ноября 1943 года Лариса Тихоновна работала уже в прифронтовых госпиталях действующей армии. Это было еще труднее. Не только потому, что совсем близко стреляли и бомбили, что смерть ходила по пятам. Было много тифозных – фашисты при отступлении заразили бойцов. Тиф косил, как и пули. Многие переболели, а она умудрилась даже косички сохранить – болезнь обошла стороной. Но дважды была ранена.

Она хотела дойти до Берлина. Но в ее жизнь стремительно вор­валась любовь. Тогда была весна. Уже был освобожден ее родной го­род, их часть стояла неподалеку. Она отпросилась у руководства на один денечек. Уж очень хотелось посмотреть на родной дом. Уцелел ли? Речица была в руинах, а родительский дом остался целехоньким. Встретила довоенную подругу с парнем. Первые минуты той встречи ничего не подсказали девичьему сердцу. Успела только заметить, что у молодого человека не было правой руки. На другой день они встрети­лись на вокзале случайно. Лариса уезжала в часть, а Дмитрию (так звали ее будущего мужа), как он сказал, надо было ехать в Гомель, чтобы заказать протез. Поезда шли в его сторону, в ее же ничего не было. А он все не уезжал. Сидели, просто говорили. Ни о чем. Была весна, и они были молоды. Этим все и объяснялось. Она успела черкнуть на бумажке свой адрес. И полетели на фронт письма.

Вскоре она поняла, что очень нужна Дмитрию. Война его сильно покалечила – у него не было не только правой руки, он не видел правым глазом, не слышал правым ухом.

Когда ее часть дошла до Познани, а в воздухе уже витал запах победы, она попросилась у руководства отпустить ее с фронта, ведь она была вольнонаемной. Спешила к своему любимому. Чтобы стать его правой рукой, его настоящей половин­кой.

Заочно Лариса Тихоновна окончила Гомельский педагогический институт имени Чкалова. Долгое время работала завучем в СШ № 5 г. Гомеля. Выйдя на пенсию, возглавляла комиссию по работе с ветеранами педагогического труда.

Она многое умела. Шутя, говорила, что даже может сварить борщ из топора. До сих пор храню некоторые вещи, пошитые ее руками. А еще у нее было легкое, изящное перо – она писала статьи в основном в «Гомельскую праўду». О людях, которые ее окружают, также излагала на страницах газеты интересные истории, которые всегда видела в обычных вещах. И читатели не однажды присылали в газету хорошие отклики на ее публикации.

Л. Т. Дейкун награждена орденом Отечественной войны II степени, боевыми и юбилейными медалями. Но она считала, что у многих фронтовиков военное прошлое намного ярче, интереснее, чем ее скромные заслуги.

Ларисы Тихоновны уже нет среди нас. А мне так не хватает задушевных бесед с ней, ее мудрых советов и просто близкого и дорогого человека.