Елена Гришечкина 30 лет назад оставила работу зоотехника и обзавелась молочной мини-фермой: с чем ей пришлось столкнуться

Елена Гришечкина прекрасно понимает, что такая жизнь делает ее счастливой, да и просто сидеть без дела она уже не сможет

Елена Гришечкина живет в агрогородке Дуравичи Буда-Кошелевского района, но родилась и выросла в деревеньке Степаново, что на Брагинщине. Она была четвертой и самой младшей дочерью в большой семье Гришечкиных. Появилась на свет, когда матери было уже 45.

– Жили мы скромно, но дружно, – вспоминает героиня. – Отец, учитель по образованию, однажды зимой спас тонущего мальчика, но заплатил за это здоровьем: воспаление легких переросло в туберкулез. С тех пор он работал учетчиком в колхозе, а мать доила коров на ферме. Я с девяти месяцев росла среди коровок. Куда было меня деть? Садика не было, сестры выросли и разъехались. С малых лет я познала тяжкий деревенский труд. В 13 лет уже помогала матери: доила вручную более десяти коров, таскала 20-литровые баки, которые весили больше меня самой – двужильная была и осталась такой до сих пор. Росла волевой и целеустремленной, и с пониманием того, что благодаря труду можно многого добиться в жизни. И учиться успевала, и дома помочь – родители всегда держали три коровы.

Даже спустя десятилетия Степаново живет в сердце Елены – как и те ценности, которые привила ей семья: трудолюбие, честность, умение видеть прекрасное в простом.

– Родители стали моим главным примером и ориентиром в жизни, а малая родина, стертая с карты Беларуси после Чернобыля, не отпускает до сих пор. Если бы не авария, как было бы хорошо дома… – вздыхает она. – Мы жили в раю. Ягод, грибов, рыбы – чего хочешь. Опята росли прямо во дворах. Приеду на каникулы из института, захочу вареников – возьму кружку, отойду метров двести от дома, за три минуты наберу черники. Но в 1986 году взорвался чернобыльский реактор. Степаново, находившееся в 18 километрах от АЭС, отселили. Родители переехали в Витебскую область, а я, тогда еще студентка Витебской ветеринарной академии, навсегда потеряла родной дом. В 2019-м мы с сыном съездили туда. Хотелось ему показать, где я родилась. Это было неописуемо. Деревня стоит целая, хотя там давно никто не живет. Бери и живи. Если бы можно было…

Родители хотели, чтобы все девочки получили образование. И очень гордились, когда старшая дочь стала учителем, вторая – ветврачом, а самая младшая Елена поступила в Витебскую академию ветеринарной медицины. После академии героиня публикации стала главным зоотехником в совхозе «Дубовицкий» в Буда-Кошелевском районе (ныне СУП «Андреевка»). Работала с 1988 по 1999 год, но после рождения сына Юры выбрала семью.

– В 90-е годы даже на селе с продуктами было непросто, тяжелое время. Когда Юре исполнилось восемь месяцев, по совету мамы взяла корову. В то время в деревне в каждом дворе была буренка, а то и несколько. Сегодня я одна такая осталась в Дуравичах, – говорит она. – Мою Зорьку выбрала сердцем. Привела домой, и она почти сразу отелилась. Эта корова стала настоящим чудом: молочная, жирность молока зашкаливала. Буквально через полгода после того, как вышла из декретного отпуска, взяла вторую корову. Жизнь превратилась в бесконечный марафон. Работа и уход за домашними животными отнимали все время. А кто будет воспитанием сына заниматься? Целый год жила в адском темпе. Ой, люди, ратуйте, как вспомню. Потом вижу, что уже дошла до ручки и надо что-то делать. Страшно было увольняться и оставаться только со своими коровами. А дальше что? Как я буду жить? Это сейчас многие занимаются личным подсобным хозяйством, фермерством. Тогда я была первопроходцем.

Елена уволилась из совхоза. Решение приняла с трудом, но в пользу себя и сына, которого нужно было растить самостоятельно. И сегодня, спустя без малого почти 30 лет, она понимает, что все сделала правильно.

– Как только на своих коровках сосредоточилась – молока тотчас прибавилось, – вспоминает сельчанка. – Содержать их непросто, но мне образование помогает, да и опыт накопился внушительный. Это мое любимое дело, которое приносит хороший доход. Жить можно прекрасно, вот только трудовой стаж потеряла – фермерство я не оформляла, да и отлучаться с подворья никуда нельзя. Даже в больницу поехать не могу, поэтому и не болею. Встаю на утренней зорьке, управляюсь целый день, и ложусь спать ближе к полуночи. Мой рабочий день начинается в шестом часу. Подоить, покормить, навязать – и к восьми утра я уже свободна. В обед снова подоила, покормила и жду молокоприемщика. Вечером то же самое. Как белка в колесе кручусь, потому что это животные, у них распорядок дня, промежутки между дойками надо соблюдать.

Всего за годы через ее хозяйство прошло 16 коров. Они как члены семьи – у каждой имя и история: Зорька, Рапка, Белка, Кнопа, Майка, Чита, Красуля, Фея, Малышка, Былина, Ёлка, Точка, Вишня, Лыска, снова Белка и Лада.

– Со своими коровками разговариваю и каждой даю имя. У всех разное. Вот повторилась только с Белкой. Так звали одну из первых моих коров. Ее, бедолажку, от верной смерти спасла, откормила, вылечила и она, словно в благодарность, давала по 40 литров молока в день, – с любовью говорит о своих рогатых кормилицах женщина. – Сама махонькая была, идет с пастбища: одни роги, ноги и вымя. Спокойная была, хоть спи под ней. Доилась в одну секунду. Вот сейчас у меня три коровы – все ее «внучки-правнучки».

Елена доит коров исключительно вручную, уверяет, что это совсем не сложно и даже полезно, мол, и к массажисту ходить не надо:

– Это самая легкая, самая приятная работа, настоящий лечебный массаж. Уж и не знаю, отчего людям кажется, что она трудная. На руках расположено столько энергетических точек, и все они массируются во время дойки. Бывало, встану утром, пальцы, как деревянные, а подоишь коровок, как заново родился. Вот в огороде копаться мои руки не любят: устают и как колоды становятся.

Уговаривать мать бросить хозяйство сын давно перестал. Он понимает: это ее отдушина, такая жизнь делает ее счастливой, да и просто сидеть без дела она не сможет. Юра – ее гордость и материнское счастье.

– Сын, пока учился в школе, был моим единственным и верным помощником. Работу знал, не отлынивал никогда, но страх как не любил, – добродушно улыбается Елена. – Помню, пропалываем мы огород – Юра в классе шестом был – и он вдруг заявляет: «Мам, я костьми лягу, но из деревни уеду». Я не стала возмущаться или навязывать ему выбор – знаю, что такое заниматься нелюбимым делом. И он сделал, как хотел: окончил факультет компьютерной математики и системного анализа БГУ, магистратуру, живет в Минске и работает в IT-сфере. Парень вырос хороший, умный, работящий. Меня не забывает. Вот собираюсь летом поехать в Витебск на встречу выпускников ветакадемии, а его оставить на хозяйстве. Доверяю, знаю, что справится.

Елене Гришечкиной пошел уже седьмой десяток, но она не собирается останавливаться.

– Больше трех коров не держу – силы не те. Но бросить? Никогда, – улыбается она.

Ее история – напоминание о том, что счастье часто кроется в верности себе. Даже если для этого нужно спорить с судьбой.