Зона вне закона

Ею в течение нескольких лет была территория гомельского Центрального рынка, на которой развернули свою бурную деятельность валютные мошенники

Нелегальный обмен валюты,
происходивший в районе
рынка с конца 90-х годов прошлого столетия, можно смело назвать беспределом. Валютные мошенники обманывали людей практически ежедневно, а то и по несколько раз за день. Пострадавшие граждане, естественно, сразу же бежали в милицию, но никакой помощи там не получали. Разговоры о том, что мошенники и милиционеры “работают” вместе, упорно распространялись по городу. В то же время преступники, почувствовавшие полную безнаказанность, действовали все наглее и наглее.
Первые аресты валютных мошенников и милиционеров начались в конце 2003 года, когда за разработку рыночной группировки взялись сотрудники управления по борьбе с организованной преступностью и коррупцией МВД Республики Беларусь по Гомельской области. В конце прошлого года уголовное дело, расследованное прокуратурой области, завершилось слушанием в Гомельском областном суде. На скамье подсудимых оказались около двадцати членов двух преступных группировок: валютных мошенников и покрывавших их сотрудников милиции.

“Валики” да “Ролики”,
“Власы” да “Портосы”
Возглавил группировку выходец из Батуми Роланд Джикия. Несмотря на молодой возраст, он уже имел судимость за незаконный оборот наркотиков. После тщетных попыток организовать свой бизнес в Москве Джикия оказался в Гомеле. Почва для деятельности молодому грузину, имевшему за плечами богатый криминальный опыт, а также хорошие организаторские способности, в нашем городе показалась плодотворной. В качестве сферы деятельности были выбраны валютно-обменные операции.
В то время такого обилия банковских обменных пунктов, как нынче, не было, и гражданам, желавшим купить или обменять валюту, приходилось отстаивать немалые очереди. Зато валютчиков, предлагавших по удобному курсу произвести обмен практически любых сумм, было с избытком. В их ряды и влился Роланд Джикия, получивший прозвище Ролик. Очень быстро ему удалось собрать вокруг себя других молодых людей. В разные периоды времени в состав организованной преступной группы вошли Михаил Кравченко, Андрей Игнатюк, Андрей Лукьянов, Валентин Степанцов, Иван Репкин, Дмитрий Власенко, Михаил Тищенко, Александр Жуков, Сергей Гарист.
Члены группировки объединились в бригады “Роликов”, “Портосов”, “Валиков”, “Волгоградских”, “Электриков”, “Юриков”, “Власов”. Своей “вотчиной” избрали территорию Центрального рынка, а также прилегающий к нему частный сектор на улице Катунина. Прочно обосновались они и возле передвижных обменных пунктов. Только в отличие от валютчиков, честно совершающих обменные операции с гражданами, группировка Джикии промышляла обманом.
Действовали мошенники, как правило, двумя способами. Один из них — “на подвод”. Подмечали человека, желавшего обменять или купить валюту. Один из мошенников настойчиво предлагал свои услуги по обмену. Когда человек соглашался и передавал деньги, валютчик указывал на своего напарника, стоявшего недалеко, говорил, что тот рассчитается, а сам удалялся вместе с суммой. После того как человек подходил ко второму мошеннику, тот еще некоторое время отвлекал внимание (иногда под предлогом возможного контроля со стороны правоохранительных органов), затем отводил немного в сторону и начинал на калькуляторе производить расчеты. Убедившись, что сообщник скрылся, просил клиента передать деньги для обмена. Когда же тот в полном изумлении говорил, что они уже переданы его товарищу, мошенник сообщал, что никого не знает и, поскольку денег нет, быстренько удалялся.
Вторая схема — “на единичку”. Она близка к трюкам фокусников. Прелюдия та же. Первый мошенник, получив деньги, делал вид, что тщательно проверяет их на подлинность. В ходе этой процедуры складывал купюру таким образом, чтобы не был виден ее номинал. Одновременно он подавал условный сигнал сообщнику о том, что деньги им получены. В следующее мгновение тот возникал рядом под видом сотрудника милиции или налоговой службы и делал грозное замечание о незаконности производимой сделки. Одновременно первый мошенник подменял купюру либо на 1 доллар, либо на 1000 белорусских рублей (в зависимости от предмета обмена), заранее сложенную таким же образом, быстро всовывал ее в руки перепуганного человека и исчезал. Сообщник же, давая возможность “коллеге” скрыться, еще какое-то время читал клиенту нотацию об ответственности за незаконные валютные операции, а после также быстро уходил. После удачно проведенной операции мошенники переодевались в своих машинах и снова возвращались на “рабочие места”.
Члены разных бригад выручали друг друга, если было необходимо подавить сопротивление человека, своевременно обнаружившего обман и пытавшегося задержать мошенника. Для этого был придуман условный сигнал, так называемый “маяк”: тот, кому требовалась помощь, поднимал ногу. Бывало, что своим жертвам просто угрожали большими неприятностями, если они обратятся в милицию.
Джикия всегда находился на рынке, попивал кофе, не спеша прогуливаясь и наблюдая за работой бригад на расстоянии. Являясь, по сути, координатором, он обеспечивал безопасность членов своей группировки. Все полученные деньги мошенники делили между собой, при этом часть передавалась Джикии, в том числе и для последующей выплаты взяток сотрудникам милиции, территориально обслуживающим Центральный рынок.

В одной связке
Людмила Еременко, Елена Кирова, Валерий Кувардин, Валерий Сосновский, работая оперуполномоченными оперативно-поискового отдела УВД облисполкома, о появлении группы Джикии на рынке прекрасно знали. Однако вместо того чтобы пресекать ее деятельность, организовали устойчивую преступную группу, которая и стала своего рода “крышей” для “Роликов”, “Валиков”, “Портосов” и проч. Позже к ним присоединились и другие сотрудники милиции, оперуполномоченные Центрального РОВД Вячеслав Бублик, Сергей Кузькин, Дмитрий Сивец. Милиционеры всячески старались скрыть совершенные валютными мошенниками преступления, не принимать никаких мер по заявлениям потерпевших граждан. Одним словом, создавали все условия для поддержки и развития деятельности группировки. Разумеется, не за просто так. Поначалу взятки передавались в виде незначительных денежных сумм на обеды, праздники, дни рождения. Затем была установлена жесткая такса — 30 процентов от суммы похищенного. Все полученные деньги милиционеры делили поровну между собой.
О каждом совершенном мошенничестве валютчики ставили в известность “своих” милиционеров, в большинстве случаев по телефону. Делал это, как правило, сам Джикия, причем сообщал не только сумму, полученную в результате мошенничества, но и приметы потерпевшего. И когда потерпевший обращался в милицию, его уже там ждали. Оперативники имитировали служебную деятельность, предъявляя пострадавшему человеку фототеку и расспрашивая об обстоятельствах совершенного преступления. Если он опознавал преступника, то милиционеры под различными предлогами убеждали его, что он заблуждается. Иногда и вовсе изымали фотографии мошенников из фототеки. Но самое главное — всегда объясняли потерпевшим, что в случае написания ими заявления с просьбой о возбуждении уголовного дела они будут привлечены к ответственности за незаконные валютные операции. Собственно говоря, именно с этого и начинался разговор: на стол из ящика доставался Декрет Президента “О мерах по обеспечению порядка при осуществлении валютных операций”, а затем назывались штрафные санкции. И это действовало — граждане, как правило, отказывались писать заявления.
Даже в тех случаях, когда потерпевшие самостоятельно задерживали мошенников либо категорически настаивали на привлечении виновных к уголовной ответственности, сотрудники милиции не принимали никаких мер к изобличению преступников. Напротив, способствовали их освобождению от уголовной ответственности, но в этих случаях деньги потерпевшим возвращали. Как и в случаях, если “кинули” кого-либо из сотрудников правоохранительных органов либо их родственников и знакомых.

“Да вы же сами виноваты”
— Следствием по делу доказано около 50 эпизодов мошенничества, — рассказывает прокурор отдела прокуратуры области младший советник юстиции Елена Бычковская, поддерживающая государственное обвинение в суде. — Однако очевидно, что пострадавших было гораздо больше. Сами обвиняемые милиционеры говорили о том, что в 2001 году каждые 3 — 4 дня в отдел обращались обманутые граждане, затем эти обращения участились. Добычей мошенников становились как белорусские рубли, так и доллары, немецкие марки (а затем евро), украинские гривны. Преступники не гнушались и 20 долларами, “работали” и по-крупному.
Летом 2000 года их жертвой стал пенсионер, пришедший на рынок, чтобы обменять 1300 немецких марок, которые получила его жена в качестве компенсации как узник фашистских концлагерей. Домой дедушка вернулся с пустыми руками.
Девушка Аня пришла на рынок по поручению матери, чтобы обменять 100 долларов. Когда она стояла в очереди в обменный пункт, к ней неоднократно подходил молодой человек и предлагал свои услуги. Когда же в обменнике закончились белорусские рубли, Аня пошла в другой, в крытом рынке. По дороге к ней снова пристал тот же парень и, взяв за руку, практически силой отвел к прилавкам, где с ней разыграли схему “на единичку”. Пока возникший внезапно “сотрудник милиции” громко кричал о том, что здесь нельзя менять деньги, парень вырвал из ее рук доллары. Аня попыталась обернуться, но “милиционер” резко дернул ее на себя и ударил по лицу. В этот же момент она почувствовала, что ей в руку сунули деньги, и успокоилась.
Когда же, обнаружив обман, Аня пришла в милицию и рассказала о случившемся, ей показали фотоальбом. Она сразу опознала парня, который выдавал себя за милиционера, но один из сотрудников милиции категорично сказал: “Не может быть, этот человек занимается угоном машин”. А после того как ей объяснили, что сама виновата и придется заплатить немалый штраф, Аня ни с чем ушла домой.
Нередко члены группировки вообще не церемонились и не утруждали себя разыгрыванием сценок, а просто открыто похищали деньги. У Людмилы Ивановны 100 долларов, подготовленных к обмену в обменном пункте, вырвали прямо из рук. Когда же женщина попыталась броситься вслед за грабителем, ее сразу окружила группа молодых людей. Вырваться из кольца она так и не смогла. Обратившись в милицию, никакой помощи не получила.
Как-то жертвой мошенников стала молодая мама. После того как в милиции ей пригрозили еще большими финансовыми потерями, отчаявшаяся женщина снова вернулась к обменному пункту, возле которого ее обманули. Один из валютчиков посоветовал ей обратиться к “главному” и показал на Роланда Джикию, прогуливающегося по парапету вокруг здания крытого рынка. На слезную просьбу вернуть хотя бы половину денег он грубо ответил: “Я не Красный Крест”.

А у меня все схвачено,
за все заплачено
Покровительствовали сотрудники милиции и промышлявшей на рынке карманными кражами группе цыганки Марии Ивановой. За “все схвачено” цыганка исправно платила. Примерно с августа 2002 года стражи порядка стали получать от группы Ивановой 100 долларов в неделю. Когда же обворованный гражданин приходил в милицию, там его сперва убеждали, что он сам растяпа, потерял ценности и документы. Затем объясняли, что невозможно раскрыть преступление и возместить причиненный ущерб без свидетелей и задержанных с поличным преступников. Если же потерпевший проявлял настойчивость, милиционеры также имитировали выполнение своих служебных обязанностей. Бывало, что и выходили с ними на место происшествия, опрашивали торгующих граждан, кратковременно задерживали цыган, в том числе и Иванову, предъявляли фототеку, однако реальных мер к пресечению преступной деятельности цыган не предпринимали. В ряде случаев заявление граждан принимали и получали объяснения потерпевших, однако указывали, что причинен малозначительный ущерб, либо уменьшали похищенную сумму денег или неправильно отражали обстоятельства совершения преступления. Все это давало возможность отказать в возбуждении уголовного дела по надуманным основаниям.

Приговор
В судебном заседании большинство обвиняемых своей вины не признали, хотя в ходе следствия давали признательные показания и в подробностях рассказывали о деталях своей преступной деятельности. В частности, о том, что новых валютчиков, влившихся в группировку, Джикия сам приводил в отделение милиции, где записывали их данные, фотографировали, чтобы в случае обращения потерпевших знать, о ком идет речь. Кое-кто из новичков платил сотрудникам милиции “вступительные взносы” в размере нескольких сотен долларов. Каждый из валютчиков знал, что сокрытие от милиции хоть одного эпизода мошенничества, пусть даже минимального по сумме, будет стоить им “рабочего места” — рынок для них будет закрыт.
Помимо постоянной выплаты милиционерам процентов от похищенной в результате обмана суммы бывали и разовые сборы, когда приличные деньги валютчики дарили на чей-либо день рождения или по поводу присвоения очередного звания. Тогда все бригады сообща сбрасывались по 20 — 30 долларов.
Суд счел вину членов преступной группировки в создании преступной организации полностью доказанной. Бывшие сотрудники милиции приговорены по нескольким статьям Уголовного кодекса Республики Беларусь к лишению свободы на сроки от 11 до 10 лет. Также 11 лет проведет за решеткой и идейный вдохновитель группировки Роланд Джикия. Остальные его подельники получили от семи до четырех лет лишения свободы. Осужденные не согласились с приговором суда первой инстанции и обжаловали его в Верховном суде. Не так давно судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда кассационные жалобы обвиняемых и их защитников оставила без удовлетворения, а приговор областного суда без изменения.
Чуть позже осужден и бывший сотрудник милиции В. Сосновский, уголовное дело в отношении которого было выделено в отдельное производство. Он приговорен к шести годам лишения свободы.
…Правосудие свершилось, виновные наказаны. Но вопрос, как стало возможным, что в течение долгого времени в центре города существовал своего рода преступный анклав со своими законами и правилами, так и остался без ответа…
В. СЛЕСАРЕНКО