“Командор, ну когда же мы будем делить наши деньги?”

Из оперативной сводки
9 февраля в ОВД Рогачевского райисполкома поступило сообщение от местной жительницы о том, что двое неизвестных граждан зашли к ней в дом и высказали намерение забрать у нее телевизор. Направленная по адресу следственно-оперативная группа в ходе разбирательства установила, что таким образом молодые люди требовали от хозяйки квартиры деньги, которые она обещала заплатить за сбор подписей в поддержку выдвижения одного из претендентов в кандидаты на пост Президента Республики Беларусь.

Произошедший инцидент очень заинтересовал. Что это: оригинальный вид мошенничества или банальное хулиганство? А может, таким нечаянным образом проясняются тонкости предвыборных технологий? Дабы разобраться в ситуации и выяснить, кто и кому чего обещал на самом деле, отправляюсь в Рогачев.

По тысяче — за подпись
Начальник отделения охраны правопорядка и профилактики РОВД Юрий Буранко подтвердил, что действительно инцидент имел место. Главными героями стали учащаяся ПТУ Настя и ее нигде не работающий друг Вадим, инвалид третьей группы. А также женщина по имени Данита — многодетная мать, педагог, работающая в нескольких учреждениях образования, поэтому хорошо известная в небольшом городке. В январе Насте стало извест-но о том, что, обратившись к Даните, можно неплохо заработать. Для этого необходимо было собирать подписи в поддержку претендента в кандидаты на президентский пост
А. В. Козулина. За каждую подпись женщина обещала заплатить по одной тысяче рублей.
Ребята свою работу выполнили, собрав около ста подписей, но рассчитываться с ними никто не спешил. Правда, Данита как-то заплатила настойчивой Насте 10 тысяч рублей, а остальные, дескать, жди. Когда молодые люди, устав от обещаний и ожиданий, пришли требовать оставшуюся сумму, произошел инцидент с телевизором. Вадим выдернул штепсель от него из розетки и спросил у Даниты, приятно ли ей будет, если ее вещи будут в счет долга выносить из квартиры?
Как сообщили в РОВД, в настоящее время решается вопрос, есть ли в действиях молодых людей состав уголовно наказуемого деяния. Однако материалы по нарушению законодательства о выборах уже направлены в прокуратуру для дачи правовой оценки. Дело в том, что ни Настя, ни Вадим не являлись членами инициативной группы Козулина, а значит, не имели права собирать подписи в его поддержку. Как утверждали сами ребята, они об этом нюансе не знали. Данита выдала им папку с подписными листами и удостоверением на имя какой-то женщины и убедила их, что все абсолютно законно и официально. Причем сама Данита также не являлась членом инициативной группы. Каким же образом к ней попали документы?

“Я не я, и хата не моя”
Наша с ней беседа напоминала разговор глухого с немым. Данита делала вид, что не понимает, о чем я ее спрашиваю, не желала называть никакие фамилии.
— Понимаете, я многодетная мать, плачу за обучение старшего сына, работаю на трех работах. И мне предложили подработать.
— Кто предложил? От какой инициативной группы?
— И Милинкевича, и Козулина. Ну тут такая ситуация получилась… Сумму, конечно, обещали приличную. А у меня была аттестация, да и я человек больной, так что отказалась, сказав, что не смогу этим заниматься. Тогда меня попросили кого-нибудь порекомендовать и за это обещали поощрение. Вот я и порекомендовала нескольких человек. Они все получили от меня папочки с подписными листами и удостоверениями.
— А как эти документы оказались у вас?
— Ходасевич передал, начальник Рогачевского штаба инициативной группы Милинкевича.
— Вам обещанные деньги заплатили?
— Нет. А люди, которых я порекомендовала, теперь требуют деньги от меня. Получается, меня втравили. Я думала, что это государство выделяет деньги на кампанию. Когда я обратилась к Ходасевичу, он мне вообще нахамил, нагрубил, дескать, я набрала не понять кого.
— Вы же заплатили Насте 10 тысяч, что это были за деньги?
— Я отдала свои деньги, так как она сказала, что у нее не за что хлеба купить.
— Но вы-то знали, что ребята не имели права собирать подписи?
— Ой, что-то я уже разнервничалась вся… что-то мне уже плохо… нет ли у вас чего-нибудь из лекарств?
В общем, предметного разговора не получилось. Не понятно: то ли женщина сильно запугана, то ли просто хорошая актриса…
А вот Настя и Вадим встретиться согласились охотно и в красках рассказали, каким образом их втянули в авантюру со сбором подписей. Ребята подтвердили, что Данита обещала деньги заплатить сразу же, как зарегистрируют подписи.
— А откуда деньги будут, не говорила?
— Говорила, что человек из Гомеля, Сергей Николаевич, платит ей 70 долларов за 100 подписей.
— Я потом звонил ему сам и спрашивал про деньги, — вступает в разговор Вадим. — Он мне сказал: деньги будут, заходите к Дане.
— Настя, но ведь она вам заплатила 10 тысяч и утверждает, что свои личные…
— Эти деньги она достала из папки, где лежали все подписные листы, а не из своего кошелька. И заставила меня написать расписку.
— ?!
— Да, как и все. Дана показывала другие расписки, и их было штук десять. Кому-то на 50 тысяч рублей, кому-то на 100, мне же только десять.
— Если бы не пообещали деньги, вы бы собирали подписи?
— Нет, конечно, — признается Вадим. — Я инвалид, у меня много долгов, на эти деньги мы очень рассчитывали. Да и потом я так рассудил: ведь на предвыборную кампанию деньги-то все равно выделяются, чего бы их не заработать, а то останутся кое у кого в карманах.
Похоже, именно так и случилось. Настя же и Вадим не только не заработали, но еще и поплатились за свою доверчивость. Судом Рогачевского района они были привлечены к административной ответственности за нарушение законодательства о выборах и подвергнуты штрафу в размере 29000 рублей каждый. Кроме них под такую же “раздачу” попала и еще одна жительница Рогачева, доверившаяся Даните.

Кто же
командует парадом?
Официальное предупреждение о недопустимости нарушения закона прокуратура вынесла и Даните. В своих объяснениях она также указывала, что подписные листы получала от В. М. Ходасевича, и тому якобы было известно, что она не является членом инициативной группы. Женщина также называла фамилию В. К. Павлова, еще одного члена инициативной группы А. В. Милинкевича, который говорил, что в вышестоящем штабе обещали заплатить сборщикам подписей.
Владимир Михайлович Ходасевич встретиться со мной не захотел, но в телефонном разговоре заверил, что ни о каких деньгах и слыхом не слыхивал, никаких документов Даните не передавал. Да и вообще “нам не с руки прибегать к помощи сомнительных личностей”.
Не получилось разговора и с
В. К. Павловым. Мило улыбаясь, Виктор Константинович сказал, что лично никому ничего не обещал, да и вообще в ходе сбора подписей плоховато себя чувствовал, болел. И добавил: “У нас существует более строгая иерархия: есть руководители, а есть простые члены инициативной группы”. Видимо, давая понять, что за объяснениями обращаться нужно вовсе не к нему.
Выяснилось, что сбором подписей на законных основаниях, как член сразу двух инициативных групп Козулина и Милинкевича, занималась еще одна знакомая Даниты — Татьяна. Так может она сможет как-то прояснить ситуацию и ответить на вопрос, почему обманули людей, и когда же будут делить деньги? Однако, увидев хрупкую молодую женщину с ребенком на руках, стало ясно, что ответов на эти вопросы я от нее не услышу. Очевидно, что Татьяна стала такой же пешкой в чужой игре. Она очень нехотя рассказала, что Данита, предложив собирать подписи, сразу же дала два удостоверения на ее, Татьяны, имя. Пообещала, что заплатит за каждую подпись. И частично свое обещание выполнила: какую-то сумму она частями все же выплатила.
Сегодня уставшая от разборок Татьяна корит себя за то, что согласилась на предложение Даниты: “Она всех втянула, а сама теперь хочет стать чистой. Мне говорила: бери все на себя, у тебя маленький ребенок, тебе ничего не будет”.
Очень интересный разговор у нас состоялся с Анатолием Петровичем, еще одним членом инициативных групп Милинкевича и Козулина, которого также сагитировала Данита. Бывший журналист, а ныне пенсионер, охотно рассказал, что участвовал в сборе подписей ради интереса и справедливости: “Я — за демократию, и хочу, чтобы выборы были честными”. Так что деньги, как признался Анатолий Петрович, его мало интересовали. Но он от них не отказывался:
— Дана сказала сразу, что деньги будут, но после сбора подписей отдала мне не все, а только часть. Эта женщина мне не очень понравилась, с ней иметь дела нельзя. Сначала предложила мне собирать подписи, а когда я пошел заверять их в райисполком, попросила про нее вообще ничего не говорить. Вот я и думаю: какой же она тогда куратор? Я сам звонил Ходасевичу и спрашивал: когда же будут деньги? Он сказал, что за “хорошую работу заплатим”. Так что тут что-то не чисто. Хочу вот написать в “Народную волю”. Пусть Козулин и Милинкевич скажут, сколько они дали денег. Пусть ответят, чего тут прятаться?

Господа хорошие,
отдайте людям деньги
Помня о “более строгой иерархии”, набираю номер руководителя областного штаба инициативной группы Козулина С. Н. Стариченко, того самого Сергея Николаевича, о котором говорил Вадим.
— Сергей Николаевич, известно ли вам что-нибудь о ситуации, которая сложилась в Рогачеве? Людям обещали заплатить за сбор подписей, но так и не рассчитались. И некоторые из них называют ваше имя.
— Ничего не знаю, какие деньги? За что? Полная глупость. Никакого отношения к этому не имею. Это Козулин обещал после победы всем сборщикам заплатить.
— А пока никаких денег не поступало?
— Откуда деньги-то?
— Выходит, провокация?
— Конечно, провокация.
Впрочем, особых откровений от собеседника и не ожидалось. Примерно таким же по содержанию был и разговор с руководителем Минского штаба Козулина Мечиславом Ивановичем Грибом, заверившим, что все подписи собирались бесплатно, никто никому ничего не обещал: “Возможно, если Козулина изберут Президентом, он и заплатит”.
Так что вопрос, который вынесен в заголовок этого материала и очень волнует участников рогачевской истории, как говорится, очень интересный. И ответа на него нет. Во всяком случае, пока. Нет ответов и на ряд других вопросов. Есть только логические предположения. Какими же деньгами рассчитывалась со сборщиками подписей Данита (напомню — многодетная мать с непростым материальными положением)? Уж, наверняка, не своими личными. Выходит, деньги все же в Рогачев прибыли (вопрос “откуда”, разумеется, риторический)? Правда, это категорически отрицается на всех ступенях “строгой иерархии”, но те, кто собирал подписи, не скрывают, что часть денег все же получали. Так отчего же не рассчитались-то с людьми? Или соблазн оставить никем никогда неучитываемые средства в своих карманах оказался слишком велик?
Ясно лишь одно — людей обманули. Обманули безработных, малоимущих, пенсионеров, в общем тех, кто в случае чего не будет способен защищаться и требовать своего. Из ряда обманутых выбивается лишь Данита, несмотря на ее всяческие убеждения в том, что самая главная жертва обмана — именно она. Очевидно, что ее роль более значима, чем она пытается представить. Хотя бы тот факт, что в некоторых подписных листах эта женщина собственноручно расписывалась за избирателей, уже свидетельствует о том, что Данита очень хорошо понимала, что делает. В ходе общения с людьми выяснились и другие “интересные” подробности ее деятельности. В частности, касающиеся распределения ею гуманитарной помощи (но это, как говорится, уже другая история). Так что и собирать подписи Данита предлагала тем, кто получал у нее когда-то “гуманитарку”. Задумано было верно: уговорить подработать тех, кто стеснен в средствах, особого труда не составило. А вот рассчитываться с ними, похоже, никто и не собирается.
В. СЛЕСАРЕНКО