ЗАВЕТ СТАРОГО КАКТУСА

Предчувствие
Кактус, как древний старик, скукожившись, сидел в своем горшке на подоконнике и практически не подавал признаков жизни. На него особенно не обращали внимания: сидишь, ну и сиди. А однажды…
Еще была зима. Но дружные трели синиц ясно указывали на то, что весна не намерена задерживаться. Да и воздух был уже другим — не зимним. Татьяна подошла к окну и ахнула: старый кактус был усеян маленькими пушистыми комочками. Вместе с мужем они насчитали семнадцать кактусят.
— У нас будет столько детей, — сказал Василий и обнял молодую жену. Татьяна счастливо засмеялась. У нее под сердцем уже билось сердечко их первенца. И она мечтала о большой семье.
Василий старше Татьяны на семь лет, а родились они в одной деревне Гряда Житковичского района. Еще в школе мальчик обратил внимание на девчушку-хохотушку с причудливо заплетенными косичками и невообразимо большими бантами. Но вскоре вместе с родителями Таня переехала в соседнюю деревню Вильча, выпав из поля зрения Васи Рудницкого.
Жизнь шла своим чередом, Василий отслужил в армии и однажды, проезжая через Вильчу, увидел Татьяну, узнал в пятнадцатилетней девушке забавную малышку с бантиками. А уже на ее семнадцатилетие приехал в сваты.
Татьяна и Василий Рудницкие с самого начала хотели, чтобы детей в их семье было много. Сельсовет выделил молодоженам дом в Вильче рядом с родительским. И в этом они усмотрели добрый знак. До них здесь жила многодетная семья.
Но человек предполагает, а Бог располагает. Первую девочку Татьяна родила с большими проблемами для своего здоровья. Врачи предупредили, что вторая беременность может стоить ей жизни. Молодая женщина не могла с этим смириться и забеременела во второй раз. При выписке после тяжелых родов ей сказали: “Все, мамочка, детей у вас больше не будет”. Радость от рождения сына перемешалась с болью от приговора медиков. Ведь Татьяне было только двадцать лет, и смысл своей жизни она видела в детях.

Все желанные
Тем временем дочь и сын росли, а Василий все чаще замечал слезы, которые жена проливала украдкой. Тогда глава семьи и предложил усыновить ребенка. Чем не выход? Татьяна вспоминает, что это решение принесло и радость, и волнение. Сможет ли полюбить чужого ребенка, как своего, и примет ли он новых родителей?
За девочкой — ровесницей своей дочери — Рудницкие поехали в Речицкую школу-интернат, там как раз был третий класс. Директор интерната предложила попробовать выбрать ребенка по фотографии.
Татьяна: “Буквально второе фото, маленькое, как на паспорт, легло передо мной, и я сказала: вот мой ребенок. Не знаю, почему. Просто сердце ёкнуло”.
Василий: “Да, говорю, это наша девочка. Я ее уже видел. Дети по лестнице спускались, а она шла и как-то к стенке жалась, потом заулыбалась мне и убежала”.
Так появилась Леночка. Поначалу сложно было. Учеба давалась с большим трудом. Лена беспричинно могла уйти с уроков, была склонна к воровству и даже не понимала, что это плохо.
Татьяна: “Переживаний, конечно, хватило. Но потихоньку все выправилось. Сейчас ей больше всего нравится вести домашнее хозяйство. Доверяю ей во всем. Если поручу что-то, знаю — обязательно выполнит. Уеду ненадолго, а дома меня ждет сюрприз: девочки вареников налепят или салат приготовят, как на картинке. Лена даже к маме моей прибегает и спрашивает: чем вам помочь? Бабушка благодарит: что ты, Леночка, я и сама управлюсь. Очень отзывчивый ребенок. Жалеет всех, животных любит. Директор школы говорит: перемены и в учебе есть”.
Когда Татьяна искренне приняла Лену в свое сердце, то поняла, что сможет полюбить любого ребенка. А тут сын унывать стал: у Лили сестричка есть, а у него братика нет. И Рудницкие направились в Мозырский дошкольный детский дом за сыном.
Татьяна: “Детки там маленькие, ручки к нам тянут. Мы с собой сладости привезли, угощаем их, а детям не конфеты, а родители нужны. Сердце не выдерживает. Один мальчик в сторонке стоял, смотрел на нас во все глаза, а подойти почему-то боялся. Забрали мы его, Димку нашего. Едем домой через Житковичи, он и говорит: “А я уже здесь был”. Оказывается, хотела усыновить его женщина, но через месяц вернула в детдом. Не знаю, по какой причине. А он тогда сказал, так по-взрослому, а самому только шесть годков от роду: “Лучше совсем не брать ребенка, чем потом отдавать”…
Вскоре семейство пополнилось еще двумя сестричками, а затем еще двумя — соседскими, мать которых лишили родительских прав. А когда семье Рудницких выделили путевку на Нарочь, то они взяли с собой еще двух девочек из Житковичского приюта. И, возвратившись с отдыха, уже не смогли с ними расстаться.
Татьяна: “Все у нас хорошо. Дети в школу не пойдут, пока со всеми не перецелуемся. Автобус сигналит, а мы все прощаемся. Дети чувствуют, любишь ты их или нет. Даже говорить о своей любви не нужно. Они радуются, что свой дом у них появился, а мы с мужем счастливы, что мечта наша сбылась — иметь много детей. Люди говорят: что вы делаете, столько проблем на себя добровольно взваливаете. А я смеюсь: не дети проблемы создают — беда, когда деток нет”.

Второе рождение детского дома
В центре Вильчи доживало свой век полуразрушенное здание бывшего детского дома. Оно сильно контрастировало с утопающим в цветах домиком Рудницких, стоящим напротив.
Как-то летом Василий обкашивал траву вдоль своего забора, когда подъехала машина председателя Люденевичского сельсовета Юрия Волчика. За порядком в своей вотчине председатель следит строго. Поэтому регулярно наведывается и в маленькие деревушки.
— Юрий Александрович, пора бы с этим домом что-то делать, пока его окончательно в свалку не превратили, — обратился Василий к председателю.
— Вот и забирай себе, будешь ты порядок наводить, — ответил тогда Волчик.
Так вот неожиданно начался новый этап в жизни Рудницких. Идею передачи дома многодетной семье поддержал председатель Житковичского райисполкома. И в 2007 году было вынесено решение передать его семье безвозмездно.
С азартом взялись Рудницкие наводить порядок: разобрали сарайчики, вывезли мусор, застеклили окна, сделали ремонт в трех комнатах. И тут приехали к ним представители Белорусского детского фонда, посмотрели на затеянную стройку и предложили семье дом в Житковичах. Татьяна с Василием отказались — сельские они люди, привыкли на себя рассчитывать, да и детям в деревне привольнее.
Татьяна: “А дальше все было как в сказке. Приехали строители из ирландской благотворительной организации “Помощь детям Чернобыля”. До Нового года начали стройку, а в апреле 2009 года уже состоялось торжественное открытие нашего дома. На нем присутствовали две пожилые женщины-ирландки. Оказалось, что дом наш отремонтировали на их пожертвования. Они были рады, что помогли большой семье (тогда уже восемь детей у нас было). Мы им очень благодарны. А также директору приюта в Житковичах Василию Адамовичу Лесько, начальнику отдела образования райисполкома Анне Екимовне Лукашевич и всем, кто принял участие в нашей судьбе и благоустройстве дома”.

Выбор у каждого свой
Татьяна знает всех биологических родителей детей. И хотя пытается убедить ребят, что нельзя категорически отказываться от родных мам и пап, дети даже слышать про них не хотят.
С болью Татьяна рассказала о знакомстве с мамой первой удочеренной девочки. О том, как пришлось уговаривать Лену поехать на свидание с ней. Сами тоже волновались, ведь мать семь лет дочь не видела.
На вокзале в Житковичах их встретила женщина бомжеватого вида: “Здорово, Алёна, я твоя мама”, — сказала девочке. А та вцепилась в руки Василия и Татьяны и спряталась за них. Тогда женщина стала рассказывать Рудницким о своем житье-бытье. Потом опять к Лене обратилась, мол, неужели не помнишь меня? И тут девочка не выдержала: “А почему ты обо мне не помнила, когда я тебя в интернате ждала?! А сейчас, когда у меня есть мама с папой, ты объявилась?”
Татьяна: “Всякий раз, когда знакомились с родителями детей, думали: вот эти, может, лучше будут. Кто знает, бывает же, что тоска заедает. Может, это пересилит тягу к вину? Нет! Все такие. Бутылка дороже детей. Что ж, они сами сделали выбор”.
Как-то возвращались Рудницкие с семьей из Гомеля, где участвовали в детском экологическом форуме. Дети были на вершине блаженства: такое событие, везут домой призы, да еще первое путешествие на поезде. Попутчик, парень 25 лет, сказал тогда: “Завидую вам, у меня ни братьев, ни сестер нет. Хотелось бы встретить девушку, которая мечтает о большой семье. А что еще надо для счастья?”
Василий и Татьяна с ним полностью согласны. Они точно знают: чтобы счастье поселилось в доме, семья должна быть большой. Тем временем их мальчишки, Павлик с Димкой, ждут пополнения мужской половины семейства Рудницких. Даже кровать в своей комнате приготовили. Я вопросительно поглядела на Татьяну. Она улыбнулась: “Кактусят-то семнадцать было!”
Оксана СЕМЕНОВА