Без роду и племени

Бомжами не рождаются, ими становятся. Практически у каждого из них раньше были крыша над головой
и элементарные бытовые условия, семья, работа и прочие атрибуты жизни обычного человека. Сейчас все это в прошлом, предстающем в радужных красках после «опрокинутой» бутылочки дешевого вина.
Основа существования рядового бомжа заключена главным образом в добыче и потреблении спиртсодержащих веществ: вот вам и смысл жизни, и хобби, и все остальное. Так что вряд ли сейчас можно обнаружить в этой среде былых хиппи с их несложной, но все же чем-то привлекательной, жизненной философией.
По признаниям жлобинских бродяг, пропитание в городе в принципе найти несложно. Достаточно подежурить возле магазинов, столовых, кафе, ларьков в тот момент, когда из них выносят испорченные или с истекшим сроком годности продукты.
Наибольшей популярностью, как рассказала мне промышляющая у торгового центра Марина, пользуются магазины мясопродуктов, рынки в 16-м микрорайоне, а также крупные объекты торговли — там всегда есть чем поживиться. Но самые «хлебные» места одновременно и самые опасные: конкурентов на лакомый, пусть и заплесневевший, кусок тоже хватает — хорошо, если просто прогонят, а то ведь могут и побить. Впрочем, находятся среди ее собратьев по образу жизни, улыбается щербатая Марина, и настоящие «джентльмены», готовые иной раз благородно уступить даме какой-нибудь деликатес. На худой конец, можно покопаться в мусорном контейнере у одного из многоэтажных домов (в частном секторе съестное практически не выбрасывают) — самыми выгодными в этом плане являются заводские микрорайоны. С одеждой, по крайней мере на теплое время года, особых проблем также не возникает. Помимо выброшенного жителями города старья бомжам достаются «сэкондхэндовские» вещи из гуманитарной помощи после пребывания в специализированном приемнике-распределителе област-ного центра или на больничной койке.
А вот добыть дармовую выпивку в большинстве случаев маловероятно — разве что на чьем-либо дне рождения (как ни странно, традицию эту практически все бродяги свято чтут), во время больших праздников или редкого приступа бескорыстия одного из представителей социального «дна» общества. Приходится зарабатывать самим. Летом и осенью проще: собирают и продают ягоды, грибы, некоторые даже едут на уборку овощей и корнеплодов в окрестные сельхозпредприятия, к фермерам, получая в конце отработанного дня по выбору либо «живые» деньги, либо натуроплату в виде части собранного урожая — около 10 процентов. Руководители хозяйств и частники не очень охотно берут бомжей, вполне справедливо сетуя на их вороватость и нежелание качественно трудиться. Но все же при некоторой настойчивости такую возможность найти нетрудно. На самом же деле немалую часть бомжей (не утруждающих себя поиском честного заработка, а предпочитающих «собирать» урожай самостоятельно, под покровом темноты или в отсутствие хозяев) воистину можно назвать «бичами» полей сельхозпредприятий и дачных усадеб.
Исконным промыслом бомжей считается собирание и сдача бутылок. Нынче это занятие в связи с проблемами со сбытом стеклотары потеснил сбор вторсырья, в основном макулатуры. Нередко приходилось наблюдать картину перепалок из-за картонных ящиков между бомжами и продавцами, стоящими на улице у торгового центра и использующими в холода эти ящики вместо прилавков: порой дело доходило чуть ли не до драки.
— В среднем за день принимаю около 200 — 300 килограммов: сложенные картонные коробки, бывают книги, газеты, — рассказывает работающая в расположенном возле рынка «ВИСиК» пункте приема Нина Сергеевна Лыгач. — Да, большей частью макулатуру приносят бомжи. По 10 — 15 килограммов. За один килограмм платим 55 рублей. Многие успевают за день по два-три раза обернуться, так что, считайте, две-три тысячи выходит.
У дворника общежития треста № 40 во втором микрорайоне Любови Дмитриевны опыт взаимоотношений с бродягами исключительно негативный: «За мной закреплена территория, прилегающая непосредственно к общежитию, и участок парка до остановки. И постоянная морока с контейнерами для мусора: каждый день бомжи вытаскивают пакеты, проверяют по весу — если тяжелый, значит, бутылки есть. Распотрошат пакеты, позаносят мусор за стенки, потом доставай оттуда. А вот в эту будку (показывает на сбитую из досок коробку примерно два на два метра, стоящую у стены общежития) набросали кусков меха, устроили себе «спальню». Действительно, проблема ночлега для бомжей, пожалуй, самая актуальная.
Совсем не много осталось в городе домов, подъезды в которых не были бы оснащены дверьми с кодовыми замками, а раньше верхние этажи были излюбленным пристанищем для не имеющих собственного жилья. Поэтому зимой бродяги выкручиваются кто как может: забираются в подвалы, поближе к трубам теплосетей. Жильцы многоэтажек, понятно, не в восторге от такого соседства...
— Да, жильцы довольно часто звонят в дежурную часть по поводу нахождения в их подъезде либо подвале лиц без определенного места жительства, — делится подполковник милиции В. В. Висненко, заместитель начальника отделения профилактики Жлобинского РОВД. — Периодически отправляем бездомных в гомельский приемник-распределитель, там они в течение трех месяцев проходят реабилитацию. За восемь месяцев этого года отправили туда человек десять, но все равно большинство потом возвращается. В принципе все бомжи у нас в своеобразном реестре, всех мы контролируем, поэтому если в их среде что-то происходит, мы имеем возможность это отследить.
В Жлобин постоянно приезжают бродяги из Гомеля, Светлогорска, Бобруйска. Да и само понятие “бомж” достаточно условное: у некоторых есть жилье в сельской местности, других городах. От кого-то отказалась семья, кто-то вернулся из мест лишения свободы и не смог устроиться. У кого-то вообще документов нет, у других родственники отсутствуют. Милиция вынуждена ими заниматься, но не всем можно реально помочь. К примеру, освобожденным из мест лишения свободы выделяются квоты на трудоустройство в центре занятости населения, а другие этого лишены.
Путь в мир иной становится для некоторых долгим и тернистым.
— Трупы людей без документов находят, как правило, в лесу, возле теплосетей, в подвалах и доставляют в морг, — рассказывает заведующий Жлобин-ским межрайонным отделением государственной службы медицинских судебных экспертиз А. Ю. Лещенко.
Александр Юрьевич рассказал, что не так давно обнаружили на лестничной площадке одной из городских многоэтажек труп молодого мужчины. Документов при нем не было — без роду без племени, бомж. Как следует из заключения медицинской экспертизы, смерть наступила в результате отравления этиловым спиртом. Более двух месяцев тело находилось в морге.
За год так называемые социальные похороны проходят 15 — 20 раз, причем в некоторых случаях личность так и не удается установить...
Александр РЫБАКОВ,
г. Жлобин