Иранские дневники гомельчанина

В конце 2006 года были сделаны первые шаги к сотрудничеству между Республикой Беларусь и Ираном
в области газо- и нефтедобычи. Лучшие специалисты производственного объединения «Белоруснефть» побывали в служебной командировке в Тегеране. В эту группу входил ведущий инженер отдела экологии и природоохранных меро-приятий БелНИПИнефть Владимир Федорович БЕЛЯЕВ. На протяжении двух зимних месяцев электронная почта доставляла в Гомель не только его рабочие отчеты, но и неофициальные заметки. Предлагаем нашим читателям некоторые из них.

Время. Оригинальность Ирана начинается с необычного смещения времени. Время не поясное (почасовое), как принято в мире, а свое. Разница с белорусским +1,5 часа. Летосчисление тоже свое. Сейчас у них 1384 год! Выходные — четверг и пятница.
Тегеран не отличается яркими красками. Первое впечатление — южный город в окрестностях Сочи. Город большой. Население 12 — 14 млн. человек. Близко стоящие дома «разнобойной» архитектуры.
Город расположен на склоне с севера на юг. Северная часть города богатая, южная — бедная. Горы видны в хорошую погоду и редко, обычно в дымке, хотя расположены близко. Климат сухой, очень низкая влажность. Отмечается сильная загазованность, на которую некоторые реагируют сразу ощущениями в горле. Часто местные жители и ГАИшники ходят в респираторах. Шарф у прохожего на рту — обычная картина.
Движение транспорта сильное и на первый взгляд хаотичное. Светофоры условные, не очень «красные» и не совсем «зеленые». Правила практически не соблюдаются. Переходить улицы надо осторожно, часто приходится это делать через движущийся поток. Много мотоциклистов. При пробках они выезжают на встречные полосы против движения или объезжают через тротуар, пугая пешеходов.
Бензин в 6-7 раз дешевле нашего, около 10 центов за литр. Существует норма на месяц по такой цене. Если перебрал — платишь вдвое дороже.
Магазины типа лавчонок занимают все первые этажи зданий на оживленных улицах. Как щель, так магазин. Рядом, через стенку, могут быть расположены мясная лавка и автосервис. Ценники на иранском языке и в иранских цифрах. Замечаю, что, несмотря на общую доброжелательность иранцев, каждый из них считает за счастье обдурить неверного. Иногда продавцы называют суммы-небылицы. Приходится самому считать или хотя бы прикидывать заранее, добавляя немного на чай.
Банкоматы. Их много, но все на фарси. Вставить карточку можно, но на этом все заканчивается. Что дальше нажимать и как вернуть — вопрос остается открытым. Проблему эту сложно объяснить и прохожим, и работникам банка… Деньги лучше держать при себе во внутренних карманах. Барсетки и дамские сумочки могут выхватить, обычно мотоциклисты.
Связь. МТS очень ненадежная. В гостинице берут не все сотовые. Например, старенькие Сименсы работают, а новые модели Самсунг и Эриксон — нет. В офисе нефтяной компании связь работает. Стоимость звонка в Беларусь — 2,5$ минута, входящий — 1,34$. SМS — 0,34. VELCOM работает лучше, надежнее, дешевле. И Velcom и МТS при звонке на сотовый — плохое качество, прерывистое. Лучше звонить на городской номер в Беларусь, тогда нормальное звучание.
Спиртное. Его нет совсем — сухой закон. Пиво только безалкогольное, сладковатое, по вкусу что-то среднее между пивом и сладким напитком. У половины из наших, кто пробовал, расстройство желудка. Мы спросили у переводчика: бывают ли случаи, чтобы выпивали за рулем? Что, если остановят и проверят? Он засмеялся: не проверяют, потому что никто выпившим не ездит.
В питании налегаем на фрукты, орехи и соки. В гостиничном ресторане еда мне сразу не понравилась. Суховатое мясо и курица, сухой рис. Поэтому предпочитаю пробовать в маленьких кафешках национальные блюда с овощами. Здесь предлагают тушеные баклажаны, которые отличаются от наших и по виду, и по вкусу. Порции очень большие. Вообще питаться можно недорого. В ресторанах за 3-4$ можно очень хорошо поесть.
Особое место занимают драгоценности. Целые кварталы золотых украшений! Серебро, камни, колье, браслеты. Много белого золота. Обычно золото 750-й пробы. Цена за грамм — 16 — 19$. Кольца с камушками 450$, колье красивые и очень разнообразные — 1200 — 4000$. Но цен на витрине почти никогда нет. В дорогих магазинах стекла защищены какими-то оптическими наворотами. Когда фотографируешь, моргает изображение и качества кадра не добиться. Предполагаю, что стоят поляризационные фильтры на стеклах.
В магазинах очень много кожи. Куртки, плащи в основном черные. Стоимость мужского плаща — 160$. Но всегда можно торговаться. Женские вещи есть очень оригинальные. Шикарные шали, тонкие драповые пальто. Платья в основном строгие, типа китайской революции.
Вообще тема женщин особая. Одеваются иранки неброско, даже затрапезно. Красиво смотрятся легкие ткани, развевающиеся на ходу. Иногда они их изнутри придерживают руками, тогда в иранских женщинах чувствуется изящность и хрупкость. Народ вообще невысокого роста, хотя есть всякие. Женщины в основном маленькие, как подростки, только лицо выдает возраст. Те, кто пытается уйти от национальных традиционных одеяний, выглядят непривлекательно.
Накануне Крещения в гостиницу позвонил священник местного православного прихода, говорящий на русском, пригласил на службу. Нас собралось человек 10. Пришли на 40 минут раньше — все закрыто, что удивило. Кроме нас приехали москвичи-строители. Мы все купили свечи, пожертвовали на церковь, написали записки за здравие близких.
Церковь светлая, внутри отделанная камнем. Икон немного. На службе было человек 50 — 60. Потом все набрали освященной воды и разошлись. Здесь, на чужбине, это мероприятие имеет совсем другой оттенок, другое значение, смысл. Восприятие совсем иное...
С понедельника в Иране так называемый траур (ритуальный ежегодный). Магазины не работают. Улицы пусты, что необычно для шумного многолюдного города. Это ежегодное событие по поводу кончины внука пророка Мухаммеда, посланного Аллахом и погибшего мученической смертью. Церемония своеобразная. Идут мужчины медленной колонной по улице, шагают в ритм сильно бьющим барабанам под пение муллы в громкоговорители и бьют себя (условно истязая) цепями через плечо по спине, поочередно то с одной стороны, то с другой. Лица скорбные, смеяться при виде этих церемоний нельзя.
Поездка в Ахваз. 4 февраля нам представился случай слетать на юго-запад Ирана. Удивительно красиво смотрятся города и поселки с воздуха ночью. Средств на освещение улиц иранцы не жалеют. Каждая улица и двор празднично сияют, напоминая разноцветные украшения из бисера, словно разбросанные по земле заколки, перстни, кулоны...
В Ахвазе тепло. Город серый, запыленный, отличается от Тегерана полным отсутствием влияния запада. Свой колорит, восточный. В первый день в гостинице вечером мы ощутили привкус пыли в носу, рту и горле. Местные нам объяснили, что это отголоски пыльной бури (вначале мы приняли ее за туман) со стороны Ирака, который расположен в 60 — 70 км на восток от Ахваза.
Наутро второго дня пыль почти не осела. Все было запыленное: машины, улицы. Многие люди ходили в респираторах. После работы мы попросили представителей принимающей нефтяной компании свозить нас в город. Впечатлил центральный рынок Ахваза: большой, крытый, со своими улочками и торговыми рядами. Несмотря на 7 вечера, рынок был очень оживлен. Здания обшарпанные, старые. Здесь же мечети. Появление иностранцев сразу замечается и вызывает нескрываемый интерес местных жителей, дети бегут позади любопытной гурьбой.
На четвертый день пребывания проснулся в 5 утра от бликов света. Подумал, может, военные действия в Ираке? Затем услышал раскатистый гром. За окном дождь. Гроза в феврале — для нас штука необычная.
В Иране вообще все по-другому. Меня поражает, как в чайной внизу гостиницы собираются мужчины, бывает с женщинами, пьют только чай, подобно тому, как мы в пивных пиво и водку, и общаются долго. И им есть о чем говорить без спиртного!? Народ вообще очень спокойный и уравновешенный. Я ни разу не видел резкого и раздраженного тона в общении между людьми, где бы это ни было. Спокойствие и доброжелательность — это, пожалуй, главная отличительная черта иранцев. Вообще, посещение Ирана произвело впечатление иной, отличающейся от нашей жизни.