Тестирование: не вместо экзамена, а вместе с ним

Остались считанные дни до подведения итогов добровольного (платного) тестирования по последним экзаменам — русскому и белорусскому языкам. А в эти дни сертификаты получают те, кто прошел тестовые испытания по английскому и немецкому языкам, химии и другим предметам. Каковы же результаты? Почему тестирование так будоражит умы не только его участников, но и широкой общественности? На эти и другие вопросы отвечает директор регионального центра тестирования и профессиональной ориентации учащейся молодежи В. И. ГЛАЗУНОВ.
— Результаты по иностранным языкам и химии оказались вполне ожидаемыми. Нет поголовно высоких или низких оценок, — подчеркнул Владимир Иванович. — По химии три человека из 1331 набрали 100 баллов, еще семеро — до 96, что соответствует 10-балльной отметке. Не преодолели пропуска в вуз, набрали 20 и менее баллов по этому предмету 60 участников тестирования.
По английскому языку 100-балльников — два человека из 1600, еще 10 учащихся получили 10-балльную отметку. Знания 40 участников тестирования оценены двумя и ниже баллами. По немецкому языку из 300 — один набрал 100 баллов, знания двоих оценены 10 баллами, а тринадцати учащихся — двойками и ниже.
К сожалению, получены очень низкие результаты по физике и математике. По физике 20 баллов и ниже получили 520 человек из 2485, 100 баллов не получил ни один участник тестирования. По математике — 20 баллов и ниже у 1740 человек из 5333, 100 баллов получил только один учащийся.
Необходимо отметить, что таких плохих результатов мы не имели ни разу за шесть лет. Хотя итоги по этим предметам в целом и по республике не лучше. Поэтому, естественно, возникают серьезные вопросы по уровню сложности предложенных тестов, системе шкалирования результатов (выставление оценок) и системе перевода баллов в школьную оценку. Мы будем внимательно анализировать эту ситуацию.
— Владимир Иванович, судя по количеству участников добровольного тестирования, оно с каждым годом пользуется все большей популярностью. Но всегда ли правомерен тест? Ведь известно, что для определенной категории учащихся, даже одаренной, тестовые задания нередко оказываются не под силу.
— Когда еще в порядке эксперимента в 1999 году мы начинали цент-рализованное тестирование на базе Гомельского государственного технического университета имени П. О. Сухого (региональный центр тестирования и сейчас там базируется), многие не верили в успех начатого дела. Но время показало, что молодежь доверяет такому методу опроса, потому что он объективный. Процент предъявленных сертификатов в приемные комиссии возрос от пяти — семи в первые годы до 25 в прошлом году, а в некоторые вузы он составил 50 процентов. При всем этом не следует абсолютизировать какой-то один вид контроля знаний. Нужно четко представлять, что такое централизованное тестирование. Это — стандартная процедура, которая дает возможность определить уровень подготовленности по определенному предмету. Да, действительно, среди талантливых ребят много таких, для которых стандартные ситуации оказываются очень сложными. Мне за эти годы немало встречалось одаренных детей, которые на олимпиадах различных уровней получали призовые места, а в тестировании набирали небольшое количество баллов. На вступительных экзаменах и впредь должны учитываться результаты олимпиад, нестандартное мышление при написании сочинения и другие индивидуальные достоинства абитуриента.
Не надо воспринимать как трагедию получение сегодняшней отметки. Часто родители нагнетают обстановку, пытаясь доказать, что их ребенок заслуживает отметку гораздо высшую, чем получил в результате тестирования. Подчеркиваю, тестирование — это не окончательный результат, а лишь одна из форм опроса. И к нему надо относиться только как к одной из попыток проверить свои знания. Я противник того, чтобы все экзамены отменить и оставить лишь тестирование. Лозунг должен быть таким: не вместо экзамена, а вместе с ним.
— Нельзя отрицать тот факт, что при введении централизованного тестирования в проигрыше оказываются сельские дети. Можно ли каким-то образом исправить ситуацию в ближайшей перспективе?
— Пока мы не перешли на 100-процентное профильное образование, участники централизованного тестирования оказываются в неравных условиях. Среди городских ребят в выигрыше те, кто занимается в лицеях, гимназиях, профильных классах. К сожалению, уровень подготовленности сельских школьников не позволяет им конкурировать с такими учащимися. Традиционно мало сельских ребят среди участников централизованного тестирования, не более 10 процентов. Мы пытались приблизить тестирование к селу — продавали посадочные талоны в Рогачеве, Светлогор-ске, Мозыре. К тому же в этом году открыли пункт тестирования на базе Мозырского государственного педагогического университета. Но этого, конечно, мало. С сельскими ребятами надо работать круглогодично, проводить текущее и рубежное тестирование. Просто искать способных ребят, которые, увы, пока остаются за стенами вузов.
— Как вы относитесь к новшеству вступительной кампании этого года — обязательному тестированию по русскому и белорусскому языкам учеников 11-х классов, выпускников прошлых лет, а также выпускников ПТУ, средних специальных учебных заведений, которые будут поступать в вузы?
— Я полагаю, что такое новшество пришло к нам рано. Мы, да и многие представители сферы образования выступали против. Технически это возможно, опыт у нас есть. Но эта форма опроса в школах практически не известна. У нас просто бытовое представление о тестах. В школах считают: мы три-четыре месяца позанимаемся по прошлогодним тестам, и все всем будет понятно. Но учащихся нельзя “натаскать” на тесты. Не получится. Почему? Да потому, что тест требует хороших знаний по всему курсу предмета. В школах к этому не готовы.
Уже заранее можно сказать, что у большинства ребят полученные по результатам тестов оценки не будут соответствовать текущим в школе. Если, предположим, ученик серьезно взялся за учебу только в 10—11 классах, то прежние пробелы, увы, невосполнимы. Психологический стресс неминуем. Хорошо хоть, что экзамен сделали абитуриентским и предоставили еще шанс в виде платного тестирования по языкам. Хотя, конечно, с платным тестированием мы очень опоздали. Не будет у человека времени осмыслить его результат. 25 мая станет известна оценка по платному экзамену, а 30 уже надо сдавать обязательное тестирование по белорусскому языку. К тому же нет нормативной базы, не внесены пока изменения в правила приема.
— Владимир Иванович, что бы вам хотелось изменить в централизованном тестировании в следующем году?
— Необходимо, чтобы в республике была сформулирована концепция развития централизованного тестирования. Мы должны знать, как будем развиваться, чтобы не шарахаться с одной стороны в другую. Необходимо также определиться с многими нормативными документами. Даже в “Законе об образовании” централизованное тестирование пока “не прописано”, от чего возникают финансовые и правовые проблемы. Также должна быть государственная стандартизация всех тестовых материалов. Но чтобы составлять тесты, необходимы не только стандарты, нужно в корне менять систему формирования базы. На сегодняшний день формирование базы тестовых заданий по срокам ни в какие мировые нормы не входит. Желательно привлекать к составлению тестовых заданий школьных педагогов, они практики. Вузовские педагоги, в основном составляющие в настоящее время тесты, в большинстве теоретики и особенностей школьных программ не знают.
Поскольку тестирование с каждым годом приобретает все больший размах, необходим институт организаторов и контролеров. Люди должны быть обучены. В Узбекистане, где тестирование развито больше, чем у нас, существует институт общественных наблюдателей и организаторов. Есть еще много проблем, которые нужно решать.