Отец аутичного ребенка откровенно рассказал, почему не бросил семью и как стал по-настоящему счастливым
- 1371
- 08:53
- 01.03.2025
Поделиться
Юрию Волохину сорок лет. Он живет в деревне Руденец Буда-Кошелевского района, работает в РУП «Белоруснефть-Особино», вместе с женой Мариной растит двух дочерей. Старшей Арине уже тринадцать, в четыре годика у нее диагностировали «аутизм». Софии – шесть, и она абсолютно здорова. В интервью «Гомельскай праўдзе» Юрий откровенно рассказал о жизни, в которой есть любовь, друзья, лето, море, кот и парочка попугаев, а не только болезнь.
Юрию Волохину сорок лет. Он живет в деревне Руденец Буда-Кошелевского района, работает в РУП «Белоруснефть-Особино», вместе с женой Мариной растит двух дочерей. Старшей Арине уже тринадцать, в четыре годика у нее диагностировали «аутизм». Софии – шесть, и она абсолютно здорова. В интервью «Гомельскай праўдзе» Юрий откровенно рассказал о жизни, в которой есть любовь, друзья, лето, море, кот и парочка попугаев, а не только болезнь.
В семье Волохиных умеют находить поводы для радости в любых ситуациях
– Юрий, можете вспомнить, что почувствовали, когда услышали диагноз дочери?
– Страха не было, но очень переживал за Марину. Она восприняла ситуацию, как и всякая мать на ее месте, очень эмоционально. К тому же на тот момент не знали абсолютно ничего об этой болезни. Я не имел права паниковать, от меня требовалось одно: быть опорой и поддержкой. Знал, что вместе мы справимся. Мы и сейчас не сдаемся, хотя осознаем, что Арина – наша ответственность на всю жизнь. Она почти не разговаривает, никогда не сможет жить самостоятельно, и у нее никогда не будет своей семьи. Мы можем только постараться скорректировать ее поведение, помочь ей социализироваться.
– Есть успехи?
– И еще какие! И когда стали замечать изменения в поведении, увидели прогресс, стало намного легче. С четырех лет Арина посещает центр коррекционно-развивающего обучения и реабилитации в Буда-Кошелеве. Она не заговорила, но стала понимать нас, реагировать на просьбы и слова. Сейчас мы с ней можем спокойно ходить по магазинам, посещать различные мероприятия, встречать дома гостей, и никто даже не догадывается, что у ребенка аутизм. Нет больше изматывающих истерик, ее больше не раздражают люди. Дочь с удовольствием занимается с педагогами центра творчеством, танцует и очень любит сцену. Она помогает маме по дому: не успеет та принести сумки с продуктами, как Арина всё разложит по своим местам. Может приготовить бутерброды, сделать чай, пожарить яичницу. А еще она педантка, каких поискать. В ее комнате, в отличие от Сониной, идеальный порядок. На этом фоне иногда конфликты даже возникают. Беспорядок ее раздражает.
– Как показывает жизнь, представители сильного пола, столкнувшись с трудностями воспитания, часто проявляют слабость и уходят от жены и ребенка. Расскажите, как вы сохранили семью?
– Да, быть родителем особенного ребенка непросто. Многие не выдерживают. В нашем ближайшем окружении есть такой пример. Не знаю, как так вышло, но нас болезнь Арины сплотила. Мы вместе ездили по врачам, много разговаривали и поддерживали друг друга. Проблема объединила, а любовь и надежда давали силы жить дальше. Да, ребенок у нас особенный, а кто ей поможет кроме нас? Говорят, что родителей не выбирают, но и детей тоже. Бог дал нам это испытание, значит – ноша нам по силам. Почему-то отцов, оставшихся в семье, многие считают чуть ли не героями, однако я уверен: благодарить нужно женщину. Я преклоняюсь перед своей женой. Она младше меня на восемь лет, но в ней столько мудрости и силы.
– Как вы встретились?
– Мне было 27, а Марине всего 19, когда познакомились в компании друзей. К тому времени я уже получил специальность электрика, слесаря, мастера техпроизводства в Костюковке, отслужил в армии и устроился в РУП «Белоруснефть-Особино». Думал временно, оказалось надолго. В общем, через год уже стали родителями. Марина из дружной многодетной семьи: у нее три сестры и четыре брата. Может, поэтому она такая бойкая: в обиду не то что себя, меня не даст (смеется). У меня только сестра и брат. Все мы тепло общаемся, дружим семьями, выручаем друг друга. С моими родителями и вовсе живем под одной крышей, но через стенку – пристроили к ним свой дом.
– Как Арина восприняла появление сестрички?
– Думали, что будет ревновать, а она, наоборот, души в сестре не чает. Стала нам настоящей помощницей. Арина как по щелчку изменилась, когда родилась Соня. Если раньше могла ходить по дому и громко кричать, то с появлением малышки буквально на цыпочках передвигается и нам не позволяет шуметь. Сестры очень близки и любят друг друга. Мы ни минуты не жалеем, что родили вторую дочку, хотя долго не решались. Вы не представляете, насколько они дружны. Между нашими девочками существует какая-то невероятная связь. Несмотря на все различия, сестры живут в любви, мире и взаимоподдержке.
– Как сохранить гармонию в семье, где есть ребенок с аутизмом?
– Когда рождается ребенок с расстройством аутистического спектра, потребности родителей уходят на второй план. Но жизнь не заканчивается на бланке с диагнозом и печатью: «аутизм». Семья – это не только дети. Важно уметь находить место для радости в любых условиях и держать баланс между заботой о больном ребенке и личной жизнью. Нельзя терять оптимизм, нужно верить в лучшее будущее. Секрет нашего семейного счастья прост: мы очень близки с женой. У нас нет тайн друг от друга. Мы не просто супруги, мы лучшие друзья.
– Юра, как вы считаете, отец должен принимать участие в воспитании детей или его задача только обеспечить материально?
– Марина вынуждена была уйти с работы, чтобы уделять время Арине, и я остался единственным кормильцем в семье. Конечно, жена больше времени проводит с девочками и все вопросы по воспитанию ложатся на ее плечи, а я на подхвате. Понимаю, как трудно ей приходится, восхищаюсь и горжусь ею. Не знаю, как в человеке сочетаются нежность, любовь, принятие и терпение со строгостью и многозадачностью. Дочки понимают ее с одного взгляда, а из меня веревки вьют. Знают, что не смогу им отказать ни в чем. Зато я хорош по части сглаживания конфликтов.
– У вас есть семейные традиции?
– Да, на Новый год мы обязательно ездим на ледовый каток. По праздникам посещаем детские развлекательные центры. Летом выбираемся с ночевкой в лес и на речку. Иногда сугубо своей семьей, но можем и с компанией. Любим путешествовать. Как только Аришке исполнилось четыре, стали ездить на машине к морю практически каждый год. Денег на это не жалеем. Как говорит моя супруга: «Нужно копить эмоции, а не деньги». А еще мои девочки любят петь. Купил им домашнюю караоке-систему. Они веселятся, а мне хорошо.
– Что можете посоветовать отцам, у которых родился ребенок с тяжелым заболеванием?
– Нужно просто давать ему любовь и заботу, не отчаиваться и верить в себя.
Доброе сердце и золотые руки
– Реальная любовь – это про заботу, а не цветы и подарки. Юра – настоящий и надежный, чуткий и порой романтичный, – рассказывает Марина Волохина. – Однажды подарил мне рака на день рождения (мой знак по гороскопу), которого смастерил в гараже за вечер из болтиков, гаечек, пружинок и саморезов, а на 14 февраля – фигурки влюбленных из подручных материалов. Это было так трогательно и приятно. А вообще, Юра – мастер на все руки. Мы не пользуемся услугами автосервиса – муж сам чинит наши автомобили. В центре коррекционно-развивающего обучения и реабилитации знают, что на него можно рассчитывать: качели сделать, оборудование обновить или установить новое. В свое время, когда Арина тяжело переносила присутствие чужих людей, он соорудил для нее детскую площадку во дворе нашего дома. Сегодня, чтобы занять девочек, есть и батут, и бассейн, и место для игры в волейбол. Вот беседку на улице достраивает. А еще у Юры доброе сердце. Муж прекрасно ладит с дочками. Соня как-то даже спросила: «Мама, а за папу замуж нельзя выйти? Я тоже себе такого мужа хочу».
В семье Волохиных умеют находить поводы для радости в любых ситуациях
– Юрий, можете вспомнить, что почувствовали, когда услышали диагноз дочери?
– Страха не было, но очень переживал за Марину. Она восприняла ситуацию, как и всякая мать на ее месте, очень эмоционально. К тому же на тот момент не знали абсолютно ничего об этой болезни. Я не имел права паниковать, от меня требовалось одно: быть опорой и поддержкой. Знал, что вместе мы справимся. Мы и сейчас не сдаемся, хотя осознаем, что Арина – наша ответственность на всю жизнь. Она почти не разговаривает, никогда не сможет жить самостоятельно, и у нее никогда не будет своей семьи. Мы можем только постараться скорректировать ее поведение, помочь ей социализироваться.
– Есть успехи?
– И еще какие! И когда стали замечать изменения в поведении, увидели прогресс, стало намного легче. С четырех лет Арина посещает центр коррекционно-развивающего обучения и реабилитации в Буда-Кошелеве. Она не заговорила, но стала понимать нас, реагировать на просьбы и слова. Сейчас мы с ней можем спокойно ходить по магазинам, посещать различные мероприятия, встречать дома гостей, и никто даже не догадывается, что у ребенка аутизм. Нет больше изматывающих истерик, ее больше не раздражают люди. Дочь с удовольствием занимается с педагогами центра творчеством, танцует и очень любит сцену. Она помогает маме по дому: не успеет та принести сумки с продуктами, как Арина всё разложит по своим местам. Может приготовить бутерброды, сделать чай, пожарить яичницу. А еще она педантка, каких поискать. В ее комнате, в отличие от Сониной, идеальный порядок. На этом фоне иногда конфликты даже возникают. Беспорядок ее раздражает.
– Как показывает жизнь, представители сильного пола, столкнувшись с трудностями воспитания, часто проявляют слабость и уходят от жены и ребенка. Расскажите, как вы сохранили семью?
– Да, быть родителем особенного ребенка непросто. Многие не выдерживают. В нашем ближайшем окружении есть такой пример. Не знаю, как так вышло, но нас болезнь Арины сплотила. Мы вместе ездили по врачам, много разговаривали и поддерживали друг друга. Проблема объединила, а любовь и надежда давали силы жить дальше. Да, ребенок у нас особенный, а кто ей поможет кроме нас? Говорят, что родителей не выбирают, но и детей тоже. Бог дал нам это испытание, значит – ноша нам по силам. Почему-то отцов, оставшихся в семье, многие считают чуть ли не героями, однако я уверен: благодарить нужно женщину. Я преклоняюсь перед своей женой. Она младше меня на восемь лет, но в ней столько мудрости и силы.
– Как вы встретились?
– Мне было 27, а Марине всего 19, когда познакомились в компании друзей. К тому времени я уже получил специальность электрика, слесаря, мастера техпроизводства в Костюковке, отслужил в армии и устроился в РУП «Белоруснефть-Особино». Думал временно, оказалось надолго. В общем, через год уже стали родителями. Марина из дружной многодетной семьи: у нее три сестры и четыре брата. Может, поэтому она такая бойкая: в обиду не то что себя, меня не даст (смеется). У меня только сестра и брат. Все мы тепло общаемся, дружим семьями, выручаем друг друга. С моими родителями и вовсе живем под одной крышей, но через стенку – пристроили к ним свой дом.
– Как Арина восприняла появление сестрички?
– Думали, что будет ревновать, а она, наоборот, души в сестре не чает. Стала нам настоящей помощницей. Арина как по щелчку изменилась, когда родилась Соня. Если раньше могла ходить по дому и громко кричать, то с появлением малышки буквально на цыпочках передвигается и нам не позволяет шуметь. Сестры очень близки и любят друг друга. Мы ни минуты не жалеем, что родили вторую дочку, хотя долго не решались. Вы не представляете, насколько они дружны. Между нашими девочками существует какая-то невероятная связь. Несмотря на все различия, сестры живут в любви, мире и взаимоподдержке.
– Как сохранить гармонию в семье, где есть ребенок с аутизмом?
– Когда рождается ребенок с расстройством аутистического спектра, потребности родителей уходят на второй план. Но жизнь не заканчивается на бланке с диагнозом и печатью: «аутизм». Семья – это не только дети. Важно уметь находить место для радости в любых условиях и держать баланс между заботой о больном ребенке и личной жизнью. Нельзя терять оптимизм, нужно верить в лучшее будущее. Секрет нашего семейного счастья прост: мы очень близки с женой. У нас нет тайн друг от друга. Мы не просто супруги, мы лучшие друзья.
– Юра, как вы считаете, отец должен принимать участие в воспитании детей или его задача только обеспечить материально?
– Марина вынуждена была уйти с работы, чтобы уделять время Арине, и я остался единственным кормильцем в семье. Конечно, жена больше времени проводит с девочками и все вопросы по воспитанию ложатся на ее плечи, а я на подхвате. Понимаю, как трудно ей приходится, восхищаюсь и горжусь ею. Не знаю, как в человеке сочетаются нежность, любовь, принятие и терпение со строгостью и многозадачностью. Дочки понимают ее с одного взгляда, а из меня веревки вьют. Знают, что не смогу им отказать ни в чем. Зато я хорош по части сглаживания конфликтов.
– У вас есть семейные традиции?
– Да, на Новый год мы обязательно ездим на ледовый каток. По праздникам посещаем детские развлекательные центры. Летом выбираемся с ночевкой в лес и на речку. Иногда сугубо своей семьей, но можем и с компанией. Любим путешествовать. Как только Аришке исполнилось четыре, стали ездить на машине к морю практически каждый год. Денег на это не жалеем. Как говорит моя супруга: «Нужно копить эмоции, а не деньги». А еще мои девочки любят петь. Купил им домашнюю караоке-систему. Они веселятся, а мне хорошо.
– Что можете посоветовать отцам, у которых родился ребенок с тяжелым заболеванием?
– Нужно просто давать ему любовь и заботу, не отчаиваться и верить в себя.
Доброе сердце и золотые руки
– Реальная любовь – это про заботу, а не цветы и подарки. Юра – настоящий и надежный, чуткий и порой романтичный, – рассказывает Марина Волохина. – Однажды подарил мне рака на день рождения (мой знак по гороскопу), которого смастерил в гараже за вечер из болтиков, гаечек, пружинок и саморезов, а на 14 февраля – фигурки влюбленных из подручных материалов. Это было так трогательно и приятно. А вообще, Юра – мастер на все руки. Мы не пользуемся услугами автосервиса – муж сам чинит наши автомобили. В центре коррекционно-развивающего обучения и реабилитации знают, что на него можно рассчитывать: качели сделать, оборудование обновить или установить новое. В свое время, когда Арина тяжело переносила присутствие чужих людей, он соорудил для нее детскую площадку во дворе нашего дома. Сегодня, чтобы занять девочек, есть и батут, и бассейн, и место для игры в волейбол. Вот беседку на улице достраивает. А еще у Юры доброе сердце. Муж прекрасно ладит с дочками. Соня как-то даже спросила: «Мама, а за папу замуж нельзя выйти? Я тоже себе такого мужа хочу».
Реклама
