Буду вечно молодым, или Кого считать пенсионером?

“Труднее всего прожить первые семьдесят лет. А там дело пойдет на лад…”
— сказал Ремарк устами своего героя из “Трех товарищей”. Я пока
нахожусь на “трудном” отрезке жизненного пути, поэтому могу только
предполагать, какова здесь доля правды. Или ее вообще нет?

Об этом я спросила у людей, достигших благодатного ремарковского
возраста. Приятно, что пожилые люди сохраняют чувство юмора: только
один человек разозлился на “дурацкий вопрос”, другой, расхохотавшись,
разделил мнение писателя, кто-то пожелал мне дождаться этого “лада”
самой... И все разговоры от шуток перешли, в общем, к одному: жизнь
семидесятилетних — это маленькие пенсии, ограниченные возможности для
подработки и дорогие лекарства.

Мнение моих респондентов подтверждают и социологические опросы: 55%
населения Беларуси недовольны существующей пенсионной системой либо
ратуют за те или иные ее изменения.

Этот “старый” Старый Свет
Западная Европа давно обеспокоена ростом количества пожилых людей в общей численности населения. Экономические и социальные последствия старения человечества все громче заявляют о себе. Специалисты подсчитали, что к 2050 году каждый третий европеец будет старше 60. А продолжающееся сокращение доли трудоспособных людей многократно увеличит нагрузку на экономику “стареющей” Европы. Прежде всего на систему социальной защиты населения.
На этом фоне ситуация со старением населения в Беларуси выглядит пока неплохо. Как сообщают в Министерстве труда и социальной защиты населения, доля трудоспособного населения в нашей стране сегодня составляет 62,7%. Те или иные пенсии получает 25% населения.
Однако специалисты в области статистики уже со следующего года прогнозируют тенденцию к убыли в процентном соотношении количества трудоспособных людей. Надо что-то предпринимать, чтобы не прийти к демографической ситуации, связанной со старением населения в Европе. И для этого есть совсем немного времени.

Где найти резервы?
Для укрепления семьи и стимулирования рождаемости в стране правительством принята Национальная программа демографической безопасности Республики Беларусь на 2007 — 2010 годы. Программа прежде всего направлена на повышение уровня материальной поддержки семьи. С января текущего года увеличено пособие по уходу за ребенком в возрасте до 3 лет, многодетные семьи активно пользуются льготами по подоходному налогу, финансовой поддержкой в погашении задолженности по кредитам на строительство жилья. Для улучшения демографической ситуации планируется финансирование и других государственных программ и мероприятий.
По словам начальника отдела демографической и социальной статистики главного статистического управления Гомельской области Людмилы Митраховой, за девять месяцев 2008 года рождаемость на Гомельщине повысилась на 5%.
— Всплески рождаемости цикличны. Сегодняшние мамы и папы — это дети, родившиеся в начале — середине 80-х годов прошлого столетия во время очередного “бэби-бума”, — говорит специалист. — Рождаемость и дальше будет повышаться. В 2010 — 2011 годах она переживет свой пик, который продлится до 2013 года. А затем неизбежен спад: детородного возраста достигнет поколение 90-х, на которое пришлась демографическая яма.
Растущий показатель рождаемости, конечно, прекрасно. Но это далеко не всё. Ведь дети должны вырасти, выучиться, и только потом они подключатся к финансированию пенсий, выплачивая страховые взносы.
Зарубежный опыт показывает, что даже в самых демографически “старых” странах есть значительные резервы прироста рабочей силы. И в первую очередь это вовлечение в активную трудовую деятельность людей, выведенных из нее из-за раннего выхода на пенсию.
Например, в Латвии увеличение пенсионного возраста происходило постепенно: каждый год на шесть месяцев (для женщин). Сегодня он одинаков для обоих полов и составляет 62 года. Подобная практика применяется в Литве, Венгрии и Эстонии. В настоящее время в 55 и 60 лет становятся пенсионерами только жители Беларуси, России, Украины и Узбекистана.

Пенсионер уже не тот
Между тем понятие “работающий пенсионер”, абсолютно привычное для нас, совершенно не актуально для Запада. В большинстве стран пенсионный возраст, установленный в соответствии с рекомендациями Международной организации труда, наступает в 65 лет как для мужчин, так и для женщин. И, как считают специалисты, именно в этом возрасте наиболее реальна утрата трудоспособности. Поэтому после назначения пособия люди не спешат устраиваться на работу.
У нас картина иная. Как сообщили в главном статистическом управлении Гомельской области, на конец 2007 года после получения пенсии в нашем регионе продолжали работать почти 34 тысячи человек (из них женщин более 70%).

Справка
Общая численность лиц в возрасте старше трудоспособного составляет 318,1 тысячи человек, или 21,7% населения области. Из них женщин — 71,4%. В этом возрасте особенно ощутима разница в соотношении мужчин и женщин. Так, на каждую тысячу мужчин в возрасте старше трудоспособного приходится две с половиной тысячи женщин-пенсионерок. При этом в возрастной группе 60 — 64 года — 1401, в возрасте 75 — 79 лет — 2146, в возрасте 80 — 84 года — 3200, а в возрасте 85 лет и старше — 4823. Существенная разница в соотношении мужчин и женщин вызвана более высокой смертностью мужчин.
По данным главного статистического управления Гомельской области

Кстати, вы заметили, что в Беларуси не применяется термин “пенсия по старости”? Наши люди выходят на пенсию по возрасту. Потому что женщин, достигших 55 лет, никак не назовешь старыми. Да и многие мужчины в 60 лет могут дать фору молодым. Но тем не менее, по данным социологических опросов, 80% белорусов считают оптимальным существующий у нас возраст выхода на пенсию.
В опросе, размещенном на сайте “Гомельскай праўды”, приняли участие 190 человек. Настроения наших интернет-читателей наглядно демонстрирует диаграмма.
Что ж, мини-опросы “ГП” только подтверждают данные социологических: большинство из нас морально не готово отказаться от ранней пенсии. Еще бы, кто обрадуется тому, что работать придется дольше. Пусть даже ради благой цели — хорошего пособия. Человек так устроен — лучше плохо сидеть, чем хорошо стоять.
Можно, конечно, и дальше делать вид, что все нормально и никаких изменений не предвидится. Но от реалий жизни не спрятать голову в песок, подобно страусу. Пенсионный возраст рано или поздно постучится в дом. И каким будет качество нашей жизни в “третьем периоде” во многом зависит от дня сегодняшнего, от готовности каждого создавать свое завтра.
...Чтобы “дело пошло на лад” после семидесяти.
Оксана СЕМЕНОВА
В следующем номере “ГП” (11 ноября)
читайте интервью с начальником отдела развития пенсионной системы
Министерства труда и социальной защиты Татьяной Погонышевой “Подарят ли
пенсионерам “вторую молодость”?”

С вопросом “Как вы относитесь к возможному повышению пенсионного возраста в Беларуси?”
я обратилась к гомельчанам. Вот некоторые ответы:
Лариса Ревенкова, технолог ОАО “Элегант”, 41 год:
— Вы ожидаете от меня восторга? Нет, я не хочу работать до 60 лет! Считаю, что мы достаточно отдаем государству, чтобы в 55 лет уйти на заслуженный отдых. Я, например, работаю с 22 лет много, честно и добросовестно и хочу на пенсию в 55!
Владимир Иванович, служащий, 54 года:
— Учитывая среднюю продолжительность жизни мужчин и женщин, считаю, что повышение пенсионного возраста должно коснуться в основном прекрасной половины человечества. Не примите меня за женоненавистника. Я, конечно, понимаю, что женщины рожают, и дамам вообще тяжелее… Но не на пять же лет!
Аркадий, строитель, 43 года:
— Жизнь продлевает не отдых, а активная трудовая деятельность. Увеличение пенсионного возраста — это необходимость, продиктованная временем. Оглянитесь вокруг, боюсь, что лет через десять будущих пенсионеров вообще некому будет кормить.
Людмила Балакина, госслужащая, 36 лет:
— Все должно остаться так как есть. Очень многие ждут пенсии как более стабильного положения и пусть небольшого, но гарантированного материального обеспечения. Сегодня проблематично устроиться на работу после 35 лет. Я уже не говорю о 50-летних!
Ирина Павловна, работник культуры, 53 года:
— Только мысль о пенсии через два года у меня вызывает стресс. Я не представляю себя вне работы. Кроме того, существующая система контрактов просто выдавливает новоиспеченных пенсионерок из трудовой обоймы коллектива. Это положение необходимо изменить на законодательном уровне. Пенсионный возраст нужно увеличивать.
Светлана Федоровна, работающая пенсионерка, 59 лет:
— Я думаю, что нужно учитывать состояние здоровья человека. Кто-то и в 65 лет прекрасно справляется со своими обязанностями, а для кого-то тяжело дотянуть до 55. Да и до пенсии теперь не все доживают. А вообще, если бы пенсия могла обеспечить человеку достаток, то никто и не стремился бы работать после ее оформления.