Большая загадка “Пяти вечеров”

В областном драматическом театре премьера — спектакль
по пьесе Александра Володина “Пять вечеров”. В советское время автор был очень “раскручен”. А по этой пьесе спектакли ставили практически все театры Союза. На этот раз в Гомеле его воплотил на сцене режиссер из Минска, преподаватель Белорусской академии искусств Рид Талипов. Тамару играет заслуженная артистка Беларуси Людмила Корхова, Ильина — Виталий Бедношея, Славу — Игорь Ломанович,
Катю — Светлана Ефимова, Зою — Наталия Задорина,
Тимофеева — Александр Лавринович, лейтенанта —
Дмитрий Нестеров.
Действие пьесы происходит в Ленинграде. Ильин, живущий на Севере, приехал сюда в отпуск. В соседнем доме живет его первая любовь Тамара, с которой они переписывались всю войну, а потом переписка оборвалась. Ильину хочется увидеть, какая она сейчас. Тамара работает мастером, незамужем и живет с племянником. Ильин хвастает, что он главный инженер на крупнейшем в Союзе химическом заводе, а здесь в командировке. Тамара предлагает ему пожить эти дни у них. А потом он уезжает, не простившись.
Тамара ищет Ильина и узнает, что тот сказал ей неправду, на самом деле он работает шофером на Севере... В конце концов Ильин возвращается к Тамаре...
Журбин: — В афише пьеса определена как лирические сцены про любовь, но лирики было немного. Больше смешного. И спектакль подходит скорее под определение “бытовые сцены про любовь с элементами комедии”. Хорошо была оформлена сцена, удачно отражен быт. А вообще, весь спектакль воспринимается как отдельные яркие концертные номера. Играют все прекрасно, особенно хотелось бы отметить молодых актеров Ефимову и Ломановича. Но цельного впечатления спектакль не оставляет.
Величко: — Мы ведь с тобой смотрели спектакль в разные дни, а у меня точно такое же мнение. Я с удовольствием следила за игрой каждого из актеров. И некоторые меня просто поразили, например, Людмила Корхова, которая появилась на сцене в толстенных очках, с папиросой и в халате. Я ее даже не узнала. Наталия Задорина блестяще сыграла продавщицу-мещанку Зою. Она тоже была неузнаваема. Удачен образ, созданный Виталием Бедношеей. И молодым актерам зал просто рукоплескал. Костюмы эпохе соответствовали. Музыкальное оформление было удачным.
Журбин: — Что касается музыкального оформления, то, мне кажется, режиссер не додумал момент, когда Людмила Корхова якобы поет под гитару, а до смешного заметно, что звучит фонограмма. Если бы песня звучала, а героиня сидела и задумавшись слушала — зритель бы воспринял, что она поет в своем воображении. И это было бы интересней!
Величко: — Не знаю, как в спектакле, который ты смотрел, но я обратила внимание на такую деталь. В первой сцене Зоя и Ильин разговаривают в ее доме, как я понимаю, а рядом со столом валяются мешки. А потом через некоторое время оказывается, что эта же комната — подсобка магазина, и там те же мешки. Так что, первая любовная сцена в магазине происходила? Но, судя по тексту, нет. Может, мешки случайно оставили?
Журбин: — Когда я смотрел, мешки тоже были. Наверное, режиссер что-то здесь не додумал. И вообще, в спектакле много штампов: поворот сцены на 360 градусов, который обозначает, что прошли сутки, был использован во всех театрах, где ставился этот спектакль. Второй штамп — Тамара закрывает занавес рукой в конце первого действия и открывает в начале второго. Во всех театрах, где ставили “Пять вечеров”, также обязательно в конце крутится сцена и идет калейдоскоп всех персонажей.
Несмотря на хорошую игру, в некоторых местах появляются нудность, эмоциональные ямы. Одна из них — сцена на вокзале.
Величко: — Небольшая помарка бросилась мне в глаза у Корховой. В первые моменты своего появления на сцене она в толстых очках, и чтобы прочитать фамилию в паспорте, к самому носу его подносит. Получается — близорукость страшная. А потом уже утром мало того, что очков нет, так еще на протяжении всей дальнейшей игры — ни тени близорукости.
Журбин: — Как говорил Станиславский, из маленьких правд рождается большая правда спектакля. Вот так же из маленьких неправд рождается неправда спектакля.
Величко: — Режиссеры часто очень смело вмешиваются в авторский текст. А здесь слишком добросовестно перенесено все на сцену, соблюдены все точки и запятые… Когда-то я прочитала рецензию одного из московских театральных критиков, которая мне очень запомнилась. Он хвалил игру каждого актера, занятого в постановке, работу костюмеров, осветителей и звукорежиссера. А потом указал, что спектакль должен смотреться единым целым. И если начинаешь концентрироваться на деталях — с точки зрения режиссуры он не получился. Я обращаю внимание на детали, значит… С тех пор я все хотела увидеть — как же может выглядеть такой спектакль. Теперь увидела.
Журбин: — Ценность этого спектакля, наверное, в его парадоксальности. Великолепная игра актеров и отсутствие цельной постановки, воспринимаемой на едином дыхании.
Величко: — И в том, что можно изучить аромат эпохи, советскую литературу, историю страны. Постановка интересна с этой точки зрения. И еще с удовольствием можно посмотреть на игру любимых актеров в неожиданных амплуа.
Журбин: — Спектакль открыл для меня актеров Игоря Ломановича и Светлану Ефимову. Поэтому стоит на спектакль прийти и составить о нем свое личное впечатление.
Лилия ВЕЛИЧКО,
Игорь ЖУРБИН