Холод льда и пламень сердца

Недавно в Гомеле побывал российский театр ледовых миниатюр Игоря Бобрина. На ледовом шоу “Золушка” был аншлаг. Ведь гомельским зрителям впервые представилась возможность воочию увидеть кумиров прошлых лет, известных советских фигуристов, некогда блиставших на чемпионатах мира, Европы и Олимпийских играх.Звездный миг, к которому идут десятилетия, длится недолго, всего несколько лет. А дальше что? Впереди ведь целая жизнь. Вот она-то и интересовала журналистов — жизнь “звезды” после ухода из большого спорта. Тем более что представилась возможность пообщаться сразу с несколькими звездами фигурного катания — олимпийскими чемпионами в танцах на льду Натальей Бестемьяновой и Андреем Букиным, самым известным советским фигуристом в одиночном катании, чемпионом Европы и бронзовым призером чемпионата мира Игорем Бобриным.
Игорь Бобрин в прошлом году отметил свое пятидесятилетие, а чуть раньше — юбилей супружеской жизни с Натальей Бестемьяновой. Вместе они уже более 20 лет, но любят друг друга по-прежнему нежно и трепетно. Бестемьянова признается, что и сегодня влюблена в мужа, как школьница. Их роман в свое время вызвал немало пересудов в кругах поклонников фигурного катания. Ведь как бы ни скрывали в свое время чиновники личную жизнь великих спортсменов от прессы, ни для кого не было секретом, что представители советского парного катания вступали в браки, а если любовь проходила, то искали новых партнеров. Наташа же полюбила не партнера по танцам, а “одиночника”. При этом с Андреем Букиным и по сей день она в прекрасных отношениях, к тому же Андрей был и остается лучшим другом Игоря. Такой вот получился треугольник.
— Глядя на звездную пару Бестемьянова — Букин, вас никогда не подмывало желание самому выступать в паре, скажем, с Наташей? — поинтересовались журналисты у Игоря.
— Тому, что я одиночник, есть простое объяснение — травма, которая не позволяла выполнять под-
держки и подкрутки партнерши. Кроме того, пара — это слаженный механизм, действия партнеров должны быть заранее согласованы и просчитаны. А одиночник — это свободный художник.
— Как же вы тогда влюбились в “парницу” Бестемьянову, не будучи с ней рядом?
— Так, наверное, редко у кого бывает. Мы однажды посмотрели друг на друга и поняли, что нужны друг другу. У нас даже не было какого-то классического развития романа: свиданий, цветов... К тому же мы много времени проводили на сборах, а там личная жизнь не приветствовалась. Поэтому поначалу пытались играть со всеми в прятки. Но очень скоро поняли, что наши чувства очень серьезны и стали жить вместе.
— А как же Андрей? Он постоянно вместе с вашей возлюбленной. Не возникнет чувство ревности?
— Я мог бы ревновать к какому-то абстрактному мужчине. Но к Андрею у меня ревности никогда не было.
— Сейчас вам не хотелось бы побыть на льду вместе с Наташей?
— Мы иногда выступаем вместе в нашем театре, но ограничиваем наше совместное катание. У каждого свои обязанности. Спектакли имеют разные роли, кататься приходится с разными партнерами. Хотя однажды сделали один номер на двоих под музыку Цфасмана: он когда-то пошутил и соединил две мелодии — “Барыню” и “Тореадора”. На этом комизме и был поставлен номер, который, на мой вгляд, получился очень удачным. Но мы выходили после него абсолютно опустошенные, потому что Наташа "тянула одеяло" на себя, а я на себя — ведь мы оба лидеры.
— Какие были наиболее
“звездные” моменты в вашей
театральной жизни?
— Просто приятный момент жизни испытал в Сеуле, Южной Корее. В прошлом году там шел наш спектакль “Ромео и Джульетта”. Я стоял за кулисами и испытывал кайф от настроения зала и работы артистов. Мне не нужно было ничего править, мои друзья работали без-укоризненно. Такое редко бывает в жизни нашего театра, потому что мы всегда очень критично себя оцениваем.
— В своем театре вы сам себе и режиссер, и актер. Значит, можете ставить то, о чем мечтаете, — “Чаплина”, “Щелкунчика”, “Алису в Стране Чудес”?
— К сожалению, мы не слишком свободны в том, что хотим сыграть или сделать. Конечно, иногда ставим в нашем театре то, что нам хочется. Но предложения обычно идут от импрессарио. Потому что он, в конечном счете, будет вкладывать свои деньги в организацию наших гастролей. Вот по заказу американского импрессарио мы и сделали “Золушку”. Здесь удачно сошлись творчество и кассовый успех. А ставить то, что у нас никто не купит — страшно, ведь мы живем только на то, что зарабатываем.
...“Золушка” в постановке Игоря Бобрина действительно смотрелась великолепно. В роли Золушки и Принца выступали Наталья Бестемьянова и Андрей Букин, которые по-прежнему находятся в прекрасной спортивной форме. Под-
держки, вращения, прыжки в сочетании с артистизмом и вдохновением сделали ледовое шоу красочным и запоминающимся. Жаль только, что в Гомеле была запланирована только одна постановка этого замечательного спектакля. Однако зрители разошлись с уверенностью, что театр ледовых миниатюр Игоря Бобрина к ним обязательно вернется.
Андрей Букин после спектакля с удовольствием выпил кофе “по-гомельски”, который сам и заварил. С журналистами не общался — занят был “по кухне”, а время у артистов на общение в тот вечер, как говорят, всего ничего. Приехали перед самым спектаклем, уехали сразу после него. Так что говорили те, кто “посвободнее”.
Наталье Бестемьяновой очень понравился Ледовый дворец в Гомеле. Ее поколение спортсменов и мечтать не могло о таком великолепии в обычном областном центре.
— У вас богатый спортивный опыт. Никогда не хотелось его передать юным? — спросили мы Наталью Бестемьянову.
— В России, к сожалению, нет тех условий для тренировок детей, которые я хотела бы. Да и с оплатой труда детского тренера возникают проблемы. Когда была в США, то за тренировки хорошо платили. А впрочем, у меня большая загрузка в театре.
— Вы достигли в жизни всего, чего хотели?
— Да нет, что вы. Предела мечтаний не должно быть, иначе жизнь для человека потеряет смысл. Я и сегодня вся в поиске и суете. Считаю, что много еще не сделала. В театре у нас с Игорем много задумок, может и тренером поработаю. Новых чемпионов воспитаю.
...Наталья поежилась и еще теплее укутала ноги, хотя в помещении для отдыха плюсовая температура. Да, как бы ни было красиво на льду при свете прожекторов, нельзя забывать, что на нем очень холодно. И валенки не наденешь. А кататься приходится по несколько часов в день в течение многих лет, считай, босиком. Вот такая цена ледового спорта.
И просто хочется преклониться перед мужеством тех, кто после большого спорта все же остается на льду, радуя зрителей. Игорь Бобрин не стал олимпийским чемпионом или чемпионом мира. Но его выступления были потолком советской школы одиночного фигурного катания 70-х и начала 80-х годов. Это потом появились Евгений Плющенко и Алексей Ягудин, однако они были подготовлены в иных экономических условиях.
Игорь Бобрин остается в истории фигурного катания первым, кто выступал одновременно и как выдающийся спортсмен, и как артист. Его артистическое начало явно превалировало над спортивной составляющей. Для Бобрина искусство в спорте было важнее собственно спорта, а цельность образа на льду важнее правильности и сложности исполняемых элементов. Может быть поэтому он и не завоевал много наград, но был удостоен звания заслуженного мастера спорта и вписал свое имя в анналы мирового фигурного катания. Его “Спящего ковбоя” на льду запомнили тысячи зрителей во многих странах. Вспоминается такой случай в его спортивной карьере. Группа советских спортсменов, победителей чемпионатов мира, в числе которых находилась и Бестемьянова, уезжала по европейским городам в показательное турне. Бобрин знал, что он в этой компании лишний, поскольку не был чемпионом мира. И вдруг его включают в турне. Оказывается его постановка "ковбоя" так понравилась, что и на спортивные достижения не посмотрели.
Когда Бобрин ушел из спорта, то основал свой театр. И этот шаг стал органичным продолжением его ледовой карьеры.
— Вам не удалось стать первым в спорте. Вы не стали тренером. Не жалеете?
— Нет. Меня зрители очень любили. Сегодня для многих фигуристов главное — чисто исполнить программу. Нет озорства, импровизации. Меня, как зрителя, такое катание не трогает. Пробовал сам тренировать Наташу и Андрея. Но понял, что это не мое.
— Продолжаете ли вы жить вашими постановками, идеями после того, как возвращаетесь домой?
— Это был бы кошмар. Стараюсь после сделанной работы полностью отключиться для того, чтобы накопить внутренний материал.
— Как вы отдыхаете?
— Любим собирать ягоды, солить капусту. Еще я люблю рыбалку, люблю готовить.
— И что же вы до самой старости собираетесь быть на льду?
— Да, это было бы здорово — до самой старости уметь выходить на лед.
...Как сообщил один из интернет-сайтов, российский продюсер Борис Березовский (не путать с лондонским затворником) намерен поставить в Санкт-Петербурге ледовую оперу “Бесконечность”. Участвовать в постановке первой российской ледовой оперы согласился театр ледовых миниатюр Игоря Бобрина. При этом чемпионка мира, Европы и Олимпий-ских игр Наталья Бестемьянова отметила, что в работе над проектом намерена заниматься “творчеством и только творчеством”.
В идее постановки оперы Игорю Бобрину понравилось все. В ней уже согласились участвовать известные российские фигуристы Алексей Ягудин и Елена Соколова, солисты Большого театра. Возможно когда-нибудь опера “Бесконечность” появится и на площадке гомельского Ледового дворца спорта.
Анатолий РЫДКИН