Духовный изъян
- 1570
- 11:13
- 24.01.2008
Поделиться
Какая формула истинна — “есть, чтобы жить” или “жить, чтобы есть”? Попробуйте ответить на этот вопрос сами, задайте его своим детям. Если вы предпочтете первый вариант ответа, продолжайте спрашивать себя и задумайтесь над таким вопросом: зачем, ради чего мы живем? В чем смысл нашего существо-вания?
В последнее время в разных странах все чаще стали писать и говорить о так называемом “синдроме усталости от жизни”. Проявления этого синдрома индивидуальны. Одному ничего не хочется — ни работать, ни спорить, ни думать, ни стремиться к чему-нибудь. Другому не хочется даже жить... Прогрессирующие на планете пьянство, наркомания, психические расстройства, суициды, различные виды асоциального поведения, поражающие порой своей вычурностью и извращенностью, — все это проявления названного “синдрома”. А еще — падение рождаемости, причем (заметьте!) именно в странах, наиболее приобщенных к цивилизации современного типа и максимально отдалившихся от традиционного общества.
В чем заключается средний стереотип поведения “цивилизованных” людей? Человек намеренно избегает сложного, ищет простого. Это касается и взрослых, и детей. Дети, например, не хотят читать. Чтение как работа мысли заменяется телевизором или “стрелялками” за компьютером, где нет размышления и сопереживания, а есть только потребление эффектного шоу. И маленькие и большие наши дети преимущественно ищут в реальной жизни спрессованные, концентрированные, укороченные во времени удовольствия.
Технологические достижения (прогресс в материальной сфере) неизбежно оборачиваются регрессом духовности. Интересы людей современной цивилизации все больше и больше сводятся к потреблению материальных благ; вырабатывается потребительское отношение к жизни, наиболее рельефно проявляющееся в больших городах.
Потребление ради потребления во все растущих масштабах становится неконтролируемым и несдерживаемым, напоминающим рост раковых клеток, что дает основание ученым для введения понятия онкосоциум. Именно во второй половине XX века в пределах этого “онкосоциума”, общества потребительского типа, наблюдался небывало быстрый рост городов, в технологической атмосфере которых чахнет душа и торжествуют биологические инстинкты.
С самого сотворения человечества наше бытие двойственно: разумное и неразумное (“словесное” и “бессловесное”), духовное и телесное. Разумное и духовное — это нечто божественное и чудное, подобное бесплотному естеству, а неразумное подобно страстному и сластолюбивому. Оттого и борьбы в каждом из нас много: противится плоть духу, а дух плоти. Увы, “синдром усталости от жизни”, поражающий наших современников, является результатом дефицита духовного в человеке.
Не хочу утверждать огулом, но принцип “жить, чтобы есть” уже возобладал в сознании очень многих вокруг нас, в том числе (что особенно прискорбно) молодежи и подростков. Тусовки в полутемных дворах и возле подъездов, бесцельное шатание по городу, “отрыв” на дебилизирующих дискотеках, затем — непродолжительный “отходняк”, обязательным атрибутом которого является бутылка “чернил”, в лучшем случае — водки, — вот примерный образец времяпрепровождения тех юных отпрысков, душа которых уснула. Уснувшая душа, кстати, не знает иного языка, кроме сленга, густо “сдобренного” матом (об этом мы рассуждали в № 98 “ГП” за 2004 год).
Если в этническом отношении мы — явно не составная часть западноевропейской (атлантической) цивилизации, то в плане социальном, бесспорно, входим в пространство современного технологического общества. Именно в техногенном социуме начались мучительные поиски смысла жизни. Обществам традиционного типа эта проблема не знакома. Для человека традиционной цивилизации свойственно ощущение себя частью Природы, Космоса. Жизнь традиционного человека всегда опиралась на земные потребности, простые и естественные, в значительной степени обусловленные средой проживания, географическими реалиями. Жизнь человека технологического общества в растущих не по дням, а по часам городах как раз и лишена многих естественных потребностей и средств их удовлетворения. В технологическом обществе нарушено ощущение свыше заданного ритма земной жизни, каждый день которой испокон веков наполнялся смыслом, обязанностью и заботой. Об этом свидетельствует вековая обрядность предков, охватывавшая земной путь человека — от рождения до смерти.
Весь жизненный цикл, всю годовую обрядность красной нитью переплетала идея труда, естественно включавшегося в саму жизнь и понимавшегося как необходимый элемент культуры, как творческое действо, как богоугодное дело, как добродетель.
Праздная потребительская среда является угнетающим фактором не только для души, духовного начала и нравственности, но и для восприятия самой реальности, ощущения жизни в связке история — настоящее — будущее. Отсюда — популярность мистических триллеров и фантастических повествований типа “Гарри Поттера”. Максимально урбанизированное существование, “разбавляемое” подобными “чтивами”, противоречащее встроенным в наш организм земным, сезонным ритмам жизни, создает стрессовое состояние. Подсознательно люди пытаются гармонизировать свою жизнь, вернуться в жизненно-трудовой ритм, заданный самой Природой. В этом мы и видим объяснение того, что у нас называется “феноменом на дачной грядке”, когда тысячи горожан устремляются за город, к земле, что и позволяет им реализовать созидательное стремление неуснувшей души, подключить свой организм к биологическому ритму Космоса.
Легче всего тому, кто от Природы имеет большой запас биохимической энергии (по Л. Н. Гумилеву). Такой человек в любой, самой неблагоприятной ситуации никогда не прибегает к самому распространенному “лекарству” — полному спокойствию совести, что выражается классической формулой “Это от меня зависит”. Но много ли таких? Время рождает своих героев. Образец Павла Корчагина сегодня явно не популярен. А сколько тех, кто, подобно толстовскому герою Константину Левину из романа “Анна Каренина”, помнит Бога, заботится о душе, стремится к добру? Какой тип личности является героем нашего времени? Скорее всего, Илья Ильич Обломов, с трудом встающий с постели и ужасающийся при одной только мысли о необходимости совершения каких-либо усилий.
Впрочем, незабвенный добряк и очень нравственный человек Обломов не страдал духовным изъяном, воспитывался в понятиях добра и религии и обладал интеллектом, с которым и в сравнение не идет “интеллект” некоторых из убожеств, хандрящих в наши дни.
Человеческий фактор был и остается важнейшей общественной проблемой. В свое время Лев Толстой в работе “путь жизни” прозорливо заключил: “Люди видят, что в их жизни что-то нехорошо и что-то надо улучшать. Улучшать же человек может только одно, что в его власти, — самого себя”. Кто поймет это, тому легче станет жить, и его не коснется духовный изъян, при котором душа покоряется телу. Если человек живет иначе, он ничего не оставляет своим детям, изживая свой род.
Александр РОГАЛЕВ,
профессор Гомельского госуниверситета
имени Ф. Скорины
В последнее время в разных странах все чаще стали писать и говорить о так называемом “синдроме усталости от жизни”. Проявления этого синдрома индивидуальны. Одному ничего не хочется — ни работать, ни спорить, ни думать, ни стремиться к чему-нибудь. Другому не хочется даже жить... Прогрессирующие на планете пьянство, наркомания, психические расстройства, суициды, различные виды асоциального поведения, поражающие порой своей вычурностью и извращенностью, — все это проявления названного “синдрома”. А еще — падение рождаемости, причем (заметьте!) именно в странах, наиболее приобщенных к цивилизации современного типа и максимально отдалившихся от традиционного общества.
В чем заключается средний стереотип поведения “цивилизованных” людей? Человек намеренно избегает сложного, ищет простого. Это касается и взрослых, и детей. Дети, например, не хотят читать. Чтение как работа мысли заменяется телевизором или “стрелялками” за компьютером, где нет размышления и сопереживания, а есть только потребление эффектного шоу. И маленькие и большие наши дети преимущественно ищут в реальной жизни спрессованные, концентрированные, укороченные во времени удовольствия.
Технологические достижения (прогресс в материальной сфере) неизбежно оборачиваются регрессом духовности. Интересы людей современной цивилизации все больше и больше сводятся к потреблению материальных благ; вырабатывается потребительское отношение к жизни, наиболее рельефно проявляющееся в больших городах.
Потребление ради потребления во все растущих масштабах становится неконтролируемым и несдерживаемым, напоминающим рост раковых клеток, что дает основание ученым для введения понятия онкосоциум. Именно во второй половине XX века в пределах этого “онкосоциума”, общества потребительского типа, наблюдался небывало быстрый рост городов, в технологической атмосфере которых чахнет душа и торжествуют биологические инстинкты.
С самого сотворения человечества наше бытие двойственно: разумное и неразумное (“словесное” и “бессловесное”), духовное и телесное. Разумное и духовное — это нечто божественное и чудное, подобное бесплотному естеству, а неразумное подобно страстному и сластолюбивому. Оттого и борьбы в каждом из нас много: противится плоть духу, а дух плоти. Увы, “синдром усталости от жизни”, поражающий наших современников, является результатом дефицита духовного в человеке.
Не хочу утверждать огулом, но принцип “жить, чтобы есть” уже возобладал в сознании очень многих вокруг нас, в том числе (что особенно прискорбно) молодежи и подростков. Тусовки в полутемных дворах и возле подъездов, бесцельное шатание по городу, “отрыв” на дебилизирующих дискотеках, затем — непродолжительный “отходняк”, обязательным атрибутом которого является бутылка “чернил”, в лучшем случае — водки, — вот примерный образец времяпрепровождения тех юных отпрысков, душа которых уснула. Уснувшая душа, кстати, не знает иного языка, кроме сленга, густо “сдобренного” матом (об этом мы рассуждали в № 98 “ГП” за 2004 год).
Если в этническом отношении мы — явно не составная часть западноевропейской (атлантической) цивилизации, то в плане социальном, бесспорно, входим в пространство современного технологического общества. Именно в техногенном социуме начались мучительные поиски смысла жизни. Обществам традиционного типа эта проблема не знакома. Для человека традиционной цивилизации свойственно ощущение себя частью Природы, Космоса. Жизнь традиционного человека всегда опиралась на земные потребности, простые и естественные, в значительной степени обусловленные средой проживания, географическими реалиями. Жизнь человека технологического общества в растущих не по дням, а по часам городах как раз и лишена многих естественных потребностей и средств их удовлетворения. В технологическом обществе нарушено ощущение свыше заданного ритма земной жизни, каждый день которой испокон веков наполнялся смыслом, обязанностью и заботой. Об этом свидетельствует вековая обрядность предков, охватывавшая земной путь человека — от рождения до смерти.
Весь жизненный цикл, всю годовую обрядность красной нитью переплетала идея труда, естественно включавшегося в саму жизнь и понимавшегося как необходимый элемент культуры, как творческое действо, как богоугодное дело, как добродетель.
Праздная потребительская среда является угнетающим фактором не только для души, духовного начала и нравственности, но и для восприятия самой реальности, ощущения жизни в связке история — настоящее — будущее. Отсюда — популярность мистических триллеров и фантастических повествований типа “Гарри Поттера”. Максимально урбанизированное существование, “разбавляемое” подобными “чтивами”, противоречащее встроенным в наш организм земным, сезонным ритмам жизни, создает стрессовое состояние. Подсознательно люди пытаются гармонизировать свою жизнь, вернуться в жизненно-трудовой ритм, заданный самой Природой. В этом мы и видим объяснение того, что у нас называется “феноменом на дачной грядке”, когда тысячи горожан устремляются за город, к земле, что и позволяет им реализовать созидательное стремление неуснувшей души, подключить свой организм к биологическому ритму Космоса.
Легче всего тому, кто от Природы имеет большой запас биохимической энергии (по Л. Н. Гумилеву). Такой человек в любой, самой неблагоприятной ситуации никогда не прибегает к самому распространенному “лекарству” — полному спокойствию совести, что выражается классической формулой “Это от меня зависит”. Но много ли таких? Время рождает своих героев. Образец Павла Корчагина сегодня явно не популярен. А сколько тех, кто, подобно толстовскому герою Константину Левину из романа “Анна Каренина”, помнит Бога, заботится о душе, стремится к добру? Какой тип личности является героем нашего времени? Скорее всего, Илья Ильич Обломов, с трудом встающий с постели и ужасающийся при одной только мысли о необходимости совершения каких-либо усилий.
Впрочем, незабвенный добряк и очень нравственный человек Обломов не страдал духовным изъяном, воспитывался в понятиях добра и религии и обладал интеллектом, с которым и в сравнение не идет “интеллект” некоторых из убожеств, хандрящих в наши дни.
Человеческий фактор был и остается важнейшей общественной проблемой. В свое время Лев Толстой в работе “путь жизни” прозорливо заключил: “Люди видят, что в их жизни что-то нехорошо и что-то надо улучшать. Улучшать же человек может только одно, что в его власти, — самого себя”. Кто поймет это, тому легче станет жить, и его не коснется духовный изъян, при котором душа покоряется телу. Если человек живет иначе, он ничего не оставляет своим детям, изживая свой род.
Александр РОГАЛЕВ,
профессор Гомельского госуниверситета
имени Ф. Скорины
Реклама
