Любовь побеждает всё
- 1428
- 00:00
- 27.03.2008
Поделиться
На чужом несчастье счастья не построишь — казалось бы, аксиома, которая не обсуждается.
Но после знакомства с Татьяной и Анатолием Боскиными из Светлогорска эта поговорка приобрела вдруг совершенно иной смысл.
Счастье, построенное на несчастье
История этой пары бьет в самое сердце, потому что в ее основе — рухнувшие надежды, пережитое предательство, боль физическая
и душевная, переход в другое жизненное измерение.
Словно какая-то незримая рука вела их навстречу друг другу.
Жизнь ДО…
Рассказывает Татьяна:
— Мне было 17 лет. Я окончила школу и поехала поступать в Витебск в техникум. Сдала экзамен на “отлично” и возвращалась назад на скором поезде. Выходить мне нужно было ночью на станции Муляровка. Я отдала проводнице билет и попросила разбудить меня. После сдачи экзаменов чувствовала усталость и тут же провалилась в сон. Когда проснулась, поезд стоял на моей станции, проводница спала. Я вскочила, мигом босоножки — на ноги, не помню уже, застегнула их или нет, по-быстрому — сумки в руки и выскочила в тамбур. До сих пор не могу понять, как мне удалось самой открыть подножку…
Это было 11 августа 1984 года. В этот день у меня папа — именинник, и я очень боялась опоздать к его дню рождения. Если бы я тогда бросила сумки и прыгнула, все, возможно, и обошлось бы. Но на мне была обувь на высокой платформе, и прыгать я побоялась. Одну ногу неудачно поставила на подножку, каблук сорвался вниз. А поезд уже начал набирать ход, и какая-то мощная волна затянула меня под его колеса.
Одну ногу отрезало сразу же, а вторую раздробило. В эти секунды передо мной промелькнула вся жизнь — покадрово, как в кино. Я не потеряла сознания, забрала свою ногу, положила ее в пакет и только после этого начала кричать. Помню, как водитель автобуса и какой-то молодой парень высадили всех пассажиров и мчались на полной скорости. В больнице на операционном столе я назвала свое имя, сообщила номер домашнего телефона и только после этого потеряла сознание. Через несколько дней очнулась и увидела маму. В один день она поседела. Потом была длительная реабилитация и операции, операции, операции.
Я лишилась обеих ног ниже колен. К жизни вернуться мне помогли врачи и родители...
Рассказывает Анатолий:
— Раньше у меня была совершенно обычная жизнь. Был женат, подрастала дочь. Я работал водителем автобуса в Светлогорском автопарке № 5. Во времена перестройки куда только ни возил пассажиров: в Румынию, Болгарию, Польшу. Россию практически всю изъездил. Как говорится, если б знал, что беда подстережет меня на родной трассе, которую я знал как свои пять пальцев…
25 декабря 1996 года я вез пассажиров из Минска в Светлогорск. Около Осиповичей на встречную полосу внезапно выскочил ЗИЛ. Деваться некуда — дорога, скорость, метель… В салоне автобуса — 17 человек. Я сделал все возможное, чтобы пассажиры не пострадали (они отделались легкими ушибами — прим. автора). Дал влево, чтобы избежать лобового столкновения. Но прицеп ЗИЛа при заносе врезался в автобус. Основной удар пришелся на водительскую кабину.
Два года я был прикован к постели: правую ногу ампутировали сразу, а левую, на которой было пять переломов, врачам института травматологии удалось спасти. Так в 36 лет я стал инвалидом. Это был страшный удар. За ним — второй: ушла жена, с которой я прожил 17 лет. Но я сказал себе: “Наши не сдаются! Выкарабкаюсь!” И выкарабкался. Благодаря врачам и маме...
Жизнь ПОСЛЕ…
Татьяна и Анатолий встретились случайно. Хотя как знать? Вполне возможно, что ничего случайного в этой жизни нет. Иначе как можно объяснить удивительную цепь совпадений?
Татьяна научилась ходить на протезах уже через год после трагедии. Она была постоянным пациентом минского протезно-ортопедического госпиталя. В тот раз она дважды откладывала поездку, хотя ей уже несколько раз звонили врачи и напоминали, что пришло время приезжать на лечение. К этому времени девушка успела окончить техникум, работала бухгалтером в Гомельском общепите и училась заочно в кооперативном институте. Думаю, не стоит говорить о том, каких усилий ей все это стоило. И так понятно.
14 декабря 1999 года она запомнит на всю жизнь. В этот день она встретилась с будущим мужем. Анатолий тоже несколько раз откладывал свою поездку в госпиталь. В итоге приехал туда с Татьяной в один день.
Энергичная ухоженная женщина вышла из приемной и сразу же натолкнулась на инвалидную коляску, в которой сидел незнакомый мужчина (Анатолия привезли в госпиталь впервые — прим. автора). От неожиданности она чуть не упала на него. На какое-то мгновение они встретились глазами.
— Меня как будто 220 вольт пронзило, бывает же такое! — улыбается Татьяна.
Утром она пришла на завтрак и увидела за своим столиком того самого незнакомца. Столько столиков вокруг, а его посадили вместе с ней. Снова совпадение. Теперь она могла получше рассмотреть мужчину: волевое лицо, красивые руки, длинные ресницы. Он ел, не поднимая глаз. Поблагодарил раздатчицу, развернулся на коляске и уехал, ни разу не взглянув на нее.
Знакомились они постепенно. Анатолию трудно давалась ходьба на протезах. Татьяна убеждала, что все у него получится. И получилось. Потом без обещаний и признаний в любви они стали жить вместе: Анатолий приехал к Татьяне в Гомель, но узаконивать отношения не спешил. Его можно понять… А Татьяне не по душе был гражданский брак. Как-то вечером Анатолий пообещал ей: “Как только мне выделят малосемейку, сразу распишемся”. Наутро из Светлогорска позвонила мама Анатолия и сообщила, что ему выделили малосемейку. Вот вам и еще одно совпадение. Анатолий сдержал свое слово — они стали мужем и женой.
Татьяна давно уже мечтала о ребенке. Через год у них родился Димка. Рады ему были безмерно. Растили сами, без посторонней помощи.
— У меня был мандраж, когда Димку из роддома привезли. Но Толя сказал: “Спокойно! Все будет хорошо”. Я за ним как за каменной стеной...
Благородная честь Димки
Семье Боскиных после рождения Димки выделили двухкомнатную квартиру в социальном доме. Я пришла в этот дом на встречу с другим человеком. Историю Татьяны услышала совершенно случайно и решила познакомиться с этой мужественной женщиной. Шла я к Боскиным без предупреждения и ожидала увидеть все что угодно. Но когда дверь мне отворила красивая улыбающаяся женщина при макияже и с хорошей прической, я испытала легкое потрясение. Никаких признаков инвалидности! Татьяна оказалась очень гостеприимной и контактной. Я постоянно ловила себя на мысли, что знаю ее уже тысячу лет — никаких барьеров, недомолвок и настороженности с ее стороны по отношению ко мне. Не составило особого труда найти общий язык и с 8-летним Димкой, который рассудителен не по годам. С раннего детства мальчик видел, как других детей папы носят на плечах, его папа не мог этого делать. Поразительно, но факт, даже когда Димке было три года, он никогда не просился к родителям на руки, не капризничал. Даже если уставал, останавливался, отдыхал и топал дальше. Словно чувствовал…
Татьяна, когда рассказывает о сыне, выглядит очень счастливой.
— Бывает, что хочется плакать от безысходности? — понимаю, что за этим счастливым сиянием глаз, за этой улыбкой — огромный каждодневный труд.
Таня часто-часто утвердительно кивает головой и смахивает набежавшую слезу. Она не может произнести ни слова в ответ на мой вопрос. Ей нельзя раскисать.
— Димка — наша отдушина, — обнимает она сына. — Что если бы его не было? Ну сидели бы с Толиком. А так у сына тысячи вопросов, он ко мне на кухню миллион раз забежит: “Мама, можно я этот мультик посмотрю? Можно эту книжку почитаю? Когда папа придет?”
— А что, разве я не спрашиваю: может, тебе помочь? — справедливо возмущается Димка.
— А ты помогаешь родителям?
— Ну да. Уборку помогаю делать, пыль протираю, за цветами ухаживаю, мусор выношу, в магазин хожу. Меня мама недавно возила в Гомель, там собиралось много инвалидов, — рассказывает Дима. — Я очень переживал, попросил маму вывести меня оттуда. Мне там было не по себе, потому что я понимаю, что такое инвалид. Мне было очень жалко всех…
— Дима, твоя мама всегда так хорошо выглядит?
— Она всегда хорошо одевается, всегда ласковая и нежная. Может меня поругать, но иногда я заслуживаю. Бывает и такое в жизни, — ну и рассудительный же этот Димка! — Мама каждый день хорошо выглядит, а когда к нам гости приходят или мы в гости идем, так это уже просто супер!
Подумав, добавляет совершенно серьезно:
— Тяжело это все ей дается.
Дима абсолютно не комплексует по поводу того, что у его родителей ограниченные возможности. Наоборот, гордится своими папой и мамой.
— Моя мама умеет делать все, не умеет только бегать. Если мы опаздываем на автобус, я говорю: “Ну ничего, жалко только, что сейчас будем долго стоять”.
— Когда вырастешь, не станешь упрекать родителей: зачем вы меня родили? — задаю Димке совсем уже взрослый вопрос.
— Я думаю, нет… — неуверенно ответил он. Подумал и сказал твердо: — Нет! Они мне жизнь дали.
Дать жизнь — это очень много. Но гораздо больше — вложить в живую душу тепло, любовь и сострадание. В этом плане Димке очень даже повезло. Иные его сверстники обделены этими качествами, при том что живут с физически здоровыми родителями. Немало людей, у которых все есть для счастливой жизни, озлоблены, сжигают себя в постоянном негативе. А от Татьяны и Димки исходит какое-то спокойствие, умиротворение и непоказушная любовь друг к другу, такое не сыграешь на публику.
Сейчас мальчишка учится в первом классе гимназии, в день приносит по 3 — 4 “девятки”. Сегодня он делает все возможное, чтобы доставлять радость своим родителям.
— Кем ты хочешь стать?
— Пожарным. Или спасать людей буду. Это же благородная честь!
Долгожданное признание
Достойный человек не тот, у кого нет недостатков, а тот, у кого есть достоинства. Татьяна — несомненно, Личность. 23 года на протезах и при этом получить образование, создать семью, родить ребенка, не роптать на судьбу и не озлобиться. У Татьяны — первая группа инвалидности, у ее мужа — вторая, но они не состоят в обществе инвалидов.
Проблем у них, конечно же, хватает. Но они решают их по мере поступления. Ведут активный образ жизни, каждое утро возят сына в лицей из одного конца города в другой, ухаживают за одиноким свекром.
Пока мы общались и рассматривали альбомы, домой пришел Анатолий. Высокий красивый мужчина, от которого исходит какая-то уверенность и внутренняя сила. Я спросила у Анатолия, дорожит ли он встречей с Татьяной.
— Бог, наверное, все видит, — улыбаясь, загадочно ответил Анатолий.
— Вы можете сказать, что любите жену? — на всякий случай уточнила я вопрос.
— Конечно, могу! И даже без запинки! Таня давно добивается от меня этого признания. Но вам я сказал правду.
Татьяна весело смеется:
— Первый раз слышу от собственного мужа признание в любви!
Тут и без слов понятно, этих людей связывают истинные чувства. Может, Димка и растет таким рассудительным, потому что его родители не разбрасываются словами попусту.
— Татьяна, у вас изменилось мышление после всего, что с вами случилось? Вы стали как-то по-особенному относиться к инвалидам? — все-таки одно дело родиться инвалидом, и совсем другое — им стать. Поэтому не могу не задать Татьяне этот вопрос.
— Мне бывает жалко инвалидов, но как-то совсем по-другому. Жалко, что они сами не хотят жить полноценной жизнью, обрекают себя на существование. Несмотря ни на что человек должен к чему-то стремиться. Когда я вижу людей с ограниченными возможностями, которые достигают чего-то в жизни, всегда восхищаюсь их силой воли. У меня друг есть в Минске Толя Радивилко, он колясочник, у него нет обеих ног. Жена умерла. Толя самостоятельно воспитывает двоих детей, да еще и спортом занимается — вот это я понимаю!
Не помню, кому из великих принадлежит эта мысль: мы изменяем себя в основном по одной из двух причин — вдохновения или отчаяния. Разумеется, Татьяна и Анатолий после пережитого стали совершенно другими людьми, судьба оставила на них свой отпечаток. Сначала было отчаянье. Потом с рождением сына пришло вдохновение. Теперь у них есть общая мечта: вырастить Димку Настоящим Человеком.
Наталья ПРИГОДИЧ,
тел. 8 (0232) 57-72-65
P.S. В разговоре о возможностях протезирования Татьяна сообщила мне, что сейчас появились очень удобные силиконовые протезы, которые изготавливают в Минске. “Они легкие, удобные и одеваются, как сапожки”, — от этих слов в моей душе все перевернулось. Татьяна — сильная женщина с чувством собственного достоинства. Она никогда не станет плакаться о том, что приобрести протезы стоимостью 12 миллионов рублей для нее — нереально. Возможно, кто-нибудь захочет сделать этой удивительной женщине шикарный подарок. Она будет очень счастлива!
Но после знакомства с Татьяной и Анатолием Боскиными из Светлогорска эта поговорка приобрела вдруг совершенно иной смысл.
Счастье, построенное на несчастье
История этой пары бьет в самое сердце, потому что в ее основе — рухнувшие надежды, пережитое предательство, боль физическая
и душевная, переход в другое жизненное измерение.
Словно какая-то незримая рука вела их навстречу друг другу.
Жизнь ДО…
Рассказывает Татьяна:
— Мне было 17 лет. Я окончила школу и поехала поступать в Витебск в техникум. Сдала экзамен на “отлично” и возвращалась назад на скором поезде. Выходить мне нужно было ночью на станции Муляровка. Я отдала проводнице билет и попросила разбудить меня. После сдачи экзаменов чувствовала усталость и тут же провалилась в сон. Когда проснулась, поезд стоял на моей станции, проводница спала. Я вскочила, мигом босоножки — на ноги, не помню уже, застегнула их или нет, по-быстрому — сумки в руки и выскочила в тамбур. До сих пор не могу понять, как мне удалось самой открыть подножку…
Это было 11 августа 1984 года. В этот день у меня папа — именинник, и я очень боялась опоздать к его дню рождения. Если бы я тогда бросила сумки и прыгнула, все, возможно, и обошлось бы. Но на мне была обувь на высокой платформе, и прыгать я побоялась. Одну ногу неудачно поставила на подножку, каблук сорвался вниз. А поезд уже начал набирать ход, и какая-то мощная волна затянула меня под его колеса.
Одну ногу отрезало сразу же, а вторую раздробило. В эти секунды передо мной промелькнула вся жизнь — покадрово, как в кино. Я не потеряла сознания, забрала свою ногу, положила ее в пакет и только после этого начала кричать. Помню, как водитель автобуса и какой-то молодой парень высадили всех пассажиров и мчались на полной скорости. В больнице на операционном столе я назвала свое имя, сообщила номер домашнего телефона и только после этого потеряла сознание. Через несколько дней очнулась и увидела маму. В один день она поседела. Потом была длительная реабилитация и операции, операции, операции.
Я лишилась обеих ног ниже колен. К жизни вернуться мне помогли врачи и родители...
Рассказывает Анатолий:
— Раньше у меня была совершенно обычная жизнь. Был женат, подрастала дочь. Я работал водителем автобуса в Светлогорском автопарке № 5. Во времена перестройки куда только ни возил пассажиров: в Румынию, Болгарию, Польшу. Россию практически всю изъездил. Как говорится, если б знал, что беда подстережет меня на родной трассе, которую я знал как свои пять пальцев…
25 декабря 1996 года я вез пассажиров из Минска в Светлогорск. Около Осиповичей на встречную полосу внезапно выскочил ЗИЛ. Деваться некуда — дорога, скорость, метель… В салоне автобуса — 17 человек. Я сделал все возможное, чтобы пассажиры не пострадали (они отделались легкими ушибами — прим. автора). Дал влево, чтобы избежать лобового столкновения. Но прицеп ЗИЛа при заносе врезался в автобус. Основной удар пришелся на водительскую кабину.
Два года я был прикован к постели: правую ногу ампутировали сразу, а левую, на которой было пять переломов, врачам института травматологии удалось спасти. Так в 36 лет я стал инвалидом. Это был страшный удар. За ним — второй: ушла жена, с которой я прожил 17 лет. Но я сказал себе: “Наши не сдаются! Выкарабкаюсь!” И выкарабкался. Благодаря врачам и маме...
Жизнь ПОСЛЕ…
Татьяна и Анатолий встретились случайно. Хотя как знать? Вполне возможно, что ничего случайного в этой жизни нет. Иначе как можно объяснить удивительную цепь совпадений?
Татьяна научилась ходить на протезах уже через год после трагедии. Она была постоянным пациентом минского протезно-ортопедического госпиталя. В тот раз она дважды откладывала поездку, хотя ей уже несколько раз звонили врачи и напоминали, что пришло время приезжать на лечение. К этому времени девушка успела окончить техникум, работала бухгалтером в Гомельском общепите и училась заочно в кооперативном институте. Думаю, не стоит говорить о том, каких усилий ей все это стоило. И так понятно.
14 декабря 1999 года она запомнит на всю жизнь. В этот день она встретилась с будущим мужем. Анатолий тоже несколько раз откладывал свою поездку в госпиталь. В итоге приехал туда с Татьяной в один день.
Энергичная ухоженная женщина вышла из приемной и сразу же натолкнулась на инвалидную коляску, в которой сидел незнакомый мужчина (Анатолия привезли в госпиталь впервые — прим. автора). От неожиданности она чуть не упала на него. На какое-то мгновение они встретились глазами.
— Меня как будто 220 вольт пронзило, бывает же такое! — улыбается Татьяна.
Утром она пришла на завтрак и увидела за своим столиком того самого незнакомца. Столько столиков вокруг, а его посадили вместе с ней. Снова совпадение. Теперь она могла получше рассмотреть мужчину: волевое лицо, красивые руки, длинные ресницы. Он ел, не поднимая глаз. Поблагодарил раздатчицу, развернулся на коляске и уехал, ни разу не взглянув на нее.
Знакомились они постепенно. Анатолию трудно давалась ходьба на протезах. Татьяна убеждала, что все у него получится. И получилось. Потом без обещаний и признаний в любви они стали жить вместе: Анатолий приехал к Татьяне в Гомель, но узаконивать отношения не спешил. Его можно понять… А Татьяне не по душе был гражданский брак. Как-то вечером Анатолий пообещал ей: “Как только мне выделят малосемейку, сразу распишемся”. Наутро из Светлогорска позвонила мама Анатолия и сообщила, что ему выделили малосемейку. Вот вам и еще одно совпадение. Анатолий сдержал свое слово — они стали мужем и женой.
Татьяна давно уже мечтала о ребенке. Через год у них родился Димка. Рады ему были безмерно. Растили сами, без посторонней помощи.
— У меня был мандраж, когда Димку из роддома привезли. Но Толя сказал: “Спокойно! Все будет хорошо”. Я за ним как за каменной стеной...
Благородная честь Димки
Семье Боскиных после рождения Димки выделили двухкомнатную квартиру в социальном доме. Я пришла в этот дом на встречу с другим человеком. Историю Татьяны услышала совершенно случайно и решила познакомиться с этой мужественной женщиной. Шла я к Боскиным без предупреждения и ожидала увидеть все что угодно. Но когда дверь мне отворила красивая улыбающаяся женщина при макияже и с хорошей прической, я испытала легкое потрясение. Никаких признаков инвалидности! Татьяна оказалась очень гостеприимной и контактной. Я постоянно ловила себя на мысли, что знаю ее уже тысячу лет — никаких барьеров, недомолвок и настороженности с ее стороны по отношению ко мне. Не составило особого труда найти общий язык и с 8-летним Димкой, который рассудителен не по годам. С раннего детства мальчик видел, как других детей папы носят на плечах, его папа не мог этого делать. Поразительно, но факт, даже когда Димке было три года, он никогда не просился к родителям на руки, не капризничал. Даже если уставал, останавливался, отдыхал и топал дальше. Словно чувствовал…
Татьяна, когда рассказывает о сыне, выглядит очень счастливой.
— Бывает, что хочется плакать от безысходности? — понимаю, что за этим счастливым сиянием глаз, за этой улыбкой — огромный каждодневный труд.
Таня часто-часто утвердительно кивает головой и смахивает набежавшую слезу. Она не может произнести ни слова в ответ на мой вопрос. Ей нельзя раскисать.
— Димка — наша отдушина, — обнимает она сына. — Что если бы его не было? Ну сидели бы с Толиком. А так у сына тысячи вопросов, он ко мне на кухню миллион раз забежит: “Мама, можно я этот мультик посмотрю? Можно эту книжку почитаю? Когда папа придет?”
— А что, разве я не спрашиваю: может, тебе помочь? — справедливо возмущается Димка.
— А ты помогаешь родителям?
— Ну да. Уборку помогаю делать, пыль протираю, за цветами ухаживаю, мусор выношу, в магазин хожу. Меня мама недавно возила в Гомель, там собиралось много инвалидов, — рассказывает Дима. — Я очень переживал, попросил маму вывести меня оттуда. Мне там было не по себе, потому что я понимаю, что такое инвалид. Мне было очень жалко всех…
— Дима, твоя мама всегда так хорошо выглядит?
— Она всегда хорошо одевается, всегда ласковая и нежная. Может меня поругать, но иногда я заслуживаю. Бывает и такое в жизни, — ну и рассудительный же этот Димка! — Мама каждый день хорошо выглядит, а когда к нам гости приходят или мы в гости идем, так это уже просто супер!
Подумав, добавляет совершенно серьезно:
— Тяжело это все ей дается.
Дима абсолютно не комплексует по поводу того, что у его родителей ограниченные возможности. Наоборот, гордится своими папой и мамой.
— Моя мама умеет делать все, не умеет только бегать. Если мы опаздываем на автобус, я говорю: “Ну ничего, жалко только, что сейчас будем долго стоять”.
— Когда вырастешь, не станешь упрекать родителей: зачем вы меня родили? — задаю Димке совсем уже взрослый вопрос.
— Я думаю, нет… — неуверенно ответил он. Подумал и сказал твердо: — Нет! Они мне жизнь дали.
Дать жизнь — это очень много. Но гораздо больше — вложить в живую душу тепло, любовь и сострадание. В этом плане Димке очень даже повезло. Иные его сверстники обделены этими качествами, при том что живут с физически здоровыми родителями. Немало людей, у которых все есть для счастливой жизни, озлоблены, сжигают себя в постоянном негативе. А от Татьяны и Димки исходит какое-то спокойствие, умиротворение и непоказушная любовь друг к другу, такое не сыграешь на публику.
Сейчас мальчишка учится в первом классе гимназии, в день приносит по 3 — 4 “девятки”. Сегодня он делает все возможное, чтобы доставлять радость своим родителям.
— Кем ты хочешь стать?
— Пожарным. Или спасать людей буду. Это же благородная честь!
Долгожданное признание
Достойный человек не тот, у кого нет недостатков, а тот, у кого есть достоинства. Татьяна — несомненно, Личность. 23 года на протезах и при этом получить образование, создать семью, родить ребенка, не роптать на судьбу и не озлобиться. У Татьяны — первая группа инвалидности, у ее мужа — вторая, но они не состоят в обществе инвалидов.
Проблем у них, конечно же, хватает. Но они решают их по мере поступления. Ведут активный образ жизни, каждое утро возят сына в лицей из одного конца города в другой, ухаживают за одиноким свекром.
Пока мы общались и рассматривали альбомы, домой пришел Анатолий. Высокий красивый мужчина, от которого исходит какая-то уверенность и внутренняя сила. Я спросила у Анатолия, дорожит ли он встречей с Татьяной.
— Бог, наверное, все видит, — улыбаясь, загадочно ответил Анатолий.
— Вы можете сказать, что любите жену? — на всякий случай уточнила я вопрос.
— Конечно, могу! И даже без запинки! Таня давно добивается от меня этого признания. Но вам я сказал правду.
Татьяна весело смеется:
— Первый раз слышу от собственного мужа признание в любви!
Тут и без слов понятно, этих людей связывают истинные чувства. Может, Димка и растет таким рассудительным, потому что его родители не разбрасываются словами попусту.
— Татьяна, у вас изменилось мышление после всего, что с вами случилось? Вы стали как-то по-особенному относиться к инвалидам? — все-таки одно дело родиться инвалидом, и совсем другое — им стать. Поэтому не могу не задать Татьяне этот вопрос.
— Мне бывает жалко инвалидов, но как-то совсем по-другому. Жалко, что они сами не хотят жить полноценной жизнью, обрекают себя на существование. Несмотря ни на что человек должен к чему-то стремиться. Когда я вижу людей с ограниченными возможностями, которые достигают чего-то в жизни, всегда восхищаюсь их силой воли. У меня друг есть в Минске Толя Радивилко, он колясочник, у него нет обеих ног. Жена умерла. Толя самостоятельно воспитывает двоих детей, да еще и спортом занимается — вот это я понимаю!
Не помню, кому из великих принадлежит эта мысль: мы изменяем себя в основном по одной из двух причин — вдохновения или отчаяния. Разумеется, Татьяна и Анатолий после пережитого стали совершенно другими людьми, судьба оставила на них свой отпечаток. Сначала было отчаянье. Потом с рождением сына пришло вдохновение. Теперь у них есть общая мечта: вырастить Димку Настоящим Человеком.
Наталья ПРИГОДИЧ,
тел. 8 (0232) 57-72-65
P.S. В разговоре о возможностях протезирования Татьяна сообщила мне, что сейчас появились очень удобные силиконовые протезы, которые изготавливают в Минске. “Они легкие, удобные и одеваются, как сапожки”, — от этих слов в моей душе все перевернулось. Татьяна — сильная женщина с чувством собственного достоинства. Она никогда не станет плакаться о том, что приобрести протезы стоимостью 12 миллионов рублей для нее — нереально. Возможно, кто-нибудь захочет сделать этой удивительной женщине шикарный подарок. Она будет очень счастлива!
Реклама
