Сквозь тернии
- 2638
- 00:00
- 14.02.2008
Поделиться
Корни
Родня у Владимира Шуляка богатая. У матери было шестеро братьев и сестер. У отца — семнадцать(!). Александр Максимович и Анна Дмитриевна — отец с матерью Владимира — имели трех дочерей и двух сыновей.
Отец и мать — ветераны труда, нынче пенсионеры, имеют по 45 лет трудового стажа. Мать вначале работала санитаркой в Шиичской участковой больнице, затем — дояркой на Гороховской ферме. Отец — сначала в совхозе “Неначь”, затем — в мелиорации. Тракторист. Русловой.
Многодетная семья жила в просторной деревянной избе с пристройками. Имели 25 соток земли, свой сад и водопроводную колонку с чудесной прозрачной водой. В хозяйстве, известно, были корова, пара кабанчиков, поросята, гуси, утки, куры.
В семье царили миролюбие и трудопочитание. Родители никогда не ругались, даже кричать не умели, не то чтобы за ремень взяться. Детей добрым словом и лаской приучали к труду. А работы хватало на всех: и на ферме, и на колхозном поле, и в собственном огороде.
Это сегодня Владимир Шуляк — гордость Шиичской средней школы, пример для подражания для мальчишек и девчонок. А в годы учебы он ничем особым не выделялся среди своих сверстников. В отличниках не ходил, лидерскими качествами не отличался. Приученный с детства к тяжелому сельскому труду, постигая азы наук, особо не напрягался. Легко схватывал то, что говорили на уроках, а вот посидеть дополнительно за учебником не хотел.
— Мне тогда по духу ближе были рабочие профессии, — говорит Владимир Александрович. — Стать инженером, учителем или врачом как-то даже в голову не приходило.
После окончания средней школы в 1980 году он поступил в гомельское ПТУ-81 электротехники, то время одно из лучших в Советском Союзе. Распределили Шуляка в Речицкое предприятие электрических сетей. Восемь месяцев отработал, а 6 мая 1984 года получил повестку о призыве на срочную военную службу. 7 мая съездил в родное Горохово, помог родителям посадить картошку, а на следующий день был уже на призывном пункте в Гомеле.
По пути, в поезде Москва — Ташкент, новобранцы узнали, что едут в Ашхабад. 17 мая в 11.00 прибыли на место и, построившись, пешком с железнодорожного вокзала потопали в 13-й Туркменский военный городок. В этом городке велась подготовка советских солдат к афганской войне.
На войне
После шести месяцев учебы, шести месяцев тяжелейшего труда, специалист “1К-18” (военная радиоразведка) сержант Владимир Шуляк попадает в Термез, а оттуда с колонной “КАМазов” через Амударью — в Хайратон, на территорию Афганистана. Из Хайратона — вертолетами на Кундус, где стоял советский авиационный полк.
Из Ашхабада в Афганистан добирался с друзьями-однополчанами Русланом Савицким и Геной Шапетько, с которыми подружился в учебке.
— Нам тогда было совсем не страшно, — говорит Владимир Александрович. — Верили, что беда с нами не может случиться. Мы были очень молоды и оптимистичны.
Шуляка прикомандировали к третьей разведывательно-десантной роте Кундуского разведбата 201-й дивизии. Той самой дивизии, которой в 1941 году под Ельней в числе первых четырех в годы Великой Отечественной войны было присвоено звание гвардейской.
Первое боевое крещение Владимир получил в конце 1984 года. 20 декабря его разведрота начала поиск банды, данные о которой получили сверху. Четыре дня погони и нулевой результат. На пятые сутки банду догнали, но сами напоролись на засаду. Первым в бою погиб Сашка Липаков, которому до дембеля оставалось совсем ничего: пулеметная очередь прошила его насквозь. Еще живого его под руки подхватили шедшие рядом в атаку Владимир Шуляк и Артур Маргарян.
Сашка с кровавой пеной на губах прошептал Шуляку: “Забери мои гранаты”. И затих.
Душманы начали отступать, спрятались в дувал. Подобраться ближе мешал кинжальный пулеметный огонь. И вот тогда сержант Шуляк использовал Сашкины гранаты. Взрыв одной, второй — и пулемет умолк. Разведчики ворвались во двор: 19 душманов убиты, их главарь ранен в живот. Но и разведчики понесли потери — 7 человек погибли в бою, в том числе командир 3-го взвода капитан Парахняч, а командир роты был тяжело ранен.
Первое крещение огнем для Шуляка так просто не закончилось. В тот же день он вместе с другими разведчиками по чьему-то головотяпству попал под артиллерийский удар советских танкистов.
В себя пришел только в госпитале с тяжелейшей контузией головы. Руки, ноги в тот раз не пострадали. За спасение однополчанина и уничтожение вражеского пулемета, обеспечение атаки разведчиков сержант Владимир Шуляк за первый бой был награжден орденом Красной Звезды.
Отчаяние
После четырех месяцев военно-полевого госпиталя Шуляк возвращается в свою часть. И опять бои, обретение искусства выживания, опять гибель боевых друзей. Затем его, специалиста радиоразведки, отправляют в Южный Кундус, в сопки — на разведку.
Трагедия произошла 20 июня 1985 года. К вечеру он вместе с напарником начал обследовать линию минных полей — заградительный кордон от душманов. Но враг тоже не дремал. Ночью душманы сумели перебраться через минное поле и дополнительно установить мины на том участке, где всегда проходил советский патруль. Радиоуправляемая мина сработала у Шуляка под ногами. Взрыв. Огонь. Темень. И крик. Боли Владимир не почувствовал, хотя его нога напоминала кровавое месиво. Кричал напарник, задетый осколками.
Если бы советская военная машина в Афганистане была поразворотливее, может быть, и сохранилась бы нога у Шуляка. Но!.. Только лишь 27 июня вывезли его самолетом в Ташкент.
Владимир до последнего не верил в худшее. За все время тяжелого ранения ни разу не терял сознания, смотрел вперед с оптимизмом. Верил, сделают операцию и все будет хорошо.
Очнулся от наркоза после операции с ощущением — чешется нога. А когда посмотрел на то место, где чесалось, сразу не поверил — ноги не было. Как жить дальше? Начались истерика, крик, слезы. Прибежавший по вызову заведующий отделением, опытный военврач, подполковник, сразу же оценил ситуацию и наотмашь ударил солдата по лицу:
— Ты же разведчик, солдат, а не размазня! Ну-ка прекрати истерику.
— На удивление, — вспоминает Владимир Александрович, — этот удар сразу же привел меня в чувство.
Днем было еще ничего: процедуры, беседы с врачами, медсестрами, больными по палате. А наступала ночь, и тревога жалящей змеей лезла в душу. Как жить дальше? Что делать?
Лечащий врач, наблюдая душевные терзания Шуляка, однажды привел в палату молоденького парня в больничном халате. Тот, улыбнувшись, задрал штанины, под которыми вместо ног открылись протезы, обратился к Владимиру:
— Ну что киснешь? Еще повоюем. — И прошелся вприпрыжку по палате.
“У него же обеих ног нет, а ходит, — мгновенно пронеслась в голове мысль. — Значит, и я смогу ходить”. Так началось выздоровление.
Спустя восемь месяцев Владимир вместе с другом по несчастью Николаем, оказавшимся также с тяжелейшими ранениями рук в госпитале, на протезе, но без костылей покидали Ташкент. На вокзале встретили цыганку, она Володе сказала:
— Трудно будет вначале. Еще дважды ты будешь ложиться под нож. Но потом у тебя все настроится. Женишься. У тебя будет двое детей. И в жизни все сложится: будет работа, достаток.
Ребята тогда со смехом отнеслись к пророчеству гадалки. Сказанное показалось им просто бессмысленным лепетом.
Обретение себя
Дома Владимира встречали с радостью и со слезами. После госпиталя он походил скорее на худющего подростка, нежели на бравого десантника: кожа да кости, с меловым лицом. Но нужно было жить дальше.
Райвоенком Стяжкин, ознакомившись с делом парня, заявил:
— Пойдешь учиться, — и выхлопотал направление в БИИЖТ.
Декан факультета промышленно-гражданского строительства, на который поступил Шуляк, поднял на ноги ректорат и местную власть. Инвалиду-афганцу выделили двухкомнатную квартиру. К тому времени Владимир был уже не один. Он женился на своей землячке Алле Андрачик, студентке химико-биологического факультета Гомельского государственного университета.
— Учиться первые два года было ой как трудно, — вспоминает Владимир Александрович. — Наука не давалась. Дело доходило до отчисления. Но руководство деканата не оставляло меня наедине с проблемами. Помогало всерьез, по-отцовски.
После окончания вуза инженер-строитель Шуляк устроился на работу в трест “Калинковичиводстрой”. Спустя время его забрали в городскую архитектуру. Но носиться по городу на протезе было тяжело. Заведующая гороно Нелли Павловна Ковалева предложила ему работу в Доме пионеров, поставив условие — поступить в Мозырский пединститут.
Шуляк принял предложение: возглавил во внешкольном учреждении города скаутское движение и поступил в пединститут, который окончил с отличием.
— Очень здорово мне в жизни помог Александр Николаевич Томчик, работавший завучем, директором Полесского сельхозтехникума, заместителем председателя Калинковичского горисполкома, — вспоминает Владимир Александрович. — Десять лет благодаря ему я проработал преподавателем техникума, методистом кружковой работы в жилищно-коммунальном хозяйстве города.
Одновременно с исполнением служебных обязанностей В. А. Шуляк активно занимается общественной деятельностью. Он возглавляет в районе общественное объединение ветеранов войны в Афганистане, является членом различных комиссий при горисполкоме.
...Ташкентская гадалка оказалась права. Дважды еще Владимиру Шуляку оперировали израненную ногу. Непростые испытания пришлось пережить вместе с Аллой Петровной — нынче она один из лучших учителей СШ №1 г. Калинковичи. У них родилось двое детей. Сын Илья — студент 4-го курса Национального технологического университета, дочь Алла — студентка 1-го курса этого же университета.
Теперь Владимир Александрович работает в строительно-ремонтной фирме “Вэйдер” в Минске, которая занимается благоустройством столицы Республики Беларусь.
— Правы были люди, — говорит он, — которые утверждали, что все у меня получится и будет нормально. Только вот одно остается по-прежнему неизменным — снятся друзья, погибшие в Афганистане, снятся холодные горы, жаркий “афганец”, грязь и кровь…
Иван ГАРИСТ
Родня у Владимира Шуляка богатая. У матери было шестеро братьев и сестер. У отца — семнадцать(!). Александр Максимович и Анна Дмитриевна — отец с матерью Владимира — имели трех дочерей и двух сыновей.
Отец и мать — ветераны труда, нынче пенсионеры, имеют по 45 лет трудового стажа. Мать вначале работала санитаркой в Шиичской участковой больнице, затем — дояркой на Гороховской ферме. Отец — сначала в совхозе “Неначь”, затем — в мелиорации. Тракторист. Русловой.
Многодетная семья жила в просторной деревянной избе с пристройками. Имели 25 соток земли, свой сад и водопроводную колонку с чудесной прозрачной водой. В хозяйстве, известно, были корова, пара кабанчиков, поросята, гуси, утки, куры.
В семье царили миролюбие и трудопочитание. Родители никогда не ругались, даже кричать не умели, не то чтобы за ремень взяться. Детей добрым словом и лаской приучали к труду. А работы хватало на всех: и на ферме, и на колхозном поле, и в собственном огороде.
Это сегодня Владимир Шуляк — гордость Шиичской средней школы, пример для подражания для мальчишек и девчонок. А в годы учебы он ничем особым не выделялся среди своих сверстников. В отличниках не ходил, лидерскими качествами не отличался. Приученный с детства к тяжелому сельскому труду, постигая азы наук, особо не напрягался. Легко схватывал то, что говорили на уроках, а вот посидеть дополнительно за учебником не хотел.
— Мне тогда по духу ближе были рабочие профессии, — говорит Владимир Александрович. — Стать инженером, учителем или врачом как-то даже в голову не приходило.
После окончания средней школы в 1980 году он поступил в гомельское ПТУ-81 электротехники, то время одно из лучших в Советском Союзе. Распределили Шуляка в Речицкое предприятие электрических сетей. Восемь месяцев отработал, а 6 мая 1984 года получил повестку о призыве на срочную военную службу. 7 мая съездил в родное Горохово, помог родителям посадить картошку, а на следующий день был уже на призывном пункте в Гомеле.
По пути, в поезде Москва — Ташкент, новобранцы узнали, что едут в Ашхабад. 17 мая в 11.00 прибыли на место и, построившись, пешком с железнодорожного вокзала потопали в 13-й Туркменский военный городок. В этом городке велась подготовка советских солдат к афганской войне.
На войне
После шести месяцев учебы, шести месяцев тяжелейшего труда, специалист “1К-18” (военная радиоразведка) сержант Владимир Шуляк попадает в Термез, а оттуда с колонной “КАМазов” через Амударью — в Хайратон, на территорию Афганистана. Из Хайратона — вертолетами на Кундус, где стоял советский авиационный полк.
Из Ашхабада в Афганистан добирался с друзьями-однополчанами Русланом Савицким и Геной Шапетько, с которыми подружился в учебке.
— Нам тогда было совсем не страшно, — говорит Владимир Александрович. — Верили, что беда с нами не может случиться. Мы были очень молоды и оптимистичны.
Шуляка прикомандировали к третьей разведывательно-десантной роте Кундуского разведбата 201-й дивизии. Той самой дивизии, которой в 1941 году под Ельней в числе первых четырех в годы Великой Отечественной войны было присвоено звание гвардейской.
Первое боевое крещение Владимир получил в конце 1984 года. 20 декабря его разведрота начала поиск банды, данные о которой получили сверху. Четыре дня погони и нулевой результат. На пятые сутки банду догнали, но сами напоролись на засаду. Первым в бою погиб Сашка Липаков, которому до дембеля оставалось совсем ничего: пулеметная очередь прошила его насквозь. Еще живого его под руки подхватили шедшие рядом в атаку Владимир Шуляк и Артур Маргарян.
Сашка с кровавой пеной на губах прошептал Шуляку: “Забери мои гранаты”. И затих.
Душманы начали отступать, спрятались в дувал. Подобраться ближе мешал кинжальный пулеметный огонь. И вот тогда сержант Шуляк использовал Сашкины гранаты. Взрыв одной, второй — и пулемет умолк. Разведчики ворвались во двор: 19 душманов убиты, их главарь ранен в живот. Но и разведчики понесли потери — 7 человек погибли в бою, в том числе командир 3-го взвода капитан Парахняч, а командир роты был тяжело ранен.
Первое крещение огнем для Шуляка так просто не закончилось. В тот же день он вместе с другими разведчиками по чьему-то головотяпству попал под артиллерийский удар советских танкистов.
В себя пришел только в госпитале с тяжелейшей контузией головы. Руки, ноги в тот раз не пострадали. За спасение однополчанина и уничтожение вражеского пулемета, обеспечение атаки разведчиков сержант Владимир Шуляк за первый бой был награжден орденом Красной Звезды.
Отчаяние
После четырех месяцев военно-полевого госпиталя Шуляк возвращается в свою часть. И опять бои, обретение искусства выживания, опять гибель боевых друзей. Затем его, специалиста радиоразведки, отправляют в Южный Кундус, в сопки — на разведку.
Трагедия произошла 20 июня 1985 года. К вечеру он вместе с напарником начал обследовать линию минных полей — заградительный кордон от душманов. Но враг тоже не дремал. Ночью душманы сумели перебраться через минное поле и дополнительно установить мины на том участке, где всегда проходил советский патруль. Радиоуправляемая мина сработала у Шуляка под ногами. Взрыв. Огонь. Темень. И крик. Боли Владимир не почувствовал, хотя его нога напоминала кровавое месиво. Кричал напарник, задетый осколками.
Если бы советская военная машина в Афганистане была поразворотливее, может быть, и сохранилась бы нога у Шуляка. Но!.. Только лишь 27 июня вывезли его самолетом в Ташкент.
Владимир до последнего не верил в худшее. За все время тяжелого ранения ни разу не терял сознания, смотрел вперед с оптимизмом. Верил, сделают операцию и все будет хорошо.
Очнулся от наркоза после операции с ощущением — чешется нога. А когда посмотрел на то место, где чесалось, сразу не поверил — ноги не было. Как жить дальше? Начались истерика, крик, слезы. Прибежавший по вызову заведующий отделением, опытный военврач, подполковник, сразу же оценил ситуацию и наотмашь ударил солдата по лицу:
— Ты же разведчик, солдат, а не размазня! Ну-ка прекрати истерику.
— На удивление, — вспоминает Владимир Александрович, — этот удар сразу же привел меня в чувство.
Днем было еще ничего: процедуры, беседы с врачами, медсестрами, больными по палате. А наступала ночь, и тревога жалящей змеей лезла в душу. Как жить дальше? Что делать?
Лечащий врач, наблюдая душевные терзания Шуляка, однажды привел в палату молоденького парня в больничном халате. Тот, улыбнувшись, задрал штанины, под которыми вместо ног открылись протезы, обратился к Владимиру:
— Ну что киснешь? Еще повоюем. — И прошелся вприпрыжку по палате.
“У него же обеих ног нет, а ходит, — мгновенно пронеслась в голове мысль. — Значит, и я смогу ходить”. Так началось выздоровление.
Спустя восемь месяцев Владимир вместе с другом по несчастью Николаем, оказавшимся также с тяжелейшими ранениями рук в госпитале, на протезе, но без костылей покидали Ташкент. На вокзале встретили цыганку, она Володе сказала:
— Трудно будет вначале. Еще дважды ты будешь ложиться под нож. Но потом у тебя все настроится. Женишься. У тебя будет двое детей. И в жизни все сложится: будет работа, достаток.
Ребята тогда со смехом отнеслись к пророчеству гадалки. Сказанное показалось им просто бессмысленным лепетом.
Обретение себя
Дома Владимира встречали с радостью и со слезами. После госпиталя он походил скорее на худющего подростка, нежели на бравого десантника: кожа да кости, с меловым лицом. Но нужно было жить дальше.
Райвоенком Стяжкин, ознакомившись с делом парня, заявил:
— Пойдешь учиться, — и выхлопотал направление в БИИЖТ.
Декан факультета промышленно-гражданского строительства, на который поступил Шуляк, поднял на ноги ректорат и местную власть. Инвалиду-афганцу выделили двухкомнатную квартиру. К тому времени Владимир был уже не один. Он женился на своей землячке Алле Андрачик, студентке химико-биологического факультета Гомельского государственного университета.
— Учиться первые два года было ой как трудно, — вспоминает Владимир Александрович. — Наука не давалась. Дело доходило до отчисления. Но руководство деканата не оставляло меня наедине с проблемами. Помогало всерьез, по-отцовски.
После окончания вуза инженер-строитель Шуляк устроился на работу в трест “Калинковичиводстрой”. Спустя время его забрали в городскую архитектуру. Но носиться по городу на протезе было тяжело. Заведующая гороно Нелли Павловна Ковалева предложила ему работу в Доме пионеров, поставив условие — поступить в Мозырский пединститут.
Шуляк принял предложение: возглавил во внешкольном учреждении города скаутское движение и поступил в пединститут, который окончил с отличием.
— Очень здорово мне в жизни помог Александр Николаевич Томчик, работавший завучем, директором Полесского сельхозтехникума, заместителем председателя Калинковичского горисполкома, — вспоминает Владимир Александрович. — Десять лет благодаря ему я проработал преподавателем техникума, методистом кружковой работы в жилищно-коммунальном хозяйстве города.
Одновременно с исполнением служебных обязанностей В. А. Шуляк активно занимается общественной деятельностью. Он возглавляет в районе общественное объединение ветеранов войны в Афганистане, является членом различных комиссий при горисполкоме.
...Ташкентская гадалка оказалась права. Дважды еще Владимиру Шуляку оперировали израненную ногу. Непростые испытания пришлось пережить вместе с Аллой Петровной — нынче она один из лучших учителей СШ №1 г. Калинковичи. У них родилось двое детей. Сын Илья — студент 4-го курса Национального технологического университета, дочь Алла — студентка 1-го курса этого же университета.
Теперь Владимир Александрович работает в строительно-ремонтной фирме “Вэйдер” в Минске, которая занимается благоустройством столицы Республики Беларусь.
— Правы были люди, — говорит он, — которые утверждали, что все у меня получится и будет нормально. Только вот одно остается по-прежнему неизменным — снятся друзья, погибшие в Афганистане, снятся холодные горы, жаркий “афганец”, грязь и кровь…
Иван ГАРИСТ
Реклама
