Достала

Когда мы перестанем одеваться, выбирая лучшее из худшего?
Не любитель я ходить по промтоварным магазинам, как некоторые говорят: совершать шопинг. Но этим летом довелось обойти как минимум самые крупные в Гомеле — хотел купить не турецкий и не коминтерновский костюм, которые носит большинство. Интересные вещи предстали моему удивленному взору. Универмаги, комплексы и центры для торговли одеждой почти полностью отданы индивидуальным предпринимателям. Ассортимент у всех неширокий, почти один и тот же, производства Китая и Турции, все, как у торговцев на рынках. Оно и понятно: и те, и другие ездят за товаром в Москву: на Черкизовский рынок и в Лужники. Вот и превратились магазины в тот же базар, но в здании под крышей.
Еще одно интересное наблюдение: на многих ярлыках одежды не указана страна-производитель, что дает продавцам возможность для хитрых маневров. Несколько раз слышал такие разговоры:
— Эта вещь итальянская? — спрашивает несведущий покупатель.
— Да, — отвечает продавщица.
— Мне нужна немецкая.
— Ах, эта! Перепутала, эта — немецкая...
В универмаге “Гомель” встречались вещи, на бирках которых значилось: сделано в Италии, Англии и т. д. Но в доверительных беседах некоторые продавщицы признавались: “Вы не смотрите, что написано, здесь не бывает западноевропейского, а только Турция, Китай, Россия”. А разрешается ли таким образом вводить покупателей в заблуждение? Стало очень интересно, как попадает одежда в Гомель, кто этим занимается?
Костюм я тогда купил, правда, все-таки коминтерновский. А вот моя знакомая до осени не могла купить в универмаге “Гомель” тенниску на ребенка 7 лет. Но поделилась своим опытом. Одевается она по немецким и итальянским каталогам через почту. Купить можно все: от трусов до шубы, скидки до 70 процентов. Если заказанная вещь не подошла, заложенные за нее деньги возвращаются, за вычетом стоимости пересылки (примерно 6 евро). Но так о приобретении сезонной одежды нужно заботиться заблаговременно, от заказа до ее присылки проходит от трех недель до двух месяцев, в зависимости от наличия товара. У нас же большинство людей о весеннем плаще вспоминают, когда уже тает снег, надеясь, что в магазинах всегда есть все необходимое. И я не являюсь исключением.
Второй большой шопинг совершил недавно в поисках длинного зимнего пальто в классическом стиле. И снова был немало удивлен: во многих магазинах в основном одежда только белорусских производителей. В новом магазине облторгсоюза “Персона” — белорусское, на втором этаже универмага “Гомель” как в старые добрые времена вернулись все привычные секции, в них — белорусская одежда. Что произошло? Решил поинтересоваться у директора ОАО “Универмаг “Гомель” Татьяны Забродской.
— Раньше была другая ситуация, — говорит Татьяна Александровна. — Полтора-два года назад поставщики республики очень тяжело шли на контакт с универмагом, потому что он был просто неплатежеспособен. Сейчас наше финансовое положение нормализуется, поставщики идут навстречу и по срокам оплаты, и по ассортименту.
— Перемены разительные, но почему представлено малое количество белорусских производителей и видов одежды? Можно подумать, что в стране слабо развита легкая промышленность. Хотя в минском торговом доме “На Немиге” можно одеться в белорусское с ног до головы на любой вкус и кошелек.
— У них площади позволяют. Да и в финансовом плане мы только начинаем становиться на ноги.
— Почему у вас нельзя купить западноевропейскую одежду?
— Универмаг до этого еще не созрел. Западноевропейская одежда — это ужесточенные сроки оплаты, для нее нужны совершенно другие площади, соответствующим образом оформленные секции. Вы знаете, что у нас продан государственный пакет акций, универмаг ждет большая реконструкция. В связи с этим будут пересматриваться подходы к формированию ассортимента и, наряду с белорусскими, будем продавать товары импортного производства.
— Третий этаж у вас отдан в аренду индивидуальным предпринимателям. Чтобы не пустовало место, потому что самим там нечем торговать?
— Мы не могли закупить столько товара, чтобы обеспечить им три этажа. Впоследствии, с учетом формирования бизнес-плана, если определим, что аренда нам все-таки нужна, будем приглашать работать предпринимателей, которые станут торговать тем, чего не хватает у нас, чтобы это было дополнением.
Несколько вопросов я задал и начальнику управления торговли и услуг Гомельского горисполкома Василию Ранько.
— Василий Васильевич, еще летом в городе, за исключением маленьких фирменных магазинчиков, было трудно купить белорусскую одежду, а сейчас ее стало очень много. Чем это вызвано, появилась директива о защите отечественного производителя?
— Ну, директива — это громко сказано. Во всем мире патриотизм у людей и проявляется в том, что своего производителя ставят во главу угла, и это дает ему возможность качественного развития, а не только объемного. Да, мы действительно его поддерживаем. Поэтому высвобождающиеся торговые площади и магазины стараемся отдавать своим производителям для открытия фирменной секции или магазина. Например, более года стоял закрытым продовольственный магазин “Людмила” напротив цирка. Мы отдали его государственному предприятию “Облторгсоюз”. За четыре месяца в нем произвели ремонт и вместо продовольственного, которых и так достаточно по Советской, сделали хороший промтоварный магазин, где большая часть продукции — белорусская.
— Белорусской одежды стало много, но представлено мало отечественных производителей и не глубок ее ассортимент. Почему?
— Не хватает свободных торговых площадей. Любой производитель хочет иметь магазин, естественно, в центре, а он не резиновый. Но мы где-то меняем специализацию. Есть на подходе еще пару магазинов, которые решили отдать под белорусский легпром.
— Обошел основные магазины в поисках зимнего длинного пальто классического покроя. Кое-где есть полупальто, и только в “Элеме” было несколько моделей, но их фасон, ткань и длина не понравились, так что особого выбора не было. Полномочно ли ваше управление влиять на формирование ассортимента предприятий торговли, чтобы, например, осенью в них появлялись зимние вещи?
— Конечно. У нас октябрь — ноябрь — время проведения общереспубликанских ярмарок, на которых встречаются производители и покупатели, в данном случае — розничная торговля. Заключаются договоры, расписывается весь ассортимент, который будет производиться в течение года, создаются так называемые спецификации. Есть две возможные причины того, что в продаже отсутствуют длинные классические пальто: либо они пользовались повышенным спросом и на данный момент закончились у промышленности и торговли, либо они не были учтены при разработке этих договоров. Вот если бы вы в книге замечаний и предложений оставили соответствующую запись, то заказ в течение 10 дней обязательно был бы расписан к исполнению. Во-вторых, согласно Декрету № 2, вы бы получили компетентный ответ, и, в третьих, через определенное время вас бы пригласили за покупкой.
— Почему сейчас в магазинах не продают западноевропейскую одежду?
— Она есть, хотя ее мало. Давайте вернемся на 20 лет назад и вспомним, как завозился импорт? На весь Советский Союз была одна брест-ская база “Внешторга”. Головная база через торговое представительство делала заказ на весь СССР. В нем было расписано, что должно быть, например, 20 миллионов пар югославских сапог таких-то размеров, 30 миллионов чешских плащей и т. д. За его выполнением следил один государственный глаз. Сегодня завоз импорта производится без должного участия государства, общереспубликанского завоза товара нет. А появляется он так: предприниматель едет отдыхать за границу, заодно привозит два чемодана товара и продает его у себя в бутике.
— Видел, что у многих предпринимателей почти на половине продаваемых вещей висят бирки без указания страны-производителя, а в устной форме можно называть любую, какую хотел бы покупатель. Это нормально?
— Страна-производитель обязана быть указана. Контролировать это обязаны все: и управление торговли, и органы сертификации, гигиены. Есть еще один нюанс. Например, на костюмах, которые шьет “Коминтерн” для западных стран, не указано “Сделано в Беларуси”, а пишут, например, “Сделано по лекалам Голландии” или “Сделано в США”, если заказчик Соединенные Штаты. Лекала и ткань могут быть итальянскими, а изготовление турецкое, потому что рабочая сила там дешевле, чем в Западной Европе. Конечно, есть подтверждающие документы, которые обязаны быть на местах распродажи. Но до этого порой не доходят руки.
С другой стороны, предприниматель, переросший стадию начального бизнеса, просто так втюхивать все подряд никогда не будет. Потому что обмануть человека можно только один раз. Есть масса прекрасных примеров, когда предприниматели делают хорошие магазины, такие, как “Спортландия”, “Проспект, 28”, “Денди”, заботятся о своем имидже.
Встречался я и с предпринимателями, которые дорожат своей репутацией и в бизнес пришли всерьез и надолго. Одна из них — Нина Добровольская. В ассортименте ее магазинов турецкие товары для активных людей: джинсы, свитера, майки, ремни, рубашки, куртки, спортивные шапочки. У нее я поинтересовался, почему не продает белорусские товары?
— Не работаю с белорусскими товарами, потому что на них могу сделать наценку только 30 процентов. А в них невозможно вложить цену за аренду помещения, зарплату продавца и налоги.
— Можно ли привезти французскую вещь, продать ее, оставив сертификат, а бирки пришить к турецкому и снова продать, как французское?
— Я так не делаю и не знаю предпринимателей в крупных центрах, которые бы так делали. Гораздо важнее не извлечь сиюминутную выгоду, а сделать так, чтобы потребитель ушел довольный и красивый, чувствовал себя в купленных у меня вещах комфортно, уверенно и возвращался ко мне снова и снова.
Одежда помогает обрести внутренний комфорт и уверенность в себе, подчеркнуть свою индивидуальность, чтобы встречи по одежке и проводы по уму не сильно отличались. Такую возможность в будущем нам предоставят торговые предприятия и предприниматели Гомеля. Как я убедился, многие из них уже пошли по пути от “униформы” к индивидуальности. Но покупать пальто пока мне придется в Минске.
Игорь ЖУРБИН