В отпуск дикарем

— Предлагаю поехать на пару недель дикарями на Нарочь, коль уж осенью отпуск у тебя и у меня. Встречаемся в столице, — позвонила подруга,
с которой отдыхали вместе
в одной из здравниц по путевке. “А почему бы и нет”, — подумала я.

Собрав самое необходимое из одежды и прикупив гомельские конфеты, еду в Минск. Нашей попутчицей в автобусе оказалась пенсионерка из Санкт-Петербурга. Она едет в пансионат “Журавушка”. “Мечтаю бродить по лесу, собирать грибы-ягоды, созерцать красоту”, — делится интеллигентная дама. “А сколько вы платили за путевку?” — интересуюсь. “Шесть тысяч российских рублей, — делится пенсионерка. — Я получаю семь тысяч рублей пенсии, а еще подрабатываю в музейном гардеробе”.
Женщина живо интересуется видами из окна, восхищается чистотой и ухоженностью сел и поселков. Удивляется, что организованному отдыху мы с подругой предпочли дикарский. “Так там жилье снять не проблема, — объясняем ей с Татьяной. — Летом особенно, ведь многие жители курортного поселка съезжают из квартир в дачные домики, а жилплощадь сдают таким путешественникам”.
В который раз поражаюсь прозорливости подруги, строго наказавшей мне не набивать сумку лишним тряпьем и обувью: все по минимуму. Потому-то теперь с легкостью вышагиваем по дорожке, ведущей от автостанции курортного поселка. Впереди маячит одинокий пенсионер, еле волочит две, словно заполненные камнями, сумки. Увидев, что к нему со скамейки под елью направляется ровесница, оживленно расхваливающая здешний воздух и озеро, делаем вывод: семейная чета. Как тут не помочь, коль сами налегке? “Он у меня полковник в отставке, честь имеет”, — не без гордости сообщает о муже наша новая знакомая. Супруги из Жодино впервые направились в нарочанский санаторий. Еще четыре года назад жили в Астрахани, да вот к старости переметнулись к дочери в Беларусь. Не жалеют. Именно дочь к 40-летию родительской свадьбы приобрела им путевки в санаторий.
Мы помогли чете добраться до здравницы, зарегистрироваться и поселиться. И пошли устраивать “свою судьбу”.
У выстроившихся в рядок павильончиков индивидуальных предпринимателей — импровизированный базарчик. Издали определив, что мы не местные жители, торговки зазывают: “купіце ягады, глядзіце, якія журавіны! Пяцілітровае вядзерца — 15 тысяч”. Мы говорим, что обязательно купим “журавіны”, когда будем уезжать отсюда. Пока для нас главное — определиться с жильем. Пышнотелая блондинка, приторговывающая рыбой, подозвала к себе: “Я сдам свою двухкомнатную, 20 долларов за сутки. А ваше дело, жить вдвоем или целой компанией. Главное, чтобы в порядке содержали жилище”. Другие женщины подсказывают, что дешевле не бывает: дескать, Зина давно промышляет сдачей квартиры — с мужем они строят себе домик в соседней деревне на побережье. Делаем, тем не менее, еще четыре звонка по разным номерам телефонов, вывешенным на стенде возле универмага. Действительно, такса у всех одинаковая. Так что направляемся к Зине.
Попадаем не в шикарные, но довольно сносные условия. Не евроремонт, но чисто и уютно. Есть холодильник, телевизор, стиральная машина. А главное — в нескольких метрах озеро и сосновый бор. Зина обещает без нужды нас не тревожить, отдаем ей аванс — 120 долларов. И хозяйка отправляется убирать картошку, сменив на время свой “рыбный промысел”. На прощание предлагает купить копченого угря. “А почем он нынче?” — спрашиваем. “По 68 тысяч килограмм, продаю как в универсаме... Кстати, рыбзавод наш сейчас перерабатывает в основном привозную рыбу...” Вот уж поистине угорек — рыбка золотая.
— А я, девчата, сама уже на этого угря смотреть не могу, — выдохнула Зина. — Столько с ним заботы, недоспанных ночей... На базаре сидишь, как мышь под веником. Не дай Бог какой контроль, переодетый в отдыхающего, объявится. Сколько раз нас с мужем штрафовали. Но ничего, как-нибудь, думаю, достроим домик в деревне, станем еще ближе к озеру и быстро окупим свои затраты на строительство.
Зина и вправду нам не надоедала, съехала с семейством в деревню. Мы же с Татьяной старались как можно меньше находиться в стенах квартиры: совершали прогулки по тропе здоровья, вылазки в лес за грибами. Неоднократно на солнечных полянках находили остатки брусники. Тем и хороши здешние леса, что они не пострадали от цивилизации, ведь промышленных предприятий по соседству никаких нет. И аромат ягод и грибов напомнил времена детства, когда все это добро собиралось в огромных объемах и на полках в кладовке отчего дома выстраивались в длинные ряды банки с соленьями и вареньями.
По вечерам чаще всего смотрели телевизор, читали. Желания посещать танцы и дискотеки не было, хотелось отдохнуть от городской суеты. Пришли к выводу, что отдых дикарем весьма неплох, если исключить из него готовку: все же любой женщине, выезжающей в отпуск, хочется на время забыть о плите. Но успокаивали себя одним: кухонное творчество — это возможность сэкономить, так как питаться в ресторане или кафе накладно.
Как-то решила пройтись по побережью, чтобы купить открытки или буклеты о Нарочанском крае. В киоске “Белсаюздруку” предложили изумительный буклет о природном комплексе “Голубые озера”, — заказнике республиканского значения, созданном неподалеку от Нарочи еще в 1972 году. Яркие фотографии Сергея Плыткевича очаровали. Присев на скамейку прямо на берегу Нарочи, листала буклет и думала: именно такая реклама неповторимых уголков Беларуси и способна пробудить желание поехать и посмотреть эту красоту.
— Скажите, пожалуйста, который час? — вывел меня из некоторой отрешенности мужской голос. Затем последовало предложение:
— Вы бы не могли провести меня к санаторию, а то я тут впервые и зашел далеко? Может, наша прогулка под нарочанскими соснами вспомнится вам когда-нибудь...
Вот он, очередной “герой курортный”. Одышка, лицо не первой свежести. “Вы мне сразу приглянулись, столько романтики во взгляде”, — не унимался пенсионер, успев сообщить, что он прибыл сюда из Санкт-Петербурга.
— Да вы со своим талантом говорить комплименты в два раза моложе проводницу сыщете. Только обручальное кольцо снимите с руки для убедительности, — отпарировала я.
Дяденька зарделся румянцем: дескать, жену свою боготворит, но здесь курортная атмосфера влияет. Признался: вчера пошел с мужиками на танцы в санатории, так там всех разновозрастные дамы расхватали, а он один-одинешенек остался...
При подходе к универсаму из-за угла вынырнул мужчина лет 50, представившийся Валентином. “Тут вот, совсем недалеко, пройдите в глубь леса и попадете в шикарный особняк. Можно снять номер за 20 долларов... Есть камин, музыка. Можете заказать угря под любым соусом, копченого или жареного, драники наши белорусские. За 50 долларов баньку протопят...”
Что есть силы рванула от этой мужской компании к своей Татьяне: “Прощайте, ребята, неотложные дела ждут. Удачи вам!”
На следующий день мы с подругой отправились в пешеходную экскурсию в деревню Нарочь. Она в километрах пяти от курорта, а по местному “полю чудес” раза в три ближе. Посмотрели памятники зодчества — церковь и костел, потолкались на местном рыночке, полюбовались ретровещицами — старинными утюгами, лампами, самоварами. А на обратном пути купили билеты домой — отпуск завершался.
Идя по лесу домой, вновь повстречали того же питерца: теперь он шел в окружении двух юных леди, годившихся ему в дочери. Лицо его, казалось, светилось изнутри радостью и гордостью...
Мы с Татьяной уезжали с курорта, увозя по пятилитровому ведерку клюквы и множество фотографий удивительного по красоте Национального парка “Нарочанский”. А еще желание приехать сюда летом.
Тамара ВИКТОРОВА