Жизни проза: дети и неврозы, или как Вася с белой горячкой подружился?

Юра — молодой, красивый, сильный парень. В свои 20 лет ведет здоровый, активный образ жизни. Водит машину, работает на компьютере, занимается графикой, участник известной группы “Городская тоска”... Трудно поверить, что в детстве мальчику поставили страшный диагноз — костно-мышечная дистрофия, с которым до совершеннолетия не доживают.
Юра не мог ходить и делать того, что умеют дети. И тогда его мама Татьяна Ивановна Сиротина решила в буквальном смысле поставить сына на ноги. Будучи педагогом, она выучилась на психолога и психоэнергосуггистолога. Составила Юре индивидуальную программу, и началась тяжелая, изнурительная работа, порой доводившаяся до автоматизма, до желаемого результата. Уроки приходилось делать лежа. Потом по мере сил Юра ходил в школу. И случилось настоящее чудо. Мальчик единственный, кто вышел из того страшного состояния, и инвалидность была снята. А его мама Татьяна Ивановна Сиротина теперь работает в детском психиатрическом отделении № 15 областной клинической психиатрической больницы и дает юным пациентам, столкнувшимся с бедой, надежду на новую жизнь.

В единственном такого рода отделении на Гомельщине одновременно проходят лечение и реабилитацию 60 и более детей в возрасте от трех до пятнадцати лет. Врачи помогают им справляться с такими заболеваниями, как умственная отсталость различной степени тяжести, эпилепсия, шизофрения, бредовые расстройства и другие психозы, ранний детский аутизм, органическая патология, тяжелые невротические нарушения и другие. А еще немало юных пациентов спасают здесь от токсикомании и иных видов зависимостей, борются с поведенческими нарушениями: бродяжничеством, воровством, поджогами, когнитивными (учебными) расстройствами.
— В последнее пятилетие стало значительно больше детей и подростков с различными психическими проблемами, — констатирует Т. И. Сиротина. — Главная причина в том, что семья сегодня находится в глубоком кризисе. Растет количество неблагополучных и неполных семей. Взрослые довольствуются минимумом, ругают нестабильность нашего государства, но сами что-то менять, переориентироваться не хотят и не могут. Появляются маленькие депрессии, которые грозят перерасти в более серьезные. А поскольку люди боятся психиатров, диагноза, их состояние усугубляется. И, естественно, у детей появляется страх за родителей. Взрослые все чаще снимают стресс с помощью алкоголя.
Не случайно более 50% пациентов детского психиатрического отделения направляются из интернатных учреждений и являются сиротами, в том числе социальными. Дети бегут из неблагополучного дома, также порой заливая свое детское горе алкоголем. Чувствуя непонимание взрослых, нередко бродяжничают и ребята из внешне вполне благополучных семей. У нас ведь в обществе родители прибегают в воспитании детей к крайностям — либо жесткий контроль, либо полная свобода. А переходный возраст нынче начинается рано, уже лет с десяти.
Наталкивают проблемы в семье подростков и на суицидальные настроения. Не так давно в отделение поступила семиклассница, наглотавшаяся таблеток из-за того, что ее бросил мальчик. Когда стали работать с девочкой, выяснилось, что мама агрессивно болеет за дочку, а папа человек замкнутый. И ребенок попросту был одиноким. Девочке не хватало общения, она хотела понять себя, но не представляла как. Родителям же довериться боялась. А тут мальчик обратил на нее внимание, много знал, делился мыслями. И когда он ее бросил, ничего другого, кроме ухода из жизни, школьница придумать не смогла... Почувствовав заботу и внимание в больнице, она захотела здесь остаться. Еле уговорили девочку вернуться в школу и поехать с одноклассниками в санаторий. К счастью, лечение дало результат, и она быстро нашла общий язык со сверстниками. Теперь девочка часто приходит в гости в отделение и занимается с маленькими пациентами.
В другой семье родители избрали такой стиль воспитания, в результате которого пятилетний малыш начал себя истязать, привязывал себя колготками к батарее, чтобы его не забирали из детского сада домой. В семье мальчика слишком много агрессии, взрослые выплескивают накопившийся за день негатив на ребенка. А дедушка частенько в целях воспитания кричит маленькому внуку: “Как ты меня достал! Ты меня в могилу загонишь!”...
А вот 10-летний парнишка до сих пор находится в психиатрическом отделении в тяжелом состоянии, и врачи не могут дать никакой гарантии — придет он в себя или нет. Мама забила тревогу, когда сын стал агрессивным: “Не дашь, что хочу, стукну, убью, зарежу!” Детей он просил себя кусать и щипать, чтобы оставались синяки. Так добивался усиленного внимания матери. Женщина была в панике: ребенка не хочет помещать в интернат, потому что любит, но и в квартире оставлять его боится. То парнишка всех обожает, то ненавидит. Поначалу мальчик попал в другую клинику, там вызвал милицию и пожаловался, будто с ним плохо обращаются. И тогда его перевели в детское отделение психиатрической больницы. Как ребенок дошел до такого состояния? Просто сама мама — одинокая женщина — агрессивна: все мужики сво... Нет счастья в жизни... Она патологически всего боится. Вот и сыну передался страх. Сейчас ему пытаются помочь и еще работают с мамой, учат ее чувствовать и понимать своего ребенка.
Давно перестали быть исключительными случаи, когда в детское психиатрическое отделение поступают из сельских районов области “дети-маугли” восьми — десяти лет. Они боятся разговаривать, и трудно определить, умеют ли вообще это делать. Живут такие дети, как правило, у бабушек, потому что их родители лишены родительских прав.
Обращаются к специалистам отделения и взрослые, взявшие под опеку социальных сирот. Ведь эти дети, оказавшиеся в экстремальной жизненной ситуации, сложные, да еще сказываются гены. И новым родителям с ними очень тяжело справляться, потому что не хватает необходимой информации.
— Также психо-соматические заболевания у детей развиваются из-за нарушения природного баланса, — заметила Татьяна Ивановна. — То есть у людей появилась зависимость от погодных условий. Большая часть наших пациентов проживает в экологически неблагоприятных районах, наиболее пострадавших от чернобыльской катастрофы. Эти дети имеют тяжелую сопутствующую соматическую патологию — заболевания печени, почек, сердца, опорно-двигательного аппарата, зрения, слуха.
От учебных расстройств страдают в основном ослабленные дети. Усугубляют состояние школьные нагрузки и обстановка в целом. Соответственно у таких учащихся плохая успеваемость. И к седьмому — восьмому классам школьников приходится лечить. А старшеклассники в основном приходят за помощью перед выпускными экзаменами. У них депрессия, которая накапливалась за годы учебы. Даже если психологически ребенок крепкий, умеет справляться с маленькими стрессами, у него и то появляется в этот сложный жизненный период тревога. Поэтому школьников нужно готовить к экзаменам психологически. Но, увы, в учебных заведениях в расписании не предусмотрены такие занятия. Причина — не хватает часов. Считается, что нужнее математика, русский, а с психологическими проблемами идите к школьному психологу. Но не каждый ребенок решится на это. По мнению специалистов, психологические факультативы в школах просто необходимы.

Как правило, в психиатрическое отделение дети попадают тогда, когда им уже требуется серьезная помощь психолога, психиатра или невролога. Эффективность лечения зависит не только от медикаментозного обеспечения, которое отвечает современным стандартам. В не меньшей степени важно создать для юных пациентов благоприятную, спокойную, домашнюю обстановку, которой в жизни многие из них лишены. В лечебный процесс включены развивающие, спортивные игры, логопедические и общеобразовательные занятия. По наблюдениям врачей, дети охотнее участвуют в спортивных играх, занимаются музыкой, играют в кукольном театре. Но из-за ограниченного финансирования есть проблемы с оснащением детского участка на улице. Также отделению требуются памперсы, одежда и обувь для маленьких пациентов, детская мебель, спортивный инвентарь.
Как только ребенка удается привести в норму, он возвращается в семью, школу, общество. Но именно там его принять не готовы. Родителям даются консультативные рекомендации, как дальше вести малыша или подростка. По вторникам для взрослых проводятся специальные обучающие семинары и тренинги. И если родители придерживаются рекомендаций специалистов, дети больше не возвращаются в психиатрическое отделение. Только вот не всякие мамы и папы следуют советам специалистов. После выписки из больницы ребенка ведет участковый психотерапевт или невролог. Но он на руки рекомендации не дает. Мол, не имеет права. Соответственно и в школу никакого документа родители не представляют. А без него не могут и перестроить учебную программу для ребенка, он ведь не инвалид — не положено. Как и обучение на дому. И ребенок учится в школе на общих основаниях, что в конце концов приводит к кризису в его психическом состоянии. Поэтому нужно, чтобы администрация школ сотрудничала с психиатрическим отделением и следовала рекомендациям врачей. Специалисты, работающие здесь, считают, что социальные педагоги и психологи учебных заведений пока не должным образом занимаются “проблемными” детьми. А учителя загружены, и не всегда получается поработать с ребенком индивидуально. Только если педагоги, родители и ребенок вместе позанимаются с психологом, будет результат.
В городе очень нужен центр пограничных состояний. Есть больница, центры для инвалидов, поликлиники. Но это уже для людей с диагнозом. А ведь лучше предупредить болезнь. В центре также могли бы найти временное пристанище (пусть даже платное) родители из сельских районов области, пока их дети проходят обследование в психиатрическом отделении. А приемные и опекунские семьи получали бы всю необходимую информацию. И, наконец, если в психиатрическую больницу многие люди обращаться боятся, то в центр пограничных состояний пойдут за помощью охотнее. Пока же в учебно-методическом комплексе на Головацкого, 19 по четвергам врачи читают лекции для родителей о здоровом образе жизни, проводятся психологические тренинги на тему развития ребенка с самого его зарождения в утробе матери.
А вообще эта больная тема может сойти на “нет”, только если мы начнем строить качественно новые семьи. Где во главе угла — культурные ценности, традиции, общие интересы. Где дети и родители будут общаться и понимать друг друга, вместе заниматься спортом, отдыхать, решать проблемы. Но этому нужно обучать будущих супругов уже со школьной скамьи.
Ольга Данилкова