В городе не зелено?

Проанализировав жалобы, которые поступают во все инспекции Минприроды, экологи пришли к выводу — более 80 процентов их связано с вырубкой и обрезкой городских деревьев. Да и в нашей редакционной почте сообщения о том, что вырубили любимую аллею или искалечили придорожные каштаны, напоминают вести с фронта...

РЕКВИЕМ О СТАРОМ ТОПОЛЕ
Лично для меня городские деревья больше, чем зеленые легкие, природные фильтры воздуха, создатели тени в жару и радости для уставших глаз. Они — неотъемлемая часть городской ауры, под их зелеными крыльями происходили и происходят большие и маленькие жизненные события, они растут вместе с нами, цветут, болеют, стареют, умирают…
Вспомнилась повесть Владислава Крапивина “Тополиная рубашка”. Там тоже был реквием о старом тополе. Реквием обычно посвящен тем, кто был любим, но кого уже больше нет. У большинства из нас в детстве возле дома был свой родной тополь, а может быть, каштан или ива, которые казались живыми и самыми большими на свете: своими кронами уходили в небо, днем блестящими листьями гладили облака, а ночью звезды. Но ушло детство, которое осенял тополь. И однажды во дворе твоего старого дома вместо родного дерева обнаруживаешь свежий пень...
Так что же: захотим — посадим, захотим — срубим? Нет, такой подход нынче не пройдет. Существование деревьев в городе узаконено и целым рядом других норм, правил и постановлений. Дерево теперь не только полноправный “горожанин”, но и жизнь его стала цениться все дороже.
По словам начальника отдела облкомприроды Натальи Жаркиной, в прошлом году вышел Указ Президента Республики Беларусь, ужесточивший наказание за незаконную порубку и повреждение городских зеленых насаждений. А с 1 марта 2007 года после вступления в силу нового Кодекса об административных правонарушениях минимальная штрафная отметка выросла вдвое. Сейчас гражданам за “убийство” дерева грозят штрафы в размере от 20 до 50 базовых величин. Индивидуальным предпринимателям — от 20 до 200. Экологи надеются, что после этого порядка станет больше, а за штрафные 620 тысяч можно перевести, пересадить дерево или заменить его другими ценными породами.
К сожалению, ничто в мире не вечно. Вот и дерево, посаженное в начале ХХ века, в конце концов становится реальной угрозой. Если и не упадет на людей, то может серьезно повредить коммуникации, и с ним приходится расставаться. Но главное, его надо вовремя заменить новым.

ЗЕЛЕНАЯ АРИФМЕТИКА
По данным Минприроды, в 2006 году в городах Беларуси посажено около 150 тысяч деревьев, а вырублено 34,7 тысячи. Разница существенная, так как часть удаляемых деревьев и кустарников подлежит компенсации — вместо них нужно посадить молодую зеленую смену из расчета 1:10.
Количество зелени тоже регламентируется. По данным Минприроды, зеленых территорий в малых городах должно быть не менее 15,6 %, в средних — не менее 22 %, в крупных — не менее 22,6 % площади. Нормами предусмотрено: удельный вес таких оазисов в пределах застройки городов должен быть не менее 40 %, в границах жилого района — не менее 25.
Ученые, кстати, подсчитали, что каждый гектар зеленых насаждений ежегодно очищает 18 миллионов кубометров воздуха. Это столько же углекислоты, сколько 200 человек выдыхают за тот же самый год. Уличные деревья и кустарники способны поглотить более половины городской пыли, на листьях остаются тонны микроскопических частиц, которые благополучно бы отправились в наши легкие...
При этом в прошлом году в Гомельской и Гродненской областях площадь зеленых насаждений сократилась на 1 процент. Эти данные были озвучены на заседании коллегии Минприроды. Главная причина — строительство новых, капитальный ремонт старых зданий и сооружений, благоустройство территорий. Но и в каменных джунглях новостроек появляются крохотные, беспомощные прутики — будущие деревья.
Как сообщил заместитель председателя Гомельского горисполкома С. И. Лузай, чтобы улучшить экологическую обстановку в областном центре, ежегодно проводятся осенние и весенние месячники по озеленению. Например, в прошлом году на территории Гомеля высажено 13 тысяч деревьев, более 41,5 тысячи кустов, а количество цветов вообще кажется астрономическим — 6490 тысяч! Читаешь статистику из отчетов ЖКХ, и становится непонятным только: неужели мы не живем в городе-саде?
Но площадь и общая численность — не единственная характеристика “зеленых легких” города. Ведь только что посаженный прутик не сможет сразу же сравниться со взрослым деревом, обладающим развесистой кроной, по способностям очищать воздух, насыщать его кислородом, улавливать шум и пыль. Да и сколько их приживается, например, на оживленной загазованной улице Советской, да еще в окружении асфальтовой корки? Между тем, посадка “крупномером” у нас не ведется — нет техники, нет подходящих саженцев, нет заинтересованности, наконец. А это бы помогло экспресс-озеленению. Тем более, что, по данным облкомприроды, число городских деревьев, у которых усыхают сучья и ветви, появились дупла и другие повреждения, достигает 40 процентов. А значит, и о новом зеленом поколении надо серьезно задумываться.
Помню в детстве, какое впечатление произвело на нас великое переселение лип-крупномерок. Их везли на машинах, и высаживали по улице Б. Хмельницкого по дороге на строящийся 5-й микрорайон. И улица сразу же преобразилась, стала обжитой. Больше подобных картинок в городе я не наблюдала ни разу.

ДЕРЕВО-ГОРОЖАНИН ДОЛГО НЕ ПРОТЯНЕТ
Многочисленные вопросы у Минприроды вызывает и вырубка в городах деревьев, возраст которых считается “юношеским”: 25 — 45 лет. А ведь в природе береза 130 лет может прожить, липа — до 600, дуб — и того больше! Конечно, экология большого города сказывается на здоровье деревьев, но рачительный хозяин должен сделать все, чтобы продлить их век.
Формальный подход со стороны местных органов власти и территориальных служб ЖКХ к вырубке и посадке “объектов растительного мира” в населенных пунктах (а именно так в официальных документах именуются деревья и кустарники) не способствует росту зеленых островков в городском море. А недостаточный уход снижает их жизнеспособность, ведет к болезням и преждевременной старости. Особенно страдают зимой деревья-горожане, растущие вдоль улиц и дорог, от влияния песко-соляных смесей и прочей противогололедной химии. Вот и получается, что в городе деревья живут в 10 раз меньше, чем в природе.
Не все в порядке и с качественным посадочным материалом. По оценке экспертов, потребность населенных пунктов в нем удовлетворяется лишь на 60 — 80 процентов. К тому же их видовой состав довольно бедный. Остальное приобретается у лесного хозяйства или за рубежом. Кстати, импорт деревьев и кустарников неуклонно растет. А они дорогие и не всегда к нашим условиям приспособленные.
В Гомеле подготовкой посадочного материала снова занялось СУП “Красная гвоздика”. До недавнего времени предприятие было в упадке. Сейчас созданы и расширены плантации. Через год-другой и качественные саженцы будут. Но, по подсчетам экологов, и этого для огромного города недостаточно.
Прочитала я целый список методических рекомендаций, направленных на оздоровление деревьев на наших улицах. Например, необходимо три-четыре раза за сезон рыхлить землю вокруг стволов, начиная со второй половины мая в засушливый период поливать их, ежегодно вносить раствор минеральных удобрений, а при обнаружении признаков заболеваний или появлении вредителей подключать лесопатологов и лечить наши каштаны, липы, тополя и клены. Кроме того, рекомендуется подбирать для жестких городских условий самые устойчивые породы — березы, липы, дубы, белые акации, конские каштаны, вязы, грабы, ясени, рябины...
И снова воспоминание детства. Нас, младших школьников, повезли на автобусную экскурсию по городу, во время которой рассказывали о событиях Великой Отечественной войны. Особенно запомнились слова экскурсовода о том, что деревья, высаженные по улице Победы, имеют глубокий символический смысл: три каштана и одна плакучая ива — в память о том, что в Беларуси погиб каждый четвертый. Сейчас эта достопримечательность свой символизм утратила. Жаль.

ОСТАЛИСЬ ОТ ЯСЕНЯ РОЖКИ ДА НОЖКА...
Обрезка деревьев для Гомеля — вопрос больной и острый. На то, что порой после нее остается, просто больно смотреть. Немало звонков об обезглавленных деревьях в этом году поступило из микрорайона “Старый аэродром” Гомеля. Например, столбы тополей остались нынешней весной во дворах домов на улице Малайчука. Одни стволы остались на Красноармейской около дома № 5, на улице Чачина... И когда тут зазеленеет, когда станет легко дышаться? Места срезов веток должны обязательно замазываться, но об этом просто забывают. Таких примеров масса. Сколько стоит мертвых и полуживых деревьев на улице Советской, для которых обрезка стала не толчком к образованию молодых ветвей, а к полному истощению жизненных сил!
Между тем, на обрезку тоже есть нормы. Она бывает санитарная, омолаживающая и формовочная. На каждый вид — свои нормы. В среднем допускается “стрижка” не более 25 — 30 процентов годичного прироста. Для некоторых пород, кленов, тополей, — может доходить до 60 — 70 процентов. Но теория в Гомеле с реальностью не очень дружит.
К тому же катастрофически не хватает специалистов, способных дать оценку выполнения “прически”. Мой вопрос, как определить степень вредности стрижки дереву, не пора ли тех, кто ее проводил, штрафовать, оказался непростым даже для тех, кто стоит на страже природы. Прежде всего, говорят экологи, за “причесанным бензопилой” деревом следует наблюдать — есть ли прекращение роста? Запушилась ли крона во время вегетации? По словам Натальи Жаркиной, в Европе деревья тоже обрезают. Заграничные тополя переживают и глубокую обрезку. Но у них деревья через некоторое время покрываются пышной кроной, а у нас так и стоят этакими уродцами, пугая прохожих. Логично предположить, что в зарубежных странах их поливают, удобряют и не травят солями.
Лилия ВЕЛИЧКО