“Белорусский след” в судьбе Главного конструктора

Завтра исполняется 100 лет со дня рождения Сергея Королева
О Королеве сегодня спорят как о Гоголе: украинский это Главный конструктор ракетно-космической техники или русский? Когда он поступал на аэродинамическое отделение Киевского политехнического института, в биографии написал: украинец, а переводился в Московское высшее техническое училище — указал, что русский.
И до конца своей жизни (хотя был сослан на Колыму как “враг народа”, работал в Казани, годы провел в Капустином Яру на Поволжье и на Байконуре в Казахстане) оставался москвичом. У него был свой дом — у знаменитого обелиска в честь покорителей космоса рядом с ВДНХ, в котором после его смерти открыли мемориальный музей.
Бывал я в этом музее не один раз. Однажды — вместе с легендарным летчиком Михаилом Петровичем Девятаевым, который оставил в музее свой автограф. Напомню, что Девятаев угнал с секретнейшего аэродрома фашистов на острове Узедом бомбардировщик Хе-111 — носитель крылатых ракет. Позднее, узнав о нем, Королев добился реабилитации Михаила Петровича, а вскоре ему присвоили звание Героя Советского Союза.
Практически не имея свободного времени, Королев мечтал побывать на своей малой родине — в украинском городе Житомире. Здесь на Дмитровской улице в доме № 5 тоже сегодня музей. Сюда, как рассказали его сотрудники, 60 с лишним лет приезжали мать Сергея Павловича — Мария Николаевна Баланина и дочь от первого брака Наталья со своим сыном.
Не многие знают, что отцом знаменитого конструктора был уроженец Могилева Павел Яковлевич Королев, учитель. Выходец из мещан, он благодаря незаурядным способностям смог окончить высшее учебное заведение (словесный факультет Нежинского историко-филологического института — того самого, в котором учился Гоголь). Через полтора года родители расстались, и следы Павла Яковлевича потерялись в лихолетье революций и гражданской войны.
За нелегкие и даже трагические годы жизни Сергея Павловича Королева в его биографии оставило свой след немало наших земляков.
ЧЕРТОК. Еще в Германии (туда направили советских инженеров посмотреть, как фашисты делали ракеты “Фау-1” и “Фау-2”) судьба свела Королева с авиационным инженером Борисом Евсеевичем Чертоком. Для гомельчан несомненный интерес представляет тот факт, что его родители Софья Янчуковская и Евсей Черток в конце XIX — начале ХХ веков жили в нашем городе. Отец, как вспоминает в своей книге “Ракеты и люди” Борис Евсеевич, был учителем начальной школы, а мать еще в гимназические годы, вступив в РСДРП, активно участвовала в событиях первой русской революции.
Черток стал не только соратником, но и заместителем Главного конструктора, Героем Социалистического Труда, лауреатом Ленинской премии. И сегодня 95-летний (!) академик Российской академии наук — активно работающий ученый: он главный научный консультант ракетно-космической корпорации “Энергия” имени С. П. Королева. Мне удалось пообщаться с мэтром накануне одной из научных конференций “Королевские чтения”, которая ежегодно проходит в Москве. Итогом стала публикация в “Гомельскай праўдзе” 4 октября 1997 года “Самый первый” с автографом Чертока.
БОРИСЕНКО. К 40-летию запуска первого в мире искусственного спутника Земли наша газета приурочила материал еще об одном конструкторе, начинавшем с Королевым на полигоне Капустин Яр в 1947 году. Это о нем как о “новом для нас человеке” напишет Черток, рассказывая о создании первых советских баллистических, а затем и межконтинентальных ракет (см. “ГП” от 10 апреля 2004 г. и от 11 апреля 2006 г.). Напомним, что уроженец села Глыбоцкое Гомельского района Михаил Иванович Борисенко стал также Героем Социалистического Труда, лауреатом Ленинской премии, директором и Главным конструктором Московского радиотехнического института. Его портрет находится в музее “Гомельский дворцово-парковый ансамбль” среди самых знаменитых людей Гомельщины. А фотографии Михаила Ивановича вместе с документами о Королеве и его соратниках занимают почетное место во многих космических музеях России и Украины, на Байконуре.
ГЕРЧИК. В 1957 году Сергей Павлович познакомился с начальником штаба, а затем и начальником Байконура Константином Васильевичем Герчиком. Именно здесь испытывалась “великолепная королевская семерка” — Р-7, с помощью которой были осуществлены запуски первых в мире искусственных спутников Земли. Уроженец деревни Сороги Слуцкого района, впоследствии генерал-полковник, кандидат военных наук, лауреат Ленинской премии свою военную службу начинал под Речицей. Затем бывал на Гомельщине уже в качестве командующего 50-й ракетной армией.
КОСБЕРГ. Они встретились впервые 10 февраля 1958 года и долго говорили как старые знакомые. Сергей Павлович был наслышан об авиационных двигателях, которые сдавались в КБ Семена Ариевича Косберга. Ну а “нюх” на талантливых людей, как утверждают его биографы, никогда не подводил Королева. Именно тогда Косберг получил предложение делать двигатели для космических ракет. И это сотрудничество дало результат. Модификации “семерки” “Луна”, “Восток”, “Восход”, “Молния”, “Союз” с двигателями верхних ступеней Косберга позволили Советскому Союзу оставить далеко позади США. Эти носители дали возможность осуществить первые в мире старты к Луне, Венере, Марсу, вывести на околоземную орбиту одноместные и многоместные пилотируемые космические корабли.
Они не раз вместе прилетали на Байконур. Но лишь на одной фотографии Королев, Косберг и Гагарин рядом. Кстати, впервые опубликовала этот снимок “Гомельская праўда” (это было 12 августа 1997 года). Копию фотографии получила в дар дочь Королева — Наталья Сергеевна, которая и сегодня носит фамилию отца. Несколько лет назад она представила на суд читателей двухтомник воспоминаний и документов “Отец”.
ПРУДНИКОВ. “Рядом с Главным”, — так говорил о себе уроженец Климовичского района Могилевской области Иван Савельевич Прудников. Он начинал у Сергея Павловича инженером-механиком, затем возглавлял проектно-конструкторский отдел головных частей (боеголовок) баллистических ракет дальнего действия
Р-5, Р-7, Р-9 и Р-9А. С 1964 года Прудников — начальник отдела по проектированию космических кораблей. Лауреат Ленинской премии. Как вспоминал ученый и космонавт Константин Феоктистов, именно Иван Савельевич был единственным, кто выступил против подготовки к пуску “Союза” в пилотируемом варианте (полет закончился гибелью космонавта В. Комарова). Этот космический корабль был задуман и создавался еще при Королеве, и летает, кстати, до сих пор. Но тогда на Байконуре Королева уже не было…
СТАРОВОЙТОВ. Не увидел Сергей Павлович и первый в мире советский “Луноход”. Хотя, когда его задумал, твердо решил, что делать ходовую часть будут “питерские танкисты” (ВНИИтрансмаш, где директором был Василий Степанович Старовойтов — уроженец деревни Морозовичи Буда-Кошелевского района). В мае 1963 года Королев лично вылетел в Ленинград, чтобы обсудить со Старовойтовым детали. Утвердить эскизный проект Главный конструктор не успел. Но “Луно-
ход-1”, а затем и “Луноход-2” были успешно доставлены на Луну и отлично там поработали. А на груди Старовойтова засияла золотая медаль имени С. П. Королева.
…Конечно, Королев сам не проектировал и не строил двигатели, ракеты, космические беспилотные и пилотируемые корабли. Но гений его неоспорим. Сергей Павлович был выдающимся организатором и стратегом. Это и сделало его символом той великой многонациональной страны, которая открыла человечеству дорогу к звездам.
Владимир ЛАРИОНОВ