10 острых вопросов о работе милиции

заместителю начальника УВД Александру КОБРУСЕВУ
Справка “ГП”:
Образование — Курганское высшее военно-политическое авиационное училище; Гомельский государственный университет имени
Ф. Скорины (отделение правоведения).
Звание — полковник милиции (присвоено на прошлой неделе Указом Президента Республики Беларусь).
Должность — заместитель начальника УВД Гомельского облисполкома, начальник управления кадров, статс-секретарь (по международным вопросам).
Персональная
ответственность — за кадровую политику в органах внутренних дел и дисциплину среди сотрудников.
От наших читателей приходится слышать: “В милиции отказались принимать заявление. Говорят, что нет состава преступления, и это еще до выяснения обстоятельств! Наверное, чувствуют, что дело — “висяк”, процент раскрываемости не хотят портить”. У вас есть служба, которая контролирует подобные вопросы?
— В райотделе милиции, где пострадавший или очевидец правонарушения излагает суть своей проблемы, ему обязаны выдать талон с номером регистрации его заявления. Если милиционер убеждает посетителя не предпринимать никаких мер, нужно позвонить по “телефону доверия” УВД
8 (0232) 70-15-15 или в службу собственной безопасности — 8 (0232) 74-14-97. Уверяю вас, в отношении такого сотрудника будут приняты самые жесткие меры: за подобные деяния ему грозит увольнение с работы или возбуждение уголовного дела по статье УК “Бездействие власти”. И такие случаи уже есть. Ведь вместе с погонами человек получает доверие власти, которая наделяет его полномочиями по защите граждан. Не приняв заявления, он тем самым дискредитирует власть, государство.
Что касается контроля, то в каждом отделе и аппарате УВД действуют комиссии. Начальники подразделений постоянно прослушивают сообщения базы данных по линии 02 и просматривают сообщения “Единой книги правонарушений”. Обязательно делаются сверки с больницами, куда поступают люди, пострадавшие на улицах от хулиганских действий. Помимо всего прочего, нас же еще и прокуратура контролирует, ее сотрудники регулярно изучают законность принятых нами решений по материалам.
Как бы вы оценили криминогенную обстановку в Гомельской области?
— Позиция министра внутренних дел и руководства УВД такая: не надо гнаться за процентом раскрываемости, потому что в погоне за цифрами можно забыть о главном — о человеке. Одно из основных направлений — раскрытие тяжких и особо тяжких преступлений, поиск пропавших без вести и раскрытие преступлений прошлых лет. И второе — опрос общественного мнения, который проводят сотрудники управления мониторинга МВД во всех областных центрах Беларуси. Жалобы граждан в адрес милиции записываются на видео. На итоговой коллегии у нас есть возможность с ними ознакомиться, чтобы извлечь уроки из собственных ошибок и сделать конкретные выводы. Если говорить о криминогенной обстановке в области, то она достаточно напряженная для сотрудников милиции (количество совершаемых преступлений остается значительным), но находится под контролем. Кражи составляют свыше 65 процентов от общего количества преступлений.
Мне не доводилось встречать милиционера среднего звена, который с улыбкой отвечал бы на самые простые вопросы. В основном напряженное, безразличное или настороженное выражение лица. Может, улыбаться по уставу не положено? У вас вообще идет набор кадров или отбор?
— Хочу сказать, что за последнее время ситуация в этом плане меняется коренным образом: в адрес наружных служб стало приходить немало благодарственных писем. В чем-то дисциплинируют бэджи, которые стали носить милиционеры. Но если человек не готов к этой работе, на него что ни повесь, он вряд ли изменится. Конечно же, главное для нас — не ошибиться при отборе кадров. Именно отборе, а не наборе. И достаточно жестком. На службе в милиции дело приходится иметь не с лучшим контингентом общества, в большинстве своем с людьми, которые отошли от общепринятых норм поведения. Но, несмотря на это и на то, что сотрудник милиции ежедневно подвергается риску стать жертвой чьей-то агрессии, он обязан держать себя в руках. Если такие психологические нагрузки не под силу, надо менять работу. Плюс ко всему, милиционер должен быть воспитанным человеком, которому небезразлична чужая боль. К сожалению, в этом году были жалобы граждан о том, что в милиции им нагрубили. Пришлось напомнить 12 нашим сотрудникам: несколько лет назад вступил в силу и действует Приказ №1 МВД “О вежливом, внимательном отношении сотрудников органов внутренних дел и внутренних войск к гражданам”. Виновные понесли наказание и, уверен, сделали соответствующие выводы.
Когда сотрудники милиции раскрывают преступления или пресекают правонарушения, их имена звучат во всех СМИ. Но когда люди в погонах замечены в хамстве, грубости или в чем-то подобном, информация о таких “героях” стыдливо замалчивается. Можете привести хотя бы один конкретный пример, чтобы другим неповадно было?
— Поверьте, таким “героям” несладко приходится. Например, в ОВД Центрального района г. Гомеля обратилась девушка: у нее украли кошелек. Она была очень расстроена этим обстоятельством, плакала. Оперуполномоченный Шершнев даже не попытался успокоить ее, курил в кабинете, хотя, как потом выяснилось, девушка болела астмой и не переносила сигаретного дыма. К тому же, в разговоре с ней он был невежлив, да и заставки на компьютере фривольного плана явно не украшали его рабочее место. Девушка сделала милиционеру замечание, но тот на него никак не отреагировал. Тогда она обратилась к начальнику УВД. Потом был товарищеский суд, на котором оценку действиям этого и других таких сотрудников давали товарищи по службе. К тому же, каждого замеченного в таком поведении мы высмеяли в своей милицейской “Колючке”, вывесили эти карикатуры в райотделах на всеобщее обозрение. Девушка права, если у человека несчастье, стакан воды можно ведь предложить. Хочется покурить? Выйди в коридор, зачем дымить в кабинете? В прошлом месяце мы рассматривали подобные случаи на коллегии с участием министра внутренних дел. С высокой трибуны отчитывался за подобные “трудовые подвиги” своих подчиненных начальник Наровлянского ОВД. Обидно: когда человек сталкивается с грубостью или хамством, он переносит это отношение на всю милицию. Такими действиями наносится существенный урон имиджу милиции и власти в целом.
Существует мнение, что за рубежом люди всячески стараются оказывать содействие полиции, а у нас в народе говорят, что с милицией лучше не связываться. Как вы думаете, почему?
— Я не согласен. Любое преступление, которое мы раскрываем, не обходится без участия граждан. Ведь именно они выступают свидетелями преступлений и правонарушений. Сейчас, например, идет активная борьба с самогоноварением. Работает круглосуточно “горячая линия”, на которую звонят люди. Много звонков от жен, чьи мужья покупают горячительный напиток у самогонщиц за наличность или “в кредит”. Если по этим звонкам не предпринимались бы меры, тогда и реакция была бы соответствующей: чего туда звонить? Но на все сообщения граждан мы реагируем незамедлительно. Я бы не сказал, что современная милиция дистанцирована от граждан. Наоборот, мы сегодня работаем в тесном контакте с населением: проводим масштабные акции, трудными подростками занимаемся. Думаю, люди уже эти подвижки видят, хотя менталитет невозможно изменить за один день. Не стоит рассуждать: “А чего туда идти, в эту милицию? Или отправят, или крайним тебя сделают…” Гражданская позиция — не пройти мимо преступления, сообщить о нем — должна воспитываться с детства в семье, в школе, на производстве, потому что завтра кто-то может равнодушно пройти и мимо вашей беды. Сегодня возрождается такое движение, как народные дружины, вместе с милиционерами по улицам ходят граждане с красными повязками на рукавах. На предприятиях поддерживают порядок своими силами. Например, на дискотеках в университетах дежурят дружины, созданные при этих вузах. Общественный порядок — наше общее дело, и люди уже начинают понимать это. Доходит до того, что во время “прямых линий” предлагают создавать дружины в подъездах жилых домов.
Гомельщина за последнее время прогремела на всю страну: столько громких дел — “пожарники”, морозовцы. Долгие годы процветало целое преступное сообщество. Как правоохранительная система допустила столь длительный разгул бандитизма? Получается, знали и смотрели на происходящее сквозь пальцы?
— Уголовное дело “пожарников” еще рассматривает суд. Что касается “морозовской” группировки, то особенно неприятно, что на скамье подсудимых — сотрудник милиции при звании и должности. Он должен был бороться с преступниками, а оказывал им содействие и был в одной с ними связке. Конечно, это больше чем неприятно. Но это факт, и из него надо извлекать уроки, чтобы не допустить такого в дальнейшем. Авторитету органов внутренних дел нанесен значительный ущерб. Лично для меня такое поведение офицера милиции равнозначно предательству на поле боевых действий.
Когда служба собственной безопасности выявляет “оборотней” в погонах, вы считаете это своим поражением или успехом?
— И поражением (при приеме на работу мы ошиблись в человеке), и успехом (мы самостоятельно выявили сотрудника, который не соответствует требованиям органов внутренних дел, порочит честь милиции).
Если не секрет, сколько за этот год в области возбуждено уголовных дел в отношении работников милиции?
— На сегодняшний день возбуждено 23 уголовных дела в отношении наших сотрудников (основные из них — за бездействие власти, фальсификацию материалов во время расследования уголовных дел). 90 процентов выявленных преступлений — заслуга службы собственной безопасности. Материалы служебной проверки мы направляем в прокуратуру для дачи правовой оценки. Заметьте, не пытаемся такие нелицеприятные факты скрыть или замять. Прокуратура как надзирающий орган должна вынести решение. В крайне редких случаях в отношении работников милиции выносятся оправдательные приговоры. На коллегии показывали фильм о бывших сотрудниках милиции, которые отбывают наказание. Брали интервью у проходивших по делу о незаконных валютных операциях на Центральном рынке Гомеля. Среди осужденных два капитана милиции, Кувардин и Сивец, и другие милиционеры. Теперь уже бывшие, получившие длительные сроки — от 5 до 11 лет. Мы задавали им вопросы: почему? как такое могло произойти? К слову сказать, это преступление было раскрыто нашими областными управлениями — по организованной преступности и собственной безопасности.
А применяется ли такое дисциплинарное наказание, как понижение в звании?
— Для офицера, который себя уважает, понижение в специальном звании — настоящее испытание. Например, в Светлогорске сотрудник милиции осужден за превышение власти, за применение физической силы, что привело к смерти человека в вытрезвителе. А начальник милиции общественной безопасности Светлогорского ОВД был понижен в специальном звании за то, что это ЧП произошло в его подразделении. За побег заключенных из изолятора временного содержания в званиях понижены несколько руководителей Октябрьского РОВД, несмотря на то, что преступники были сразу задержаны.
Жалобы какого рода поступают к вам по “телефону доверия”?
— Тематика обращений достаточно обширна. Чаще всего обращаются за консультацией по бытовым вопросам и семейным конфликтам, выражают несогласие с привлечением их к административной ответственности, сообщают о злоупотреблениях сотрудников органов внутренних дел и о нарушениях общественного порядка. Из 50 обращений, поступивших в этом году, 16 носили анонимный характер. 33 касались неправомерных действий сотрудников милиции. “Лидируют” в этом плане Советский (8), Железнодорожный (5), Центральный (4) райотделы Гомеля и Жлобинский РОВД (4). В ходе проверок одна жалоба на неправомерные действия сотрудников милиции подтвердилась полностью, четыре — частично.
Острые вопросы задавала
Наталья ПРИГОДИЧ

А какие претензии к работе милиции есть у вас? Пишите по адресу: 246015 г. Гомель, ул. Лепешинского, 1, редакция “Гомельскай праўды”, отдел расследований или по e-mail: prigodich@gp.by