Долгая дорога домой

Беженцы... Тысячи вынужденных скитальцев появились “благодаря” кровопролитным, жестоким войнам середины прошлого столетия. Сейчас люди вынуждены бежать
от гражданских войн и политических переворотов, репрессий и дискриминаций, нищеты…

Бегут в поисках временного пристанища, где бы
их приняли, поняли, помогли. Чтобы переждать кризисное время
и вернуться домой. Да, обязательно вернуться, ведь бегут они не
от родины, а от обстоятельств,
от разрухи, горя, голода и смерти.

Чужой среди своих,
свой среди чужих
Начало девяностых. На линии фронта — Абхазия. Город Очамчири, что недалеко от Сухуми, один из самых разрушенных уголков. Горят дома, на улицах стреляют, гибнут люди. И это не страшный сон, а жестокая реальность. Кажется, будто ад спустился на некогда благодатную землю. Бомбили и с неба, и с моря. Оставаться в городе было опасно. Шел второй год грузино-абхазской войны.
Когда была взята столица Абхазии Сухуми, “абхазским грузинам” пришлось покинуть родину. Им дали коридор в сторону Грузии. Буквально за одну ночь около трехсот тысяч человек покинули свои дома. Некогда шумный Очамчири, где жили в основном грузины, опустел. Нугзар Берая с женой Кэто Гогохия, детьми и пятимесячной внучкой Дианой тогда тоже уехали из родного города. Как и остальные их родственники. (Осталась только сестра Нугзара, которая была замужем за абхазцем). Теперь они — беженцы, вот уже тринадцать лет живут на гомельской земле. Но еще и сегодня им больно и страшно вспоминать, как убегали из родного города, как в спешке покидали свой дом, захватив лишь самое необходимое.
— Когда узнала, что нужно срочно уезжать из Абхазии, растерялась. Что взять с собой? Что пригодится в неизведанной дороге? Открою шкаф, посмотрю и закрою. Не знаю, что выбрать. Снова открою… И плачу, — вспоминает Кэто. — Все мы были в шоке. Взять с собой решили хрустальные вазы и кольца. И не ошиблись. Потом “паціху” их продавали — еду покупали, бензин (ехали на своей машине). А дорога была тяжелой. Вы не представляете, сколько людей двигалось в одном направлении — целое море.
Как оказались в Беларуси? Пригласил к себе брат Нугзара, который в Гомеле живет уже более 40 лет. Он служил здесь в армии, потом женился и остался в нашем городе.
Приехали Берая в Гомель налегке — ни тапочек, ни сапог… А на улице — ноябрь. Гомельские родственники им очень помогли, поддержали. А потом стали и сами потихоньку обживаться. Устроились на работу, купили дом. Однако еще долго жили надеждой, что скоро вернутся домой. В первое лето Кэто даже зелень на огороде не посеяла. Так в ожидании прошел год, потом второй, третий… Сейчас уже вроде бы и привыкли к гомельской земле, к дому, в котором живут, к людям, с которыми общаются. Да и Беларусь считают своей второй родиной. Однако признаются, что до сих пор осталось это чемоданное настроение. Каждый раз думают, например, стоит ли покупать мебель — а вдруг завтра домой?
Жить вдали от родины первое время было очень тяжело. Другая страна, со своими традициями и жизненным укладом. Более того, нет ни прописки, ни регистрации. Были лишь паспорта, да и то старые, советские еще. Вот и проверяли их постоянно: где живут, чем занимаются. Кто-то относился с пониманием, а кто-то и с недоверием. Неуютно. Однако немало было и приятных моментов.
— Когда переехали в свой новый дом, нам соседи очень помогли. Один стул несет, другой — стол, а кто-то одежду… — вспоминая, Кэто улыбается. — Пожилые люди, пережившие Великую Отечественную, знали, какое горе несет людям война. Тетя Галя, тетя Надя — мы им очень благодарны.
Почти четыре года прожили Берая без статуса беженцев — не работали тогда еще соответствующие законы. А как радовались, когда его получили! Стали увереннее в себе и в своих правах.
— Миграционная служба нам очень тогда помогла, — вспоминает Гия, сын Нугзара. —Нас сразу же прописали. Сейчас имеем почти такие же права, как и белорусы. Медицинское обслуживание бесплатное, можем и кредиты брать. Немало помогает и Фонд поддержки вынужденных мигрантов и беженцев “Интеграция-А”, который возглавляет афганец Амири Дауд. Продукты дают, гуманитарку, подарки на Новый год, билеты в театр… Одним словом, не забывают нас.
Теперь у них есть вид на жительство. Возможно, примут и белорусское гражданство. Только сделать это ой как непросто. Надо ехать в Москву — в Беларуси нет грузинского посольства. А это очень большие расходы. Кроме того, придется отказаться от грузинского гражданства. Поэтому решили пока не спешить.
Как так получилось, что люди, долгие годы мирно жившие на благодатной земле Абхазии, стали воевать друг против друга? На чьей стороне правда? Кто прав, кто виноват? Где свои, где чужие? “Понять эту войну нормальному человеку тяжело. Политики воюют, а народ страдает, — считает Кэто, в семье которой, как и в истории страны, тесно переплелись грузинские и абхазские корни. — Грузины, абхазцы… Разве мы враги? Дружили между собой, женились, выходили замуж, рожали детей. Моя невестка Элисо — абхазка. Так что получается, теперь мы должны выгнать ее?

Первый тост —
за мир во всем мире
Много раз слышала, что в Грузии существует культ гостя. То, что это на самом деле так, почувствовала, только переступив порог дома Берая. От ощущения, что тебе здесь рады, стало приятно и светло на душе. Глава семейства Нугзар с женой, их сын Гия, невестка Элисо Зухба, внуки Диана и Давид — они сидели передо мной такие веселые, гостеприимные и открытые. 10-летний Давид рассказал, что занимается греко-римской борьбой. Есть уже и успехи — занял первое место на городских соревнованиях. А Диана в этом году оканчивает музыкальную школу по классу фортепиано. Девочка она разносторонне развитая, участвует в различных олимпиадах. Занималась и бальными танцами. Кстати, белорусский язык знает лучше, чем некоторые наши соотечественники — по “мове” у нее восьмерка. Учительница даже попросила грузинку Диану помочь однокласснику-белорусу по белорусскому.
Они стараются соблюдать свои традиции и обычаи. Насколько это возможно, находясь за тысячи километров от родины. Детей воспитывают в строгости и уважении к старшим. Дома разговаривают по-грузински. Только Диане и Давиду говорить на родном языке уже трудно. Да и к национальной кухне “новое поколение” относится с некоторым недоверием. “Внучок наш Давид — настоящий бульбаш, — шутит Нугзар. — Он ведь родился уже в Беларуси, да и картошку очень любит”. Вспоминают, что, когда приехали в Гомель и увидели, как много здесь растет каштанов, очень обрадовались. Они ведь такие вкусные, сладкие, как желтая картошка. В Грузии растут только высоко в горах, а тут возле самого дома! Каково же было разочарование, когда поняли, что это другие каштаны — горькие.
“Белорусы — добрые люди. Нас хорошо приняли и очень помогли. Мы бесконечно благодарны за это”, — не раз повторяли мои собеседники. Но как бы спокойно им у нас ни жилось, их сердца и души навсегда остались там — в Абхазии, в родном и красивом городе Очамчири. Жизнь вдали от родины, когда нет возможности туда вернуться, — всегда немного жизнь взаймы. Гия и Элисо разлуку переносят легче — в Гомель приехали, когда им было всего по 19. Они, конечно, скучают по Абхазии, но, с другой стороны, уже и здесь привыкли, появилось много знакомых и друзей. А вот Нугзар и Кэто живут одной надеждой — на возвращение. К сожалению, вернуться в Очамчири пока возможности нет. Чтобы следить за происходящими в Грузии событиями, смотреть фильмы и слушать музыку на родном языке, поставили спутниковую тарелку.
Кэто и ее сыну удалось навестить родные места. Элисо с детьми в Очамчири была уже три раза: “Она абхазка, и ей можно туда приезжать. Нам же путь пока закрыт”. Глава семейства так ни разу за тринадцать лет и не был на родине. Признается, что очень скучает по родственникам. Да и могилы родных там. “Представляете, даже на похоронах матери не был”, — горько вздыхает он.
Многие дома в Очамчири разрушены, а их стоит. Только все вынесли оттуда, даже обои сорвали. Оказывается, в Сочи целая улица была, где продавалось награбленное в Абхазии. “Трофейные” вещи, мебель… По белому свету разнесло очамчирских, как они сами себе называют, “неправильных” грузин. Но они продолжают общаться, приезжают друг к другу в гости, вместе отмечают праздники, вместе скорбят в горе. Их дружбе и взаимовыручке можно только позавидовать.
О грузинских застольях ходят легенды — много, вкусно и весело. И первый тост всегда за мир во всем мире. Даже если за столом сидят всего три человека. Так было испокон веков, так и сейчас. И я верю: спокойствие и мир обязательно вернутся на эту землю.

Грузия — любовь моя
Слушая их полные любви и восхищения рассказы о родине, убеждалась снова и снова: Грузия — удивительная страна. Есть в ней что-то загадочное, таинственное и неповторимое. Это страна с древнейшей историей и самобытной культурой, где встретились и переплелись Восток и Запад. И живут там сильные, красивые, доброжелательные и гостеприимные люди. Что для вас родина? — этот, казалось бы, простой вопрос на некоторое время ввел в замешательство семью Берая. Не знали, с чего начать, какие подобрать слова, ведь она для них — целый мир. Это страна ярких цветов и красивых песен, древних храмов и непокорных гор, глубокого голубого неба и потрясающей природы, страна солнца и сладкого винограда…
— Какое у нас море! Только теперь начинаю понимать, что оно для меня значит. Ужасно скучаю без него. А ведь когда жила в Абхазии, и купалась-то редко — все некогда было. Теперь оно часто приходит ко мне во сне, — рассказывает Кэто. “А какой у нас виноград рос! Вино из него получалось замечательное! В магазине никогда не покупали — пили только свое”. Кстати, Нугзар и в Гомеле выращивает виноград и делает вкусное домашнее вино. “Наша Абхазия — сказочное место, — включилась в разговор Элисо. — Растут разные экзотические фрукты, названий которых вы даже и не слышали. А горные речки какие чистые! И воздух целебный”. И в каждом слове — ностальгия.
— Да разве можно о Грузии рассказать словами? Ее надо увидеть и почувствовать, — заключил глава семейства. — Приезжайте к нам в гости и убедитесь сами.
— Вялікае гамарджоба, — ответила я на приглашение, ибо всегда хотела побывать в тех местах. Надеюсь, мечта моя сбудется, и я открою для себя эту страну во всем ее многообразии, а семья Берая встретит меня в Очамчири в своем гостеприимном доме.
Татьяна ЕРМАКОВА

Спрака "ГП"
В 1995 году в Беларуси было открыто представительство Управления Верховного комиссара ООН по беженцам и принят Закон “О беженцах”.
В 2001-м наша страна присоединилась к Конвенции 1951 года о статусе беженцев и соответствующему Протоколу 1967 года. По оценке Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев, на сегодняшний день система предоставления статуса беженца на территории Беларуси является лучшей в СНГ.

Рецепт от Кэто:
Сациви. Подготовленную тушку индейки (можно и курицы) немного поварить, чтобы бульончик был. Потом ее обжарить и порезать на кусочки. Пропустить через мясорубку грецкие орехи и развести их в бульоне, чтоб не сильно жидкий был. Добавить туда специи (основная приправа — хмели-сунели, уцхо-сунели), соль, перец. Опустить в соус куски обжаренной птицы. Есть в холодном виде.