Маленькие слабости сильного директора

Бытует мнение, что любой человек, имеющий высшее образование, может рабо-тать на руководящей должности. На наш взгляд, это глубочайшее заблуждение. Руководитель — это такой же талант, как художник, актер или композитор. Ведь нужно обладать особым даром, чтобы сплотить людей, позвать за собой, чтобы они тебе поверили и пошли, объединить их одной идеей, увлечь. Нужно выбрать главное направление, сконцентрировать на нем все усилия. Именно такой чело-век у нас в гостях.
Знакомьтесь: представитель реального сектора экономики, заслуженный работник промышленности Республики Беларусь, дважды лауреат премии Совета Министров — Олег Иванович СЕЙБЕЛЬ, который 18 лет возглав-ляет ОАО «Гомельстройматериалы».
Награжден орденом Сергия Радонежского, медалями и грамотой Совета Мини-стров, дипломом «Человек года: за трудолюбие
и мастерство».
Удостоен почетного звания «Лучший руководитель 2004 года»
и многих грамот Министерства архитектуры и строительства,
а также облисполкома и горисполкома.

ДЕТСТВО
— Что больше всего запомнилось из детства?
— Этот случай мне рассказала моя мама. Первый раз вместе с 10-летними ре-бятами я пошел на рыбалку, когда мне было четыре года. Причем мы отправи-лись на рыбалку с ночевкой. Мы жили в поселке на Крайнем Севере. С вечера родители спохватились, собрались люди и до утра нас искали. Не нашли. Мы слышали разговоры, они проходили где-то рядом, но мы прятались. Боялись на-казания. И вот в четыре года сообразить: я не домой пошел утром, а к соседям. Лег спать со своим 4-летним другом. Вернее, притворился спящим. Когда сосе-ди сказали матери, она тут же прибежала — рыданья! слезы! — но меня не на-казала.
— Когда вы были подростком, кому хотели подражать?
— Моим кумиром был тогда Александр Яковлевич Дитрих, начальник цеха на Но-рильском комбинате. Он был другом отца, они вместе сидели в лагерях. Как сейчас помню его: под два метра ростом, пальто с шалевым воротником — пря-мо как Шаляпин с картины Кустодиева. Красивый, интеллигентный человек. Он играл на аккордеоне, его жена Агнесса Романовна пела. Я дружил с их сыном Игорем. Мне очень хотелось быть похожим на Александра Яковлевича. Самое интересное, что спустя годы, когда мне было 27 лет, я стал начальником того же цеха, где он работал.
— А прозвище какое-нибудь было?
— Мама звала меня не Олег, а Алик. Не знаю почему, но меня соседская женщи-на называла Зябликом. Вторая кличка была в классе седьмом. Тогда в киноте-атрах показывали фильм «Великолепная семерка». У главного героя, которого играл Крис, были ковбойская шляпа, раструбы и два пистолета. Я купил себе фетровую шляпу, закрутил поля и ходил в этой шляпе. Мне дали кличку Крис. Ну, еще сыновья за глаза называли меня Батон.
— Какой самый неожиданный для себя поступок вы совершили в жизни?
— Когда мне было 13 лет, в Норильске открылся первый на Крайнем Севере крытый 25-метровый бассейн с шестью дорожками. Там было три вышки: одна 10- и две 5-метровые. Смотрел-смотрел я на десятиметровую вышку, потом взобрался на нее и неожиданно для себя сиганул вниз — с визгом, криком и страхом (высоты побаивался). Слава Богу, прыгнул солдатиком, не разбился, но от тренера и директора бассейна получил сполна!

ВОЗРАСТ
— Вы боитесь старости?
— Боюсь. Но не в смысле того, что она приводит к смерти, а потому, что не хо-чется оказаться беспомощным: умереть стоя на ногах — об этом можно только мечтать. Не хотелось бы обузой быть никому. Думаю, этого боятся все мужики. Хотя в душе я по-прежнему молод. В первую очередь потому, что работа помо-гает быть в тонусе.

ЛЮБИМОЕ
— Давайте поговорим о том, что вы любите. Что читаете?
— Люблю исторические романы, мемуары, книги о путешествиях, о личности в истории. В последнее время выходит много литературы о выдающихся людях, вот и сравниваю разные авторские версии, анализирую, делаю выводы. Недавно прочитал о Несторе Махно – он вовсе не был демоном. Яркий революционер, сидел в одной тюрьме с Троцким. Получил орден Красного Знамени под номе-ром два (первым награжден Блюхер)…
— А кто ваш любимый актер?
— Михаил Ульянов. Три фильма с его участием — “Председатель”, “Битва в пути” и “Они были первыми” — мои самые любимые киноленты. Герой Ульянова в них — мощный, сильный человек.
— Передачи на телевидении?
— “В мире животных”, “Клуб путешественников”, “Что? Где? Когда?” До недавних пор КВН — сейчас, к сожалению, он уже не тот. Люблю аналитические програм-мы, но их очень мало.
— Какую музыку слушаете?
— Песни Валерия Ободзинского. Помню август 1967 года, Краснодар, стадион “Кубань”. Во втором отделении выступал Магомаев, в первом — Ободзинский. Зрители несли автомобиль со своим любимцем на руках.
— Ваше любимое занятие?
— Рыбалка. Баня. Чтение.
— Любимый город?
— Норильск.
— Вид спорта?
— Борьба. Занимался ею 12 лет.
— День недели?
— Четверг. Это тоже связано с детством. По четвергам после тренировок мы хо-дили в баню. Вернее, не ходили, а ездили в старый город. Баня была настоя-щая, с печкой, дровами. Наш тренер Виктор Васильевич Объедков всегда гово-рил: «Чистый четверг — это закон». С тех пор четверг для меня чистый и светлый день.
— А еда?
— Макароны с тушенкой. Ничего вкуснее в детстве не было. Макароны были длинные, их нужно было разломать, прежде чем отваривать. Затем мама броса-ла их на сковородку, добавляла тушенку и поджаривала до корочки.
— Любимый праздник?
— Новый год. Хотя вообще праздники не люблю. Дело в том, что наше произ-водство с непрерывным циклом работы. Когда он нарушается, приходится нести большие издержки. Да и люди расхолаживаются, потом трудно входить в рабо-чий ритм.

ХАРАКТЕР
— У вас есть комплексы?
— Комплексы были, есть и, наверное, будут. Считаю, что я недостаточно состоя-телен. Недостаточно умен. Чего-то не достиг. Это мешает в жизни. Например, не люблю ходить по высоким кабинетам, все вопросы стараюсь решать сам.
— Помните момент, когда почувствовали себя сильным человеком?
— У меня был очень тяжелый период в жизни, связанный с разводом после 20-летнего брака с моей первой женой. Было трудно, но я нашел в себе силы не сломаться. Потом сказал себе: если из этих обстоятельств вышел нормально, то и все остальное выдержу. А еще надо быть сильным, потому что на твоих плечах завод, тысячи людских судеб. Помните начало 90-х, когда строительство факти-чески было на нуле, отрасль стояла? Нашему предприятию нужно было удер-жаться на плаву. Надо было найти в себе силы, чтобы не сдаться обстоя-тельствам. И даже в те сложные годы коллектив не развалился, не было задер-жек с выплатой зарплаты, мы вовремя платили налоги, рассчитывались за элек-троэнергию, газ. Все это закалило характер.
— У вас много друзей?
— В основном мои друзья — это люди, с которыми вырос. Они остались в Но-рильске. Сейчас рядом со мной в основном коллеги, сослуживцы. Думаю, что руководитель остается один в силу специфики работы. Это своеобразная само-защита. Ведь многие предлагают дружбу, чтобы иметь какую-то выгоду, полу-чить преференции и т. д.
— Деньги в долг даете?
— Даю без вопросов, если ко мне обращаются. Причем зачастую людям, кото-рые, я знаю, денег никогда не вернут. Случалось, что и сам брал в долг, но во-обще стараюсь к этому не прибегать.

ЗАВОД
— Два года на вашем предприятии действует контрактная система. Некоторые утверждают, что это удобный для руководителя способ избавиться от неугодных работников…
— Поверьте, ни один здравомыслящий руководитель никогда не избавится от нормального работника. Если человек профессионально трудится, если он ну-жен на производстве — он будет работать, несмотря на то, что у него могут быть споры, разногласия с начальством. Но договор дает руководителю возможность без особой сложности решать вопросы с людьми некомпетентными, которые го-дами могут занимать место, не принося производству никакой пользы. Кон-трактная система позволяет подбирать команду профессионалов, а значит, ра-ботать на успех.
— Кто заказчики вашей минплиты, которой утепляют дома?
— Белорусские строители, которые и промышленное строительство ведут, и гражданское. Ну и частный сектор уже обращается, потому что сегодня самая большая экономия на чем может быть? Правильно, на энергоносителях.
Думаем и об экспорте своей продукции. Мы уже получили российский сертифи-кат, завезены образцы на Украину.
— Даже у самого успешного предприятия наверняка есть свое слабое звено. ..
— У нас это — сезонность. С ноября по февраль продукцию нашу почти не берут. В три раза падают ее выпуск и продажа. И тут очень важно распределить свои материальные и финансовые ресурсы так, чтобы в эти четыре месяца не снизи-лась зарплата, чтоб люди были загружены работой, и самое главное — подгото-виться к марту, чтобы опять резко выйти на максимальные объемы производ-ства.
— На вашем предприятии был Президент, вы помните, какие слова он вам ска-зал?
— Это был 2001 год. Александр Григорьевич беседовал с коллективом и, уез-жая, сказал: «Я тоже работал на железобетонном заводе. Наш завод новым был по сравнению с вашим, он только запустился, но наш завод был хуже, чем ваш. Поэтому вы — молодцы, что так относитесь к своему заводу и любите его». Вот эти слова я больше всего запомнил.

РУКОВОДИТЕЛЬ
– Какой вы, на ваш взгляд, руководитель – авторитарный или демократичный?
— Демократичный. Со мной можно спорить, ругаться, но только по производ-ственным, а не по личным вопросам. Я могу изменить свое мнение, могу изви-ниться, если был не прав, простить, если человек был не прав и незаслуженно меня обидел.
— Приятно, конечно, быть директором успешного предприятия. Каверзный во-прос: вы когда-нибудь руководили убыточным предприятием?
— Знаете, Бог миловал. Я не был директором убыточного предприятия, но когда принимал это предприятие еще при социализме, оно было отстающим по во-просам культуры производства, охраны труда и техники безопасности и так да-лее. Пришлось приложить много усилий, развернуть коллектив на понимание этих вопросов, в итоге — предприятие стало одним из лучших не только в Го-мельской области, но и во всей нашей отрасли. Даже люди, которые приезжают из России, Украины, говорят: у нас родственных предприятий на таком уровне нет.
— Вы довольны своим коллективом?
— Да. У нас простые, трудолюбивые люди, атмосфера доброжелательности. Ра-ботает много династий. Есть клуб, спортивный зал, библиотека.
— У вас есть недоброжелатели?
— Я работаю более 30 лет руководителем. Кого-то, может, незаслуженно оби-дел, а кого-то и заслуженно, одни люди это правильно воспринимают, самокри-тично, а другие зачисляют тебя на какой-то особый счет. Это первая категория. А вторая — это люди завистливые, которые думают: если он — директор, много лет работает, ему хорошо, у него так судьба сложилась. Он на легковой машине ездит, у него кабинет, секретарь и т. д. Но они не знают, что за этим стоят бес-сонные ночи, что любое решение, которое принимается, особенно кардиналь-ное, принимает один человек, который потом несет персональную ответствен-ность и перед коллективом, и перед обществом, и перед вышестоящими орга-низациями. А это дается очень сложно, особенно в сегодняшнее время. Эти лю-ди видят только фасад и не видят, и не знают, и не чувствуют, что за этим фаса-дом. Чтоб были злостные враги, с которыми бы я враждовал на какой-то почве, — от такого Бог меня миловал.

ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
— Спите хорошо?
— По-разному. Иногда вообще ночь не спишь, потому что мысли разные обуре-вают. Ту же реконструкцию принять — это такой шаг, с кредитами нужно было все продумать: а как пойдет эта продукция, а как эта линия будет работать, а как наши люди — готовы к этому или нет? Абсолютно другая технология, все на электронике. И потом: а если промахнусь? А если, вложив такие деньги, отдачи не получу, а если кредиты не заплатишь вовремя, если людей без зарплаты оставишь, — кто за это будет отвечать? Ты. Тут сильно не уснешь. Поэтому по-ворочаться приходится. Но бывает чисто физическая усталость — до подушки только дотронулся и сразу спишь.
— Вы с кем-нибудь советуетесь, если вам предстоит принятие очень ответ-ственного решения?
— Не знаю, плюс это мой или минус, но когда нужно принять очень ответствен-ное, жизненно важное решение, ни с кем не советуюсь. Не жизненно опреде-ляющее — я могу советоваться и со специалистами, и с руководителями цехов и т. д. Руководитель, который себя уважает, когда приходит рубеж отвечать, ни-когда никого не подставляет. Он говорит: я принял решение, я за него отвечаю, я ошибся, значит, я виноват. Я и буду отвечать. Но если принял решение, то уже от него не отступаю.
— Какой человек вам неинтересен?
— Не люблю тупых людей. Пусть человек будет красив, шикарно одет, но если с ним не о чем говорить — мне он неинтересен. Не люблю людей заносчивых и хвастунов. Люблю содержательных людей. Когда с ними общаешься, сам стано-вишься богаче.

ПРЕДСКАЗАНИЕ
— Вы верите в судьбу?
— Верю. Отец рассказывал мне такую историю. В 30-х годах один человек гадал ему по руке. Предсказал, что он проживет 80 лет. Рассказал, что брат его по-гибнет, но может избежать смерти, если будет осторожен. С тех пор брат отца (он работал начальником участка на шахте) избегал всяких непредвиденных си-туаций. Но как-то в воскресенье он все-таки ушел на шахту. Случился обвал, и он погиб. Было это именно в тот год, который ему нагадали. Отцу предсказали точное число детей, два брака. Тот человек тогда сказал ему: что бы ни случи-лось, верь в свою судьбу, и ты проживешь 80 лет. И представьте себе, именно так и случилось.
А вообще у меня хорошо развита интуиция, я всегда прислушиваюсь к своему внутреннему голосу. И он мне часто подсказывает: тебе сейчас тяжело, но все будет хорошо, все уладится. А еще верю в своего ангела-хранителя.
— Это значит, судьба вас бережет?
— Возможно. Расскажу один случай. После окончания ПТУ я работал помощни-ком машиниста экскаватора на руднике Медвежий Ручей. Перегоняли технику с одного горного уступа на другой. И вдруг экскаватор пошел юзом, а я в это время пытался отвести от него электрокабель. Машина на кабель наехала, меня здорово шибануло током. К счастью, отбросило к стене уступа, а не вниз, где обрыв был метров 18. Отделался испугом, хотя через меня прошел ток высокого напряжения.

ЧУВСТВА
— Вам не кажется, что мужчины чувствуют более глубоко, чем женщины?
— А этому уже есть научное подтверждение. В течение 30 лет англичане иссле-довали чувства мужчин и женщин и пришли к выводу, что мужчины в этом плане значительно тоньше. Поэтому у них и иммунитет против жизненных передряг не такой сильный. Кстати, доказано, что мужчины нуждаются в любви больше, чем женщины. К тому же мужской организм меньше защищен от болезней, поэтому мужчин погибает больше.
— Что вам больше всего нравится в женщине?
— Доброта и душевность. Такая женщина может понять мужчину, когда у него тяжело на душе. Она должна улавливать его внутреннее состояние. И не всегда нужны слова — порой жест, взгляд гораздо красноречивее.
— Вас можно вывести из себя на рабочем месте?
— Бывает и такое. Не отрицаю. Больше всего не терплю непрофессионализма, безалаберности и равнодушия. Если человек мог сделать нормально, но не сде-лал — вот это меня выводит.
— Потом долго отходите?
— Быстро. Я человек отходчивый. Считаю, что для руководителя одно из самых главных качеств — это отсутствие злопамятства. Если даже делаю сильнейший разнос, минут через 15 — 20 со мной уже можно спокойно разговаривать.
— Вы и в семье такой же?
— Да. Могу разойтись сильно. Это мой недостаток.
— Откуда такой темперамент: ведь в вас течет не грузинская, а немецкая кровь?
— Точно. По национальности я немец. Мои потомки-горняки были завезены еще Екатериной II. Отец был родом из Донбасса, он — потомственный шахтер. Он был репрессирован перед войной, как и многие немцы, — по национальному признаку. Отца вместе с братьями отправили из Донецкой области на Крайний Север. Дали им по пять лет. Когда началась война, они писали обращения с просьбой отправить их на фронт. Но им дали еще по пять лет. А после войны всех освободили. А темперамент — от матери. Она воспитывалась в детдоме, по характеру вспыльчивая, но отходчивая. Не помню, чтобы отец наказывал меня в детстве, а мать колошматила вовсю. Мама прожила 80 лет, умерла в прошлом году 6 марта, хоронили ее
8 марта. Из близких родственников у меня осталась одна сестра, она живет в Камышине Волгоградской области.
— Как снимаете стресс?
— На работе — встаю из-за стола и иду по цехам смотреть производство. Терри-тория у нас большая. Вижу, как идет продукция, разговариваю с людьми — и от-хожу, восстанавливаюсь. Дома — стараюсь уйти в такие моменты на улицу или уехать на дачу.

СЕМЬЯ
— Вы влюбчивый человек?
—Я человек преданный по натуре и однолюб. Завидую актерам, которые «ту лю-бил, эту любил». Мне с человеком и сойтись очень сложно, и расстаться тяжело.
— Что для вас хорошая семья?
— Это когда дети понимают своих родителей. А родители понимают детей. Что-бы было взаимное уважение, а не поучение «делай, как я». Хотелось бы, чтобы мои дети относились ко мне точно так же, как я относился к своим родителям.
— Какие у вас требования к спутнице жизни?
— Это очень важный и сложный вопрос. По-моему, главное, чтобы, когда чело-века покидает здоровье, тот, кто рядом с ним в эту трудную минуту, подставил бы плечо и помог достойно закончить свою жизнь. Такой человек сейчас со мной рядом, это моя любимая жена, с которой мы уже много лет вместе.
— Вы готовы идти на уступки в семье?
— Всегда готов. И часто так делаю. Иногда себя ругаю за это, думаю, что мог бы жестче поступить. Но, тем не менее, я склонен к компромиссам и дома, и на ра-боте.

ОБЩЕСТВО
— Как вы думаете, почему у нас в обществе плохо с моралью?
— То, что мы с религией когда-то резко порвали, — это все-таки неправильно Это одна из наиболее серьезных ошибок коммунистов. В Библии написано: ро-дившись, думай о смерти. Если бы люди это усвоили, тогда жили бы по-другому, смотрели бы вокруг: а не обижен ли тот, кто рядом? У меня есть кусок хлеба, давай я его пополам разделю с ним. Те же антиглобалисты против чего про-тестуют? Что одни — супербогатые, а другие — нищие. Почему Европа нормаль-но живет? У них нет такого большого разрыва между богатыми и бедными, а по-смотрите, что в Индии и Африке творится!
— Что вы вкладываете в понятие «красивая жизнь»?
— Жизнь может быть красивой внешне: красивый дом, красивая мебель, краси-вая жена, можно ездить на красивой машине, общаться в красивых ресторанах. А можно жить по-другому: обычно одеваться, иметь скромную квартиру, недоро-гую машину, но жизнь эта будет красивой, если жить для людей. Для меня важ-нее, чтобы человек был богатым внутренне. И больше всего я ценю в людях доброту, когда человек последнее может отдать. К сожалению, сейчас таких лю-дей все меньше и меньше.
— Как вы относитесь к современной молодежи?
— Положительно. Молодежь сегодня идет в науку, в технические вузы, на произ-водство. А еще в начале
90-х у меня были сомнения на этот счет: помните, тогда все валом повалили на рынки? Сейчас ситуация в корне изменилась. На производство приходят моло-дые люди, которые хотят чего-то достичь. У нас в коллективе из 1100 рабо-тающих 400 человек — в возрасте до 35 лет.

— Что отвечаете на вопрос «Как жизнь»?
— Использую затертое слово «нормально». Сейчас, как никогда, любой человек может раскрыться, если он занимается собой, если он не нытик, если упорно идет к цели. Наверное, современной молодежи сложнее, чем нам было когда-то,
но возможностей у нее гораздо больше: кто хочет и кто стремится к чему-то — он этого достигнет.

– Как вы относитесь к Союзу Беларуси и России?
– Искренне хочу этого объединения. Настоящего, добротного, с общей экономи-кой. Нам без России крайне сложно. Особенно это касается энергоносителей. Если Беларусь будет покупать электроэнергию, нефть и газ по мировым ценам, это будет серьезным испытанием для нашей экономики. Да ведь мы и историче-ски, и чисто человечески сильно завязаны
с Россией. Так что я за союз, но союз равноправный, без потери суверенитета.
Подготовили Нина ЗЛЫДЕНКО и Наталья ПРИГОДИЧ