Что может быть важнее, чем сама жизнь?

Глядя на эту красивую, ухоженную женщину, складывается впечатление, будто она — баловень судьбы. О таких обычно говорят: “Горя не видела”. На самом деле Ирина испытала такое, что любые неприятности по сравнению с этим просто меркнут.
Жизнь, словно проверяя ее на прочность, наносила жестокие удары, один — за другим. И, тем не менее, она совершенно искренне удивилась, узнав, что произошедшее с ней может представлять для кого-то интерес:
— Я же не совершила ничего героического! Есть более достойные внимания люди…
Конечно, кому охота выносить свою личную жизнь на всеобщее обозрение, но Ирина не испугалась. И знаете почему? В надежде, что ее история может стать для кого-то той самой спасительной соломинкой.
Первый брак Ирины, скоропалительный и необдуманный, прошелся по ее жизни пунктиром. Познакомились, неделю повстречались, расписались. А спустя несколько месяцев разбежались. Но Ирина ни о чем не жалеет: от этого непрочного союза у нее осталась любимая дочь Анюта. Потом Ирина встретила другого мужчину — Николая. После первой неудачной попытки она уже не спешила оформить отношения в загсе, жили в гражданском браке. Оба работали, к девочке Николай относился хорошо.
Через несколько лет совместной жизни в семье появился достаток: Николай уехал на заработки в Россию. Вскоре они купили в Гомеле участок и начали строить двухэтажный коттедж, большой гараж, баню. Делали это с душой, с любовью. Ирине нравилась планировка дома, она думала о том, какого цвета будет ванная, где лучше разместить детскую комнату. Посадила цветочки, сад хороший. Строители уже приступили к внутренней отделке дома, поставили окна, поштукатурили стены, на втором этаже положили паркет. Практически всем этим руководила Ирина, муж был в постоянных отъездах.
Так случилось, что Ирина забеременела. И хотя беременность была незапланированной, Ирина ей искренне обрадовалась. Она ждала ребенка и того момента, когда семья въедет в новый дом.
Но сценарий, который написала жизнь, изменил дальнейший ход событий.
* * *
С некоторых пор Ирина стала замечать странности в поведении мужа. Он все реже и реже приезжал домой, не привозил заработанных денег. Появилось и не отпускало уже дурное предчувствие. Она часто звонила мужу в Россию, плакала. Однажды он проговорился, что зашел в казино проверить какие-то талончики и что утром его покормили и даже привезли домой на такси. А накануне Ирина смотрела телевизионный сюжет, где показывали, что клиентов казино, проигравших крупные суммы, привозят домой на такси. Тревога прочно поселилась в ее душе. Ирина стала расспрашивать друзей-знакомых, что происходит. Но даже те, кто был в курсе, делали вид, что им ничего неизвестно. Позже, ее подозрения подтвердились: он проиграл в казино очень крупную сумму.
Когда было уже шесть месяцев беременности, врач обнаружил у Ирины опухоль. Ее направили к маммологу Ирине Казимировне Кривенчук. Такие моменты жизни вспоминать неприятно, но Ирина с благодарностью говорит о ней как о специалисте и человеке.
Когда Ирине делали срез кожи на груди, она попросила Ирину Казимировну:
— Вы мне только скажите правду, чтоб я знала, потому что я не одна сейчас.
— Если все будет хорошо, то пришлю медсестру. Она расскажет, какие лекарства принимать. А если по экспресс-анализу возникнет какое-то подозрение, скажу, чтобы вы задержались, — услышала в ответ.
Ирине казалось, что время тянулось бесконечно долго. Она помнит до мельчайших подробностей все, что с ней тогда происходило. Наконец вышла медсестра и сказала: “Врач попросила вас задержаться”.
— Это было тяжело и страшно, у меня сразу хлынули слезы. Такое чувство, будто стоишь перед пропастью, — вспоминает Ирина. — Какой-то вакуум, не знаешь, куда себя деть. Я помню даже, как двери скрипели. Очень тяжело, очень страшно! Тем более когда знаешь, что носишь в себе ребенка и отвечаешь за его жизнь.
Удивительно, но у Ирины в тот момент не возникло даже малюсенького сомнения, стоит ли донашивать дитя. Она была уверена, что обязана родить его здоровым, нормальным, крепким, сколько бы ей ни было отмерено в жизни.
— Я это четко осознавала, — делится она самым сокровенным, — хотя мне все говорили: “Какой ребенок?! Надо себя спасать!”
Это было 20 мая. Ирина вышла из больницы. Лил дождь, она шла как в тумане, ничего не замечая. Какая-то машина резко затормозила, водитель заорал на нее:
— Эй, тебе что, жить надоело?!
— Как это мне надоело жить?! — словно очнувшись, встрепенулась Ирина. И пошла дальше, не раскрывая зонта.
— Я настолько рада была всему! Так прочувствовала и теплый майский дождь, и ту листву, и те деревья, и ту улицу! Шла и понимала, что я живу, а что может быть важнее, чем сама жизнь? Коттеджи, наряды, машины — все это такая дребедень, такая все это чушь! Пустая мишура против главного смысла — жить.
Очень тяжело было сообщить страшную новость родителям, дочке. В тот же день, узнав обо всем, приехал муж.
Ирине предстоял сильнейший курс химиотерапии. Знакомый отвез данные ее анализов в Австрию.
— В больнице собрался консилиум, с одной стороны сидят врачи, с другой — родственники и друзья. А напротив всех сижу я. Одна на скамейке. Смотрю на них и думаю: “Вам — жить. А для меня уже все предрешено”. Чувствовала только одно — обреченность.
Муж вскоре уехал в Россию. Он был настолько озабочен своей ситуацией, что ему в тот момент было ни до чего. Ирина осталась один на один со своей бедой.
* * *
По-разному могла сложиться судьба этой женщины, не сделай она тогда правильный выбор. Ирина отказалась от химиотерапии, боясь навредить этим ребенку. В нее вселила окончательную надежду Тамара Владимировна Анискевич, заведующая гинекологическим отделением областной больницы. Ирина не ходила ни на какие процедуры, доносила и родила мальчика.
Рождение сына было для нее огромнейшей радостью. На этом был сосредоточен весь смысл ее жизни. Она до сих пор корит себя за то, что ей не удалось поцеловать своего Виталика в первые минуты знакомства: она лежала под двумя капельницами и не могла дотянуться до крохи.
Через какое-то время пришел ответ из Австрии: заболевание есть, но онкологии в том материале, который был выслан, не обнаружено. Хотя признаки по всем девяти пунктам, которые были вывешены на стенде в онкодиспансере, по-прежнему совпадали с симптомами заболевания Ирины.
* * *
Когда Ирина выписалась из роддома, долги мужа, которые росли с каждым днем из-за процентов невозврата, были уже астрономическими. Тянуть было слишком опасно, сумма нарастала как снежный ком. Ничего не оставалось, как продавать коттедж. Ирина подошла к нему, постояла, почувствовала вдруг, что дом (как если бы это был живой организм) ее отпускает.
— Меня успокаивает то, что я продала его в хорошие руки. Конечно, когда прохожу мимо, какие-то чувства возникают, но они не имеют ничего общего с жалостью.
Есть у этого человека очень ценное природное качество — не пилить опилки (не оглядываться назад, не травить себе душу тем, чего уже не вернуть). Надо уметь в жизни отдавать и прощаться с тем, что тебе не принадлежит. И уметь прощать, считает Ирина.
Кстати, она до сих пор поддерживает отношения с новыми хозяевами дома.
Ирина знала, что после продажи коттеджа развалится и семья. Муж уверял, что купит квартиру, то да се… Она очень хотела во все это верить, но в подсознании прочно засело: ничего уже не будет. Так и получилось. Муж забрал все деньги за проданный коттедж и укатил в Россию.
Интересная все-таки она женщина, эта Ирина Корбут! После всего, что с ней произошло, она осталась еще и благодарна всем и каждому. Готова спорить, доказывая, что нет плохих людей. Есть плохие поступки, убеждена она, люди совершают их только из-за душевной слабости. Ирина искренне жалеет слабых людей и никогда не держит на них зла.
* * *
Однажды, когда она качала маленького сынишку, ее охватило такое отчаяние! Хоть она по сути своей большая оптимистка и юмор для нее — средство от хандры и уныния, вдруг подумалось: “А что дальше? Как жить?” Ответа на этот вопрос у нее не было. Закончился энтузиазм, на котором она держалась все последнее время. Ирина долго и безутешно рыдала, а потом уснула, совершенно обессилевшая. Ночью ей приснился сон: серебряный дождь, свечение, и вдруг появляется Он (Ирина уверена, что это был Бог) и спрашивает: “Чего ты плачешь?” “У меня ничего не осталось. Дом, машина, дача, квартира, — все ушло”. Он улыбнулся: “Я же тебе дал вот это”, — и протягивает книжечку. Ирина раскрыла ее, а там — земля и росточки.
— Я поняла сразу, что это — моя жизнь и мои дети. Он сказал мне: “Будешь заниматься благим делом”, и я проснулась. Такого необъяснимого счастья я еще никогда не испытывала в своей жизни!
Буквально через пару дней после этого ей позвонил сокурсник и предложил возглавить работы по восстановлению Николаевской церкви в Волотове. Ирина уверена, что это не случайное совпадение.
В номере “ГП” за 27 октября мы сообщали о том, что Ирина Корбут отмечена высокой наградой Русской Православной церкви — Орденом Святой равноапостольной княгини Ольги и грамотой, подписанной Патриархом Московским и всея Руси Алексием II.
Сейчас ее сыну Виталику 4 года. Ирина ни за что не променяла бы эту жизнь на ту, в которой был обеспеченный муж, коттедж и … ее нереализованность. И все же, несмотря на две неудачные попытки в личной жизни, она уверена, что женщину делает счастливой только любовь. Никакие деньги, никакие дорогие подарки — только любовь способна приподнять над суетой, воодушевить.
Если бы ей снова пришлось положить на чашу весов свою жизнь “до” и “после”, она бы, не сомневаясь, выбрала теперешнюю:
— Конечно, любая женщина мечтает о муже-единомышленнике. Но несмотря на отсутствие такового, я все равно счастлива: у меня есть любимая работа, меня окружают хорошие люди, рядом мои детки, живы мои родители. Я счастлива потому, что могу дышать свободно. Не зажимаясь, никому не угождая, не прячась. Могу улыбаться и помогать людям.
Я не обижена на судьбу за уроки, которые она мне преподнесла. Напротив, трудности закалили меня, сделав совершенно другим человеком, — я стала сильной и самостоятельной.
К сожалению, среди моих знакомых слишком мало семейных пар, за которые можно было бы порадоваться. Есть женщины, которые все имеют в материальном плане, но у них нет главного — душевного спокойствия и личного счастья. Им приходится приспосабливаться ко всему в своих золотых клетках...
Оказывается, как мало нужно для счастья и как много, чтобы это понять.
Наталья ПРИГОДИЧ
Фото Олега БЕЛОУСОВА