7 острых вопросов о ПРАВОСЛАВИИ

Архиепископу Гомельскому и Жлобинскому Аристарху

1. — Не так давно на первой полосе одной из достаточно тиражных газет я увидела броский анонс: «Непорочное зачатие возможно. Это доказали ученые». Листаю дальше — и что же? — журналист рассуждает о проведенных в США экспериментах над самками обезьян и готовящимися опытами над женщинами. Причем все это сопровождается подзаголовком «История болезни» Девы Марии». Как Вы относитесь к тому, что рождение Иисуса Христа многие пытаются сегодня обосновать с научной точки зрения?
— Совершенно отрицательно! Столь величайшее событие, не объяснимое нашим умом, пытаются принизить до пошлого сознания, а потом, может, даже и посмеяться. В этом есть какой-то сатанинский дух, который хочет опорочить самое святое, самое чистое, то, что вызывает у христианина благоговение, о чем он не смеет даже плохо подумать. Мы, как верующие люди, замолчим перед всем этим, отвернемся и будем жить духовной жизнью: с верой, молитвой и добрыми делами.
— Православная общественность России, Украины, Молдовы и Беларуси не приветствует глобализацию, связывая ее с Апокалипсисом. Вопрос наболел настолько, что в Москве даже состоялась международная конференция по этому поводу. Некоторые верующие опасаются, что «личный номер» в гражданском паспорте заменит имя христианина и что данные о человеке якобы попадают в компьютер с названием «Зверь» и номером с тремя шестерками. Лично Вам приходилось сталкиваться с подобной проблемой?
2.— И раньше приходилось, и сейчас сталкиваемся. Есть такое предположение, что когда придет Антихрист, вопрос будет поставлен прямо: «То ли ты со мной, то ли со Христом?» Тогда будет явное испытание, и человек должен будет сделать свой выбор. Может, все эти ИНН, коды и все такое — подготовка к встрече с человеком, который против Христа. Но зачем загадывать на завтра, когда нам надо сегодня день прожить благочестиво, чисто, свято? Пока что верующим людям опасаться нечего: храмы открыты, есть возможность прийти на исповедь, на молитву, на святое причастие. Даже если я принимаю этот индивидуальный номер или штрих-код, могу пойти и покаяться, коль меня в чем-то совесть обличает. Разве паспорт мешает в церковь ходить? Лично мне он не мешает ни молиться, ни посещать храм, ни проповедовать слово Божье. А некоторые на этом играют, используя слабенькую неутвержденную веру: не ходите в церковь, там, мол, священники, которые за ИНН, — то есть сеют раскол между верующими людьми…
3.— Сейчас развелось много черных магов, колдунов и им подобных. В одном из российских городов не так давно церковь предала анафеме женщину, которая выпускала газету с названием «Колдовство». За что вообще можно впасть в немилость к духовенству, и известны ли Вам случаи отлучения от церкви в наши дни?
— Редчайший случай. После предания анафеме человеку запрещено находиться в церкви, а хоронят таких за оградой кладбища. Анафема провозглашается тогда, когда человек практически уже сам себя предал ей. Просто это уже как подтверждение, как выводы из всей его жизни. У нас нет такой задачи — наказать оступившегося, преследовать его, унизить. Напротив, нужно помочь человеку спасти его душу от вечной погибели. Бог так устроил, что все мы сегодня испытываемся свободой (хочешь — иди в церковь, хочешь — за церковь), вот и всплыла откуда-то нечистая сила. Главное, что все эти колдуны и маги вредят духовному и физическому здоровью малоцерковных людей, которые мучаются душевно, и, простите, даже до самоубийств дело доходит порой. А о том, что надо пойти в церковь, забывают или какая-то сила их туда не пускает. Надо идти в храм, очищать себя от этой скверны. На моей памяти не было случаев отлучения от церкви. Хотя, может быть, в целях каких-то воспитательных и надо бы (да с оглаской!), чтобы все слышали: известную колдунью отлучили от церкви. Не то, чтобы наказать ее, а чтобы других уберечь от соприкосновения, потому что медиумы — проводники нечистой силы от дьявола к человеку. Душа такой колдуньи находится в сильнейшем закабалении, ей трудно вырваться из страшных объятий. А анафема, может, и встряхнула бы. Очень жалко этих людей. Может, пришла бы, покаялась….
4.— Известно, что богослужения проходят на церковнославянском языке. Используется ли белорусский язык в богослужебной практике, существует ли вообще такая проблема — «Беларуская мова і царква»?
— В Минске в некоторых соборах пытаются читать проповеди на беларускай мове. Но я считаю, пока нет такой необходимости. Если она возникнет — за церковью дело не станет. Многие священники хорошо знают белорусский язык, он изучается в духовной семинарии. Есть великолепные учения, например, Кириллы Туровского и Евфросиньи Полоцкой на белорусском языке. Может быть, и нужно в какой-то степени, чтобы он звучал в церкви, но делать это надо очень осторожно. Потому что простые, казалось бы, малограмотные бабушки, может быть, не понимают умом, но душой всегда чувствуют фальшь, поэтому очень опасно экспериментировать. Церковный язык — это язык молитвенный, освященный столетиями и вдруг взять его — раз! — и на задворки... Если мы будем переводить устоявшиеся тексты с церковнославянского на белорусский, то, простите, едва ли нас поймет верующий народ. Они посчитают нас какими-то модернистами, что-то мы чудим, что-то выдумываем от себя…
5.— На сегодняшний день в нашей области, по данным совета по делам религий и национальностей, официально существует 326 приходов различных конфессий. Причем каждый из них по-своему трактует ключевые моменты Библии, подгоняя под них свои чувства и переживания. На мой взгляд, американские проповедники, вещающие с экранов телевизоров, несут вообще какую-то отсебятину. Как вы думаете, чем новомодные общины привлекают молодежь?
— Я тоже как-то пытался слушать американского проповедника, которого показывают по одному из местных телеканалов, старался вникнуть в его толкование Апостола Павла, ну ничего не понимаю — что к чему. Вообще идет какая-то кампания, чтобы скомпрометировать православие или, может быть, потихонечку его вообще аннулировать. Поэтому используется все: и эти проповедники, и даже толкование Священного писания — абы какое, чтобы отбить интерес у человека к этой святой книге. Посмотрите, какой цинизм. Ведь вся Европа — христианская, в Германии признают Священное писание, и, вместе с тем вопреки ему, насмехаясь над ним, они законом провели однополые браки. Это противоречит не только Священному писанию, но и здравому человеческому рассудку.
Новомодные общины привлекают к себе молодежь легкостью: хочешь — пей, хочешь — гуляй, только к нам приходи. А каноны православия тем и ценны, что не меняются веками. Многие говорят, если бы для молодежи было что-то поинтереснее, они бы ходили в церковь… Все идет из семьи: если родители серьезно относятся к воспитанию ребенка, то они научат его чему-то серьезному, а не этим побрякушкам с гитарами и плясками, которыми зазывают на так называемые богослужения. А православие — это очень маленький, но какой-то подвиг, это работа над собой. Истинная вера должна поднять человека на маленькую высоту, чтобы он приблизился хоть чуть-чуть к святости, чистоте. Не унизить веру до наших низменных интересов, а наши низменные интересы поднять, чтобы, поднимая, очистить человека. Вот почему многие не принимают православия: «А мне тяжко. Что мне ваша молитва, ваши святые отцы, когда я пришел, телевизор включил, вот, пожалуйста, раскрывай рот, и готовая информация поступает — жевать не надо». А ведь телевизор притупляет умственные способности. Когда читаешь книгу, мысль работает. Православие заставляет думать.
6.— Сегодня в республике зарегистрированы 25 религиозных конфессий, а в нашей области — 16. Как православная церковь относится к другим конфессиям? Как быть, например, паре, которая хочет венчаться в соборе Петра и Павла, при том, что один из супругов — православный, а другой — католик?
— Редко, но такие случаи бывают. До революции рекомендовали так: если вы православная, то с мужем-католиком можете венчаться в православном храме, а если он пожелал — идите с ним в костел и там тоже венчайтесь. Но старайтесь жить мирно. Не нужно друг друга перетягивать в свою веру. Если он или она будут разумно ревностными верующими, то кто-то кого-то послушает и сам перейдет в другую веру. Католическая вера — очень древняя, она идет параллельно с православием. Но если сделать экскурс в историю, даже в нашей Беларуси сколько православные претерпели от католиков! Святой отец Георгий Каневский столько навоевался с униатами! Так они его гнали, хотели убить. Он скрывался, его положили на телегу, обложили сверху навозом, вывезли таким образом из Орши. Так он избежал расправы.
Конечно, мы живем со всеми мирно. У нас в стране пока все спокойно и ровно, а на Украине что? Уничтожены Ивано-Франковская и Львовская епархии, там по 2 — 5 приходов осталось православных. Вроде бы говорим хорошо, призываем к единению, к любви. А дела какие? «По делам их узнаете». Светские власти пошли на поводу у католиков, и православие там рубят на корню. Это разве христианская любовь? Что касается остальных конфессий, то во время перестройки они хлынули сюда потоком. Мы, может, для кого-то и плохие, но священники у нас из своего народа, а не иностранцы с переводчиками.
7.— Людям свойственно бросаться в крайности. Все мы помним времена, когда церковь обходили стороной, в упор не замечали священнослужителей, подальше прятали иконы. Сегодня храмы наполнены истинно верующими прихожанами разных возрастов. Но есть и другая крайность: так называемые «крещеные атеисты» носят напоказ золотые крестики в виде украшений, освящают все подряд, начиная от школьных учебников, заканчивая автомобилями и офисами. Приветствует ли это православная церковь?
— Как Христос сказал? «Приходящего ко мне я не выгоняю вон». Если человек пришел даже с показушной внешностью, мы не можем ему сказать: уйди отсюда. Даст Бог, может, он сегодня пришел просто так, а завтра благодать коснется его души и он поверит. Только если человек сознательно насмехается над Богом, — это уже называется хулой на Святого Духа. Это страшный грех.
Крест нательный не надо выставлять наружу, щеголять им не надо. Это такая святыня, перед которой надо благоговеть: знамя креста омыто божественной кровью Христа Спасителя. Иногда смотришь: на сцене танцует артист, а у него крестик туда-сюда мотается. Это — попрание, уничижение, насмешка над крестом. Настоящий верующий человек даже свечу в церкви ставит так, чтобы меньше кто видел. Потому что принцип православной веры и подвижничества — это тайна: ты, Бог и твой духовник. Все. И больше никого. Если я человек верующий, то мое доброе дело должно быть только перед Богом, но не напоказ, чтобы его не расклевали хищные птицы: тщеславие, ложная слава, похвала какая-то. В православной жизни самое главное — внимание к своей душе, рассуждение. Святой Антоний Великий говорил, что все надо делать с умом: и молиться, и отдыхать, и трудиться, то есть делать все так, чтобы какое-то дело не преобладало над общением с Богом. Надо все делать так, чтобы не переутомлять себя, чтобы завтра человек мог с нормальными силами снова пойти на работу.
По поводу «крещеных атеистов». Когда душа предстанет на суд Божий, будет взвешено все — даже самое маленькое доброе дело. Есть такая притча про юродивого. Он, как святой человек, этот юродивый, видел, что идет Петр — богатый хлеботорговец. Юродивый ему: «Петро, дай мне хлеба, дай мне хлеба». Богач обозлился, схватил буханку и как швырнет в юродивого! Тот схватил: «О, спасибо! Спаси тебя Господи!» и побежал от него. И вот этот Петр — злой, жадный, богатый человек — видит сон, будто он умер, и его душа предстала перед Богом. Идет суд. «А что эта душа?» «Она не имеет ничего хорошего: того оскорбил, того ударил, того обманул. А вот только одно дело у него доброе — булку хлеба дал юродивому». И ангел говорит: «Ну, Петр, возвращайся обратно и к этому хлебу добавь еще больше добрых дел». Его всего перевернуло, когда он увидел этот суд Божий. Стал жить по-другому, раздавая свое богатство бедным. Так что любое доброе дело зачтется.
Вопросы задавала Наталья ПРИГОДИЧ