Забыли про акценты китайские студенты

Я редко их встречаю в кино или на дискотеках. А если и встречаю, то замечаю, как они избегают компаний. Их не принимают в наше общество? Или, может быть, им не хватило лишь желания стать частью студенческого мира? Если так, то трудно сказать, чья в этом вина. Во всяком случае считается, что мы, белорусы, народ дружелюбный и спокойный.
Мало кто задумывается, что китайские студенты, к примеру, находятся от дома более чем в двух тысячах километров и совсем не адаптированы к нашей жизни. Поэтому каждое неосторожное слово ранит их. Одна китайская девушка поведала мне о часто бросаемых на нее не очень вежливых взглядах горожан. Ребята, живущие в стране пятый год, проще смотрят на наши “шутки”. Когда я встретил пятикурсников Чжан Лиин и Тунг Лиана, то стал угадывать за русско-китайским акцентом нечто другое, чем простоту и немощность в чужой стране. Хотя в начале нашего разговора они и стеснялись, акцента почти не ощущалось. Студенты прекрасно понимали высказанные мною мысли, вопросы. Лиин учится на филологическом, а Лиан на экономическом факультете в ГГУ имени Ф. Скорины. Они говорят, что нашим ребятам проще их называть созвучными в русском языке именами — Лина и Игорь. Безусловно, что пребывание в Беларуси оставило у них не только много воспоминаний, но заставило удивиться.
— Я очень долго не мог понять смысл слова “перерыв”, — говорит Игорь. — У вас есть очереди, и для продавцов отведено время на обед. Для покупателя это невыгодно. Когда я хотел обменять валюту на белорусские рубли, то стоял в очереди. Прямо передо мной касса закрылась на технический перерыв. У нас в Китае один продавец сменяет другого — и никакого обеда. Тратить лишнее время на перерыв — убыточно.
А Лина удивлена тем, что в Беларуси все жмут друг другу руки.
В Китае так здороваются только близкие люди. Даже знакомые редко говорят “привет”. А еще у нас взрослые кушают пирожные. В Китае же их покупают только детям, сами не едят. То же с мороженым и шоколадом.
Но самым, пожалуй, сложным для китайских студентов является изучение нашего языка. В первый год учебы, когда у Игоря не было еще белорусских друзей, он учил слово “это” и показывал на предмет рукой в магазине. А сейчас у него есть белорусский друг. Этот человек — лучший учитель русского.
— А для меня самым трудным в вашем языке оказалось ставить правильные окончания и выговаривать некоторые буквы, — заметила Лина. Зато сейчас она читает Ахматову и многие другие русские тексты без языковых проблем. И говорит, что это ей очень нравится.
В общежитии китайские студенты живут на одном этаже. Может быть, для практики в языке лучше было бы поселиться в одной комнате с белорусами. Но они скорее всего не захотят: привыкли держаться вместе. Хотя для Лиин и Лиана сейчас уже не имеет огромного значения с кем жить: они ведь знают русский в той мере, чтобы общаться с нашими ребятами и, возможно, работать переводчиком. Но в Беларуси они вряд ли останутся — оба планируют устроиться по специальностям на родине. Там, как они говорят, больше друзей и знакомых. А Беларусь запомнится им как страна большого слоя гранита науки.
У. РОДЦЕВ

Кстати
Подготовка зарубежных студентов в ГГУ имени Ф. Скорины ведется с 1986 года. За это время дипломы получили граждане из 42 стран мира. В основном это молодежь из Иордании, Египта, Сирии, Эфиопии, Гвинеи, Алжира, Афганистана, Никарагуа, Нигерии, Пакистана, Вьетнама, Шри-Ланки, Анголы, Конго, Мадагаскара, Марокко, Танзании, Коста-Рикки. Сейчас в ГГУ обучается 67 человек из Китая, Вьетнама, Ирана, Германии, Ливана, Сирии, Иордании и 46 человек из ближнего зарубежья (России, Азербайджана, Армении, Узбекистана, Украины, Туркменистана).
В аспирантуре при университете с 1992 года иностранцы “грызут гранит” по математическим, техническим и филологическим наукам. Успешно защитили диссертации 10 человек, среди которых одна докторская.