Бригада, или Как я была проводником поезда

Известный многим студентам 95-й скорый фирменный поезд “Молодежь Беларуси” (в народе — БРСМовский, потому что его обслуживает молодежная бригада проводников — активистов союза) отправляется с перрона нашего вокзала в 6.42. А посему этим воскресным утром я была озабочена проблемой, как не опоздать и не помахать ручкой вслед уходящему составу. У нужного вагона № 9 меня встречала милая проводница Елена Черная. Выглядела она, надо сказать, весьма бодро и свежо, вежливо спросила билет и пригласила пройти внутрь.
Первый возникший у меня вопрос: во сколько же встают проводники, чтобы а) приехать к поезду намного раньше пассажиров, б) успеть при этом привести себя в порядок, в) встречать всех в таком добром расположении духа? Оказалось, проводники заступают на службу в день перед маршрутом. Спросите, где же они ночуют? Да в ВАГОНЕ! И сторожат имущество состава — просто когда-то были случаи, что в темное время суток воры выносили все, что могли: занавески, стаканы, продтовары…
Пытаюсь улечься на койку в миниатюрном Ленином купе и “заснуть”. Ворочаюсь так и этак — всяк неудобно, и ноги некуда девать — койка какая-то короткая...
— Привычка, — прерывает мои мучения Лена. — Мы уже больше года ездим на этом поезде, да и на других тоже много работали, коллектив у нас опытный.
— Скажите, а почему украинские поезда такие грязные? — пользуясь случаем, интересуюсь я. — С белорусскими вообще нельзя сравнивать.
— Чистота вагона зависит от добросовестности проводника. Мы сами любим жить в чистоте и вагоны свои стараемся сделать уютными и красивыми, чтобы были на уровне! — поясняет Лена. — Впрочем, хватит болтать, давайте работать — пассажиры ведь ждут!
“С такой ответственной “схалявить” не удастся”, — мысленно улыбаюсь и примеряю синий форменный пиджак.
Вагон Лена подготовила к пути еще вчера. Мое первое задание — работать с пассажирами в пути. Радостно ухмыляюсь — ну уж это мне по плечу. Идем проверять билеты: смотрим, чтобы совпадали номер поезда, вагона, дата отправления, серия билета, запоминаем пункт назначения, чтобы вовремя подсказать клиенту, когда ему выходить. Не успел состав тронуться, а часть пассажиров уже спит в обнимку с вещичками — на их лицах некоторое недовольство проверкой, но тем не менее обходится без претензий.
Через пару минут включается информационная кассета, благодаря которой можно узнать и о правилах пользования вагоном, и много о чем еще. Затем приходит черед песен, и, что приятно, среди них много произведений о Беларуси, жаль только, что редко на белорусском языке…
И вот первая санитарная зона (они наступают за пять минут до и две-три минуты после каждой значительной станции) — нужно закрывать туалеты специальным ключиком. Процедура несложная, главное (особенно для меня, неопытной) — вообще не забыть это сделать.
Ну вот, Буда-Кошелево проехали. Курсирую по дорожке вагона, предлагаю чай, кофе. Три человека соглашаются. Что называется, нашла себе проблему на голову! С квадратными глазами, взглядом “Help” и мыслью “Ну вообще они тут обнаглели, сами дрыхнут, а мне чаек им носи” бегу к Лене:
— Они хотят чаю!!!
— Ну и что? — спокойно парирует она. — Сейчас сделаем!
Оказалось, в поезде это тоже просто: берешь стакан, наливаешь в него воды из титана, кладешь пакетик с чаем и сахаром… Короче, у меня получилось. Дальше хуже: заходим в вагон, а там некоторые “особо одаренные” сняли сумки с верхних полок и побросали их на проходе. С мыслью “броня крепка и танки наши быстры” пытаюсь пройти к пассажиру. Скорость поезда 90 — 120 км/ч, меня и без того шатает, руки трясутся, как бы не пролить на кого-нибудь содержимое стакана... Наверное, было забавно на меня смотреть.
— Не переживай, это тоже привычка, и мы сначала неуклюже действовали, — неожиданно успокаивает меня бригадир БРСМовского поезда Ирина Михайлова, наблюдавшая сцену в дверях вагона. — Пойдем ко мне в купе, отдохнешь немножко. Лена пока и сама справится.
А я и правда уже вспотела от напряжения. Короткий перерывчик не помешает. Но, чтобы не терять времени даром, расспрашиваю Ирину про поезд. В БРСМовском от 13 до 17 вагонов. Все проводники, естественно, члены БРСМ. Кстати, то, что эту профессию выбирают обязательно только девушки, — миф. В нашем составе были и парни в железнодорожных погонах.
В обязанности бригадира входит проверить и принять вагоны, исключить поломки, отвечать на просьбы пассажиров. Затем Ирина ведет меня показывать внутренности вагона. Передо мной котел — зимой проводницы топят его углем с помощью… лопаты!!! Иными словами, кочегарят вручную, прадедовскими методами, а все для того, чтобы пассажирам в вагоне было тепло. И не забудьте, что делают они это в белых рубашках, которые быстро становятся черными и поэтому приходится менять несколько раз за рейс. Вот это работка! — я в шоке. Благодарю бригадира и возвращаюсь в вагон к Лене.
Поезд останавливается — вау, да уже Осиповичи! Открываем площадку и выходим на перрон, встречать новых пассажиров. Внутрь рвется подвыпившая женщина. Таких, согласно инструкции, пускать нельзя даже при наличии билета — мы и не пускаем.
А сейчас мой любимый момент: перед отправкой состава на каждой станции проводница выкидывает флажок: желтый, если все в порядке, или красный, если нужна более длительная остановка (например, если не все пассажиры успели сесть). У нас все в порядке — выкидываю желтый… И покатили, снова чух-чух-чух. Как в той рекламе: “Паровозик тронулся и запыхтел”.
Тем временем в вагоне, наконец-то, все уже напились чаю и убаюкались спать. А я под веселые рассказы проводников о девушках, которые рыдают, расставаясь с одним на перроне, гуляют с другим в поезде, а с третьим встречаются на остановках, благополучно доехала до Минска. Подумав же о том, что проводникам еще предстоят уборка вагона и обратная дорога домой с теми же обязанностями, совершенно точно поняла, что каждый хорош на своем месте! Эксперимент окончен. Спасибо за внимание, но теперь я ПАС…сажир!
Наталья Старченко