Крокодиловы слезы

Откуда у подросткового неблагополучия “ноги растут”? И как эти корни выдернуть? Над проблемой бьются многие взрослые умы, структуры системы образования и правоохранительных органов. А количество правонарушений и преступлений, совершаемых несовершеннолетними, продолжает увеличиваться. Как и пьянство, так и разгульный образ жизни в молодежной среде распространяются с молниеносной быстротой... Об этом размышляла перед началом заседания комиссии по делам несовершеннолетних Железнодорожного района, куда отправилась, чтобы заглянуть в глаза проблеме.



Заседание проходило в нспекции по делам несовершеннолетних ОВД Железнодорожного райсполкома. И пока суд да дело, расспросила о ситуации с “трудными” начальника ИДН Николая Ковалева и старшего инспектора по делам несовершеннолетних Александра Кудласевича (кстати, недавно он стал победителем городского конкурса на лучшего инспектора).
— Проблемы, как правило, начинаются с подростками лет 13 — 15, — рассказывает Александр Кудласевич. — Вот как раз в этом переходном возрасте и нужно удержать ребенка от беды, направить в сторону нормальной жизни. Иначе если уж он попадает на дорожку, ведущую к неблагополучию, то вряд ли потом с нее сойдет. Хотя какие только методы не применяем к трудным подросткам: беседы проводим, чуть ли не каждый шаг контролируем, на комиссии разбираем и в случае необходимости наказываем по закону.
— А преступность среди несовершеннолетних все равно растет. Если в 2003 году в районе было зарегистрировано 89 таких случаев, то в 2004 году уже вдвое больше — 169! За шесть последних месяцев подростки успели совершить 81 преступление, — продолжает Николай Ковалев. — Здесь множество причин: безделие, скука, бесконтрольность со стороны родителей, их материальная несостоятельность. То есть деньги на карманные расходы ребенок не получает, а в компьютерный клуб ходить хочет. Ничего другого ему в голову не приходит, как что-нибудь украсть...
Заседания КДН проходят дважды в месяц. В планах нынешнего — рассмотрение 50 дел. По словам членов комиссии, является примерно половина из “провинившихся”. И то знакомые все больше лица. То есть уже неоднократно сюда попадавшие. Вообще нелегкое это дело — в судьбах людских разбираться и пытаться “на путь истинный” наставлять — где-то словом, а где-то и наказанием. Поначалу горе-дети и горе-родители держатся самоуверенно, с недоумением взирают на комиссию: “А что я такого сделал? Как хочу, так и живу!” Когда же понимают, что с ними отнюдь не шутят, и наказание можно получить тоже не шуточное, начинают лить крокодиловы слезы, клятвенно обещают исправиться, взяться за ум и все в том же духе. Но хватает их раскаяния ненадолго.
Вникнув на заседании комиссии в десятки дел, укрепилась во мнении, что корни подросткового неблагополучия — в неблагополучии семейном. Как бы ни боролись с ним педагоги, сотрудники правоохранительных органов, если дома ребенок не видит ничего, кроме равнодушия и пьянства родителей, толку не будет. В такой атмосфере он растет, развивается и вступает во взрослую жизнь с уверенностью, что это поведение единственно правильное, что бы там ни говорили другие. К сожалению, в последнее время на комиссии все больше рассматривается дел матерей, уклоняющихся от выполнения обязанностей по воспитанию своих детей.
Вот 26-летняя Жанна Я. Недавно от нее сбежал шестилетний сын Слава. В Гомельском городском социально-педагогическом центре парнишка признался, что мать и отец (живущие в гражданском браке) пьют, плохо к нему относятся. В такой обстановке ребенок жить не хочет. Оказывается, в квартире отключено за неуплату электричество. Продуктов питания недостаточно, к тому же хранить их негде. Слава вот-вот пойдет в школу, и как бы ему не пришлось выполнять домашние задания при свечах.
— Я больше не пью, — уверяет Жанна. — Устроилась дворником, с первой же зарплаты заплачу за электричество. Это получилось случайно, зачем лишать меня родительских прав?
На первый раз нерадивую мамашу предупредили о возможности лишения прав на ребенка, если она не наведет порядок в своей жизни и не перестанет калечить жизнь сыну. Хотелось бы верить, да только семейка Жанны известная — сестра-восьмиклассница недавно из спецПТУ Петрикова вышла, давно уже на учете в областном наркологическом диспансере состоит.
Слезно просила не забирать у нее детей и Татьяна Викторовна М. Женщина искренне удивляется, за что ее хотят наказать: “Мои дети что ли голодные или босые?” От беспробудного пьянства у нее развился цирроз печени — долгое время не могла даже встать с кровати. В больницу не обращалась, потому что детей не на кого оставить. Мать-одиночка. Сожителя выгнала, пьянки устраивали, дебоши, драки. А в 2003 году загорелся их дом. То есть домишко с одной комнаткой, крохотной кухонькой. До сих пор там нет окон, стены и крыша полуразрушенны. Представляете, как здесь можно жить в холода! Сыновья Татьяны Викторовны, 15, 8 и 7 лет от роду, учатся в средней школе № 37 Гомеля. Отсюда и пришло ходатайство о принятии мер в отношении их матери. Комиссия решила поставить детей на учет, как находящихся в социально опасном положении. Пока же им придется находиться в социальном приюте. Скорее всего мать все-таки лишат родительских прав.
В свои два с половиной годика Роман сполна хлебнул материнской ласки.
23-летняя Оксана С. уже с 13 лет что называется “ставила на уши” ИДН. Была осуждена за кражу. Ребенка родила вне брака и практически сразу бросила его на руки своей матери. Нина Ивановна, доведенная дочерью до истеричного состояния, рассказала:
— Сил моих больше нет от ее постоянных пьянок! “Голливудит” неделями, дома не появляется или компании сюда приводит. Из притона ее с ребенком забирала с помощью участкового. У ребенка от такой жизни психика не в порядке.
Сама Оксана не считает, что у нее проблемы с алкоголем, и образ жизни свой находит вполне нормальным. И эту мамашу, судя по всему, лишат родительских прав. А малыша готова на ноги поставить бабушка.
Важный момент — практически все, попавшие на заседание КДН за уклонение от воспитания детей, — матери-одиночки. Без отцов растут и подростки, разбираемые на комиссии за совершение правонарушений и злоупотребление спиртным.
Учащийся восьмого класса СШ № 57 Валентин С. был задержан с приятелями на перегоне станции Гомель Северный. Пацаны клали на рельсы камни под проходящие поезда, швыряли камни и в дорожные знаки. Членам комиссии пришлось спокойной на удивление мамаше объяснять, как опасно такое “развлечение” для пассажиров поездов и самого ребенка. А она твердит свое: сын послушный, хорошо учится, воспитанный. Но вот потянуло же его в сомнительную компанию от безделия! И где гарантия, что этого не случится вновь?
Константин С. и Сергей Г. вообще додумались отправиться на велосипедах ночью за грибами в... зону отселения — в деревню Бесядь Ветковского района. На предположение о том, что собранные лисички предназначались на продажу, одна из матерей изумленно воскликнула: “Мы сами кушали! Отчего ж не кушать?” Частенько подростки, прямо как партизаны, бегают через границу, где их и задерживают.
Мама несовершеннолетней Екатерины, ушедшей из дома и неизвестно где пропадавшей почти двое суток, даже выразила недовольство тем, что бабушка заявила в милицию: “Ох уж эта бабушка! Дочка ведь у подружки на дне рождения была!” Хотя известно, что девочка не впервые пропадает по ночам. В школе проблемы, приходится переходить в другую. Хотя, по мнению матери, учится дочь хорошо — на четыре по 10-балльной системе! У самой женщины вид человека, имеющего проблемы с алкоголем.
Мать Максима К. вообще развеселило поведение сына. Хотя тут уже и слезы не помогут. Отдыхая у бабушки в одной деревне, ночью вместе с компанией приятелей парень до беспамятства упился “левым” спиртом, который достали в одном из домов. Как только жив остался? Гуляя с “воспаленной головой” по деревне, Максим сам не понимает, почему ударил кулаком по лбу проходящего мимо мужчину. Затем компания пыталась вломиться в частный дом. Как на грех, попались им на глаза парень с девушкой на велосипедах. Отморозки затеяли с молодым человеком драку... Скромный такой, тихий стоял перед членами комиссии Максим. Мол, мало что помню, не хотел, не виноват. А силушка, судя по комплекции, у парня богатырская. Кстати, выяснилось, что этот “скромный и тихий”, 17 годков от роду, уже был судим за разбой. Мать, естественно, уверяет, что дитятко ее нормальное, с кем, дескать, не бывает, сама, говорит, все улажу, мои проблемы.
Проблема, к сожалению, давно перестала быть личной, незначительной. И страшно то, что такие матери этого не осознают. Не осознают, что сыновья их уже сделали шаг в пропасть, упав в которую, уже вряд ли смогут выбраться.